Марьяна Новикова – Лира: возрождение силы (страница 2)

Сердце словно сжали в железном кулаке, Лера пропустила вдох. Руки сами зашарили по животу и груди, проверяя, где кровь и повязки, но ничего не нашли, зато взгляд наткнулся на совершенно чужие ноги. Но точно приделанные к Лере. Она вытянула руки, медленно повернула ладонями к себе, обратно. И руки чужие. Волосы на затылке зашевелились, а челюсть мелко-мелко задрожала, выбивая дробь. Лера плотнее сжала зубы, крепко зажмурилась, не став тереть глаза чужими руками, и снова посмотрела на свое тело.

После тридцати она начала полнеть, и пальцы уже давно не были такими тоненькими, а бедра – такими худенькими. Причем, худобу не скрывали даже безразмерные спортивные штаны. Вот же кошмар! Лера сто лет не носила ничего подобного: от спорта она была куда как далека, а для дома выбирала мягкие брючные костюмы, больше похожие на пижамы. А ее грудь! Лера вскочила и тоненько заскулила горлом. Ее шикарная грудь четвертого размера стала двумя прыщиками с сосками. Она вскинула голову, собираясь пожаловаться тем, кто наверху, и по спине что-то упруго стукнуло. Замолчав от неожиданности, Лера ощупала голову: вместо стильной ультракороткой стрижки появилась коса. Довольно длинная – кончик удалось поднести к лицу и разглядеть цвет. Русый. На краю сознания появилась мысль, что это сон, морок, но голые пятки замерзли на бетонном полу, и все вдруг стало слишком реальным. Леру замутило сильнее, и она зажала рот ладонью, заодно сдерживая истерику. Вслепую села на лавку, поджимая заледеневшие пальцы на ногах.

Ладно. Надо подумать. Лера несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь не обращать внимание на запах. Кто-то ведь ее переодел и перенес сюда. Если она видела врачей, значит, ее лечили. Вывод прост: тут должны быть люди, которые в курсе, что с ней стряслось. Пусть она и за решеткой, но даже в тюрьме есть охрана, есть начальство.

Вернулась мысль, что посадить ее могли только за убийство, и Леру затошнило всерьез. Перед глазами плыл туман, внутренности противно подрагивали. Усилием воли сдерживая волну паники, Лера сосредоточилась на мелочах, чтобы не пугаться резко и непонятно почему изменившейся реальности. Опустила глаза – рядом с лавкой стояла пара ношенных кед, явно с чужой ноги. Лера не стала привередничать и просто сунула ноги внутрь, даже расшнуровывать не пришлось. Стопам внутри было очень просторно. М-да, в такой обуви и захочешь, а далеко не убежишь. А почему, собственно, она должна бегать? Почему ей не объяснили, что происходит? Почему держат в камере, где даже унитаза нет?! Металлический привкус паники медленно потеснила желчная горечь злости, в голове немного прояснилось. Что там говорят герои фильмов в таких случаях? Требуют адвоката и телефонный звонок? Отлично, и Лера так может.

– Эй, там!

Она краем сознания отметила, что голос звучит тоньше привычного. Желание увидеть себя в зеркале стало таким острым, что напрочь сбило поднимавшуюся внутри волну паники. В кого же Лера превратилась? Вопрос «Как?» шел сразу за ним, но его она пока отодвигала. Сейчас Лера и представить боялась, каким может быть ответ, а с еще одной волной паники ей так просто не справиться. В детстве она пережила истерику с помутнением рассудка, пришлось даже вызывать скорую. Единственное, что Лера помнила о том случае – пробирающий до костей страх сойти с ума. И только что ощутила отголоски того страха и той истерики.

Лера вскочила и оглядела решетку. Дверь нашлась левее: просто железная рама на шарнирах, к которой крепились те же прутья, что и к остальной решетке. Ни замка, ни какого-то другого запора. Лера на пробу и толкнула, и дернула на себя, вдруг, ее никто не думал запирать. Но дверь не шелохнулась. Тогда Лера попробовала расшатать металлические прутья в надежде хоть как-то пошуметь и привлечь внимание. Решетка не поддалась ни на миллиметр, но оказалась теплой, Лера отдернула руки. Но током ее не ударило, ожоги на ладонях не появились, так что она снова вцепилась в прутья и потрясла. Ничего. В глазах снова запекло, и Лера часто заморгала, чтобы не разреветься. Да что ж за день-то такой?! Ну хоть что-то у нее должно получиться!

– Да открывайся же ты! – прорычала Лера, налегла всем своим новым телом и едва не упала: решетчатая дверка вдруг распахнулась, и Лера повисла на прутьях.

Она быстренько встала на ноги и рванула к двери, толкнула на удачу – и о, чудо! – дверь открылась. Лера распахнула ее, остановившись на пороге. За ним были только серые стены пустого коридора, куда выходили еще две камеры. Недалеко что-то трещало и гулко бахало, но Леру насторожили не звуки. Вдруг за соседними дверями тоже кто-то есть, но не такой мирный, как Лера? Она поспешила к единственному выходу, завернула за угол и быстро юркнула обратно. Ущипнула себя, сглотнула и осторожно выглянула в соседний коридор.

