Маша Ловыгина – Несносный венценосный (страница 6)
Когда королевский экипаж проезжал как раз перед ними, Кристиан наконец увидел принцессу... Их взгляды пересеклись лишь на мгновение, а потом...
— М-да, — фыркнул где-то у его локтя Фруа, — действительно, красавица, как и все принцессы. Аж глаза слепит. А так, ничего особенного. Эй, Ваше Вы... Кристиан! — он подергал его за рукав. — Как она вам?
Принц проводил экипаж взглядом и пробубнил:
— Я... эм-м... ну...
— Берем? — торопил его с ответом Фруа. — Подходит? Сразу скажу — принципиальной разницы между принцессами нет, это я вам точно говорю!
— Поступаться принципами в принципе невозможно, даже из принципа... Даже для принцев. И уж тем более, для драконов...
— Что вы там лепечете? Берем?
— Ну, раз других вариантов нет, то... — Кристиан покачал головой, удерживая в памяти голубые глаза и маленький точеный капризный носик.
— Нет у нас других вариантов, Ваше Высочество! Нет!
Глава 6
— Глядя на всех этих принцев, я все больше убеждаюсь, что следует выбирать коня! — прошипела Аурелия, продолжая при этом улыбаться и кивать прибывающим гостям.
— Пощадите скотину, Ваше Высочество, она ни в чем не виновата, — процедил король и помахал затянутой в перчатку ладонью.
— Мне никто из них не нравится! — настаивала на своем Аурелия.
— Так не бывает. Кто-нибудь обязательно завоюет ваше сердце. Вот, например, принц Гонгрии...
— Он страшный и тощий!
— Хорошо, тогда, может, принц Бастиан...
— Он жирный, и у него бородавка на носу!
— Вот видите, Ваше Высочество, вы уже рассматриваете принцев как потенциальных женихов. Хотя бы с точки зрения их внешнего вида. Разглядывайте внимательнее и тогда сможете выбрать себе суженого.
— Зачем же мне суженый, папенька, я бы предпочла расширенную версию, с дополнительными настройками в виде красивого лица, стройного тела, широких плеч и, что главное, мозгов! Только вам любой скажет, что таких вариантов не существует. Настоящие принцы давным-давно вымерли, остались только их жалкие подобия, которые навевают лишь скуку!
Король усмехнулся: в словах Аурелии была своя правда. Глядя на проезжавших мимо них разряженных и гордых собой наследных принцев, он и сам не видел того, кто стал бы достойным избранником для его дочери. А все потому, что и сама принцесса очень сильно отличалась от среднестатистической принцессы. Мало кто захочет видеть рядом с собой женщину, у которой на все есть свое мнение, и которая за словом в карман не полезет. Такая не станет безропотно сносить обиды, а ведь в семейной, особенно в королевской жизни, чего только не бывает? Вот и получается, что не от большой любви в Людовию прибыли все эти женихи, а за королевским приданым. А ведь Фердинанду хотелось, чтобы его дочь стала по-настоящему счастлива, как когда-то и они с Женевьевой... И если бы не настойчивое желание королевы родить ребенка, она до сих пор была бы жива и рядом с ним. За все приходится платить, особенно, если вмешивается магия...
"Ах, как же я люблю вас, моя прекрасная Аурелия, — вздохнул король. — Но я должен следовать традициям и правилам, иначе обязательно случится что-то плохое..."
Каждого принца и его свиту толпа встречала громкими криками, смехами и улюлюканием. Для всех это было развлечением, которому все радовались, не особо задумываясь над тем, что принцы приехали за их принцессой. У их принцессы был такой характер, что принцев оставалось только пожалеть. А заодно и посмеяться. Принцесса тоже не отказывала себе, наделяя каждого гостя странным, но очень подходящим к его внешнему виду названием:
— Членистоногое, инфузория в туфельках, белорылый психролют, горбатый ктырь...
Король вздрагивал и понимал, что сделал огромную ошибку, разрешив принцессе заниматься науками и читать книжки. Следовало запереть ее в башне, потому что принцесса без башни — очень опасное явление, если не сказать, диагноз. Не дай бог, принцы это поймут и отправятся к другим, более адекватным и покладистым принцессам, тем самым став для Людовии врагами! Людовия слишком маленькое государство, чтобы противостоять остальным.
...- Похоже, все это ей не особо нравится, — сказал Кристиан, наблюдая за принцессой.
— Любая кобыла не в восторге от того, что ей заглядывают в зубы, — ответил Фруа.
— Такова участь всех принцесс, — пожал плечами Кристиан.
...Тем временем на площади начали выступать музыканты. Менестрели воспевали красоту принцессы, которая в это время откровенно зевала, прикрывая рот веером. Гремели барабаны, громко гудели рожки. Не сразу сквозь этот гомон стали слышны совсем другие звуки — гулкие шаги дробили воздух, возвещая о прибытии новых гостей.
Постепенно толпа стала расходиться в стороны, образовывая коридор. Голоса и крики умолкли, музыка стихла. К площади приближался конный отряд. Над головами рослых всадников развевался флаг Дракара.