За углом снимали кино, не иначе. Охранники в черной форме палили из пистолетов в двух женщин в красных мантиях. Выстрелы частили, но женщины не падали. А стреляли в охранников из корявеньких палочек. Молнии с гулом вонзались в мыльный пузырь перед охраной и исчезали. Лера улыбнулась. Ведьмам не хватало остроконечных шляп, а охранникам – брутальной небритости. Что-то просвистело совсем рядом с лицом, Лера юркнула за угол. Сердце колотилось, как бешеное. Ничего себе спецэффекты!

Лера, может, и поглазела бы на съемки, но сбежать хотелось больше. Прямо перед ней был другой коридор и другой поворот – налево. Но единственный путь туда – через площадку, где шумело и сверкало. Лера собралась с духом, пригнулась, чтобы не заметил режиссер и рванула. Сбоку снова бахнуло. Лера прикрыла голову. Еще шаг – есть!

Она прижалась спиной к серой стене, не чувствуя ног, и закрыла глаза. Кажется, сердце билось прямо в горле, мешая дышать. Нет, это точно не отделение полиции! Стражи порядка, какими их знала Лера, никогда не пустили бы в свою вотчину ряженых. Но тогда почему ее держали в камере? Или это была не камера, а… клетка! Леру похитили! Она уставалась в пространство и прижала ладонь к губам. Похитили, сделали подпольную операцию по смене внешности и… Разумных объяснений не было, и Лера выбрала одно из неразумных: ее насильно снимут в порно!

Бежать! Как справляться с полицией, она представляла хотя бы в общих чертах. Но как спасаться от похитителей, которые меняют людям тела – Лера не имела ни малейшего понятия. Ясно одно: надо срочно выбираться, пока люди в том коридоре заняты друг другом! Лера прислушалась: за углом все так же гудело, сверкало, никто не кричал: «Стоп! Посторонние на площадке!» или «Лови беглянку!» Так что Лера выдохнула, подняла взгляд. А что это за дырочки в стене напротив? Рядом снова свистнуло, и в стену что-то вонзилось, выбив фонтанчик штукатурки. Лера вытянула шею, пытаясь разглядеть поближе, но подходить не стала. Это что, пуля?! Там… там правда стреляют?! Лера хватанула ртом воздух и побежала за угол, подальше от слишком боевых охранников и… ведьм. Она не успела додумать эту мысль, потому что встала, как вкопанная.

В этом новом коридоре она тоже была не одна. В паре шагов впереди, у распахнутой двери, воровато застыли двое мужчин с огромным свертком в руках.

Глава 2

Не только она решила использовать суматоху для своих целей. В паре метров от Леры двое мужчин пытались вынести что-то громоздкое из помещения с двустворчатой дверью. Груз они завернули в белую простыню, но ткань тут и там топорщилась круглыми боками разного размера, словно внутри находились мячи. Видимо, один из них зацепился за створку, потому что мужчины дергали сверток то в одну сторону, то в другую, но никак не могли пройти в двери. Похоже, сверток был действительно тяжелым: ни один из воров не рисковал перехватить ткань одной рукой, чтобы придержать дверь. Выглядели эти двое, как негативные отражения друг друга. Загорелый не то кореец, не то китаец в брюках, наглухо застегнутой рубашке и кожаной куртке стоял в коридоре и едва не рычал, дергая ношу на себя. Лера мысленно прозвала его ниндзя за полностью черную одежду. Куртка сильно натянулась на плечах, обрисовывая крепкие мышцы. По ту сторону дверей оставался скандинавский лесоруб: высокий блондин в клетчатой рубашке навыпуск. Он стоял лицом к Лере и первым заметил ее.

– Одна из них? – спросил он напарника и кивнул на Леру.

Ниндзя повернул голову и посмотрел на Леру с таким прищуром, что глаза практически исчезли с лица.

– Нет, – ответил он негромко безразличным тоном и тут же обратился к Лере: – Придержи дверь.

Она на мгновение растерялась, но и это показалось Ниндзя слишком долгим.

– Скорее! – рявкнул он, не повышая голоса.

Лера невольно подчинилась его тону, подошла, но за дверь браться не спешила.

– Помогу, если заберете меня отсюда.

– Нет, – сказал Ниндзя с той же безразличной интонацией.

Снова потянул сверток. Створка двери чуть качнулась, но не поддалась.

– Ладно, – быстро сказал Лесоруб и выразительно посмотрел на Ниндзя.

Тот вздохнул:

– Ладно, – и снова рявкнул: – Скорее!

Лесоруб сделал шаг назад, и Лера толкнула створку двери, расширяя проход. Они наконец смогли вытащить сверток в коридор и быстро пошли прочь от того места, откуда пришла Лера. Ниндзя нисколько не мешало, что приходилось идти почти спиной вперед, он и скорость держал, и в коридорах отлично ориентировался. Лера старалась не отставать, мысленно убеждая себя, что с этими странными ворами ей точно будет лучше, чем взаперти с ведьмами и медиками, которые ради прихоти вырубают людей. Быстрая ходьба открыла Лере глаза на то, чего она не заметила сразу: ей неудобно в чужом теле. Центр тяжести немного сместился, огромные кеды гулко шлепали по полу, приходилось высоко задирать ноги, чтобы не запнуться. И хотя теперь Лера была худенькой девочкой-подростком, желания прыгать и бегать не было. Если совсем на чистоту, Лера чувствовала себя обессиленной. Вот бы странных воров у выхода ждала машина! Тогда Лера сможет растянуться на мягком сидении и понять наконец, что происходит.