Кристиан ахнул, узрев во главе отряда того, кого совсем не ожидал увидеть в Людовии. Скорее, они с Фруа прекрасно понимали, что новый правитель не упустит возможности захватить маленькую страну, но то, что тот пришлет своего представителя на королевский отбор, стало для них открытием.
— Властитель Дракара, Ульрих Первый, прислал меня объявить вам его величайшую волю! — громогласно заявил сидящий в седле огромного черного коня всадник.
— Советник Доркан! — сжал кулаки Кристиан и чуть пригнул голову, чтобы тот случайно его не заметил.
Но Доркан смотрел прямо на короля и кривил узкие губы, объявляя волю своего господина:
— Ульрих Первый согласен взять вашу дочь в жены!
— Э-э... — растерялся король. — Тут, в общем, такое дело...
— Так, стоп! — вскочила принцесса. — Что значит, согласен? А песню спеть, а стих рассказать?
— Повелитель драконов песен не поет! — отрезал Доркан.
— Что есть, то есть, — хмыкнул Кристиан.
— Пусть тогда станцует! — переливчато рассмеялась принцесса, не обращая внимания на знаки отца. — Передайте вашему повелителю, что заочно я претендентов не рассматриваю.
— Вы не понимаете, кому отказываете, — впиваясь в нее взглядом, заметил Доркан. — И вы не посмеете...
— Еще как посмею! — подбоченилась принцесса.
— Аурелия, умоляю!.. — пробормотал король.
— Никогда, слышите? Никогда не выйду замуж за дракона! Слово принцессы!
— Что ж, Ваше Высочество, вы сами подписали приговор себе и своему государству! — гнусно ухмыльнулся Доркан, и в то же мгновение обратился в огромного дракона.
Началась паника, люди ломанулись в разные стороны. Король Фердинанд схватил Аурелию за руку, вытаскивая ее из ложи, но вопящие придворные едва не затоптали их, опрокидывая наземь.
— Вы будете умолять правителя пощадить вас! — гремело над площадью.
Огненная струя из пасти дракона устремилась в сторону царской ложи и в считанные минуты сожгла цветы и атласные занавеси от солнца.
— Ваш выход, Ваше Высочество, — вцепился в плечо принца Фруа. — Лучшего момента и не придумаешь! Пока всюду паника, спасайте принцессу от дракона! Совершайте подвиг, пока их не изжарили!
— Когда-нибудь я сам сделаю из тебя жаркое, Фруа! — успел ответить Кристиан, прежде чем броситься за принцессой.
— Не сомневаюсь, Ваше Высочество!
Глава 7
За спиной все еще слышались крики, но всадник, придерживая поводья, мчал вперед по городским улицам прочь из города. Все произошло в считанные минуты, и спроси кто Кристиана, что он чувствовал в тот момент, он, не задумываясь бы, ответил: уверенность, дерзость и что-то вроде настоящего полёта. Знай он раньше, что сможет испытать нечто подобное, давно бы поставил на поток воровство принцесс. Шутки шутками, а не зря драконы промышляли этим делом во все времена.
Теперь принцесса лежала поперек седла одного из королевских скакунов, которого он обнаружил в переулке, испуганного и раздувающего тонкие ноздри. Конь был не чета пегой кобыле — удержал и его, и принцессу в столь огромном платье, что подол его вздымался до самого подбородка Кристиана.
— Это не платье, а шкаф какой-то, — с хрустом попытался примять его Кристиан. Камни царапали кожу, а от блеска рябило в глазах, но все же размера его плаща хватило, чтобы прикрыть платье. Ножки принцессы в шелковых чулочках и туфлях с позолоченными пряжками болтались в воздухе в такт лошадиному галопу.
Принцесса была без сознания, но разве могло быть иначе? Принцессы — народ нежный и избалованный, требующий к себе почтительного отношения. Но о какой заботе могла идти речь, когда вокруг творился кромешный ужас? Советнику повелителя Дракара удалось напугать жителей столицы, ведь никто не был готов к такому развитию событий...
Оставив Фруа, Кристиан рванул к королевской ложе, где едва успел подхватить падающую принцессу и укрыть ее от языков пламени. Ложа горела, но во всей этой сутолоке и суматохе казалось, что горит весь город! Не теряя времени, Кристиан стал пробираться сквозь мятущуюся толпу, краем глаза заметив, что короля уже спешно запихивают в экипаж. Сейчас вернутся за принцессой и тогда... Рассуждать о том, что будет в этом случае, Кристиан не стал. Содрав с себя плащ, он накинул его на принцессу и, будто куль с мукой, потащил ее с площади, затерявшись в толпе. Люди разбегались в разные стороны, никто ничего не понимал. Воспользовавшись этим, Кристиану удалось остаться незамеченным, но сам он успел увидеть, как советник-дракон взмыл над столицей и развернулся в сторону Дракара, а сопровождающий отряд по земле последовал за ним.