Марьяна Новикова – Лира: возрождение силы (страница 4)

Ниндзя вернулся в машину и рванул в солнечный мир травы и колдобин. Лера даже дыхание задержала на тот миг, когда они пересекли черту, и не сразу решилась обернуться. Лесоруб разжал хватку, и Лера посмотрела в окно над задним сидением. Позади простирались бескрайние поля, будто никакого леса никогда не было и, вообще, все произошедшее Лере привиделось. Она развернулась и пару минут тупо глядела перед собой, пока Ниндзя пытался лавировать между ямами на дороге, чтобы машину не так трясло. В голове не было ни одной мысли, все разбежались в шоке от увиденного. Лера бы тоже куда-нибудь сбежала, но теперь совершенно точно не понимала, где находится и куда тут можно скрыться. Да и как сбежишь от таких… Она посмотрела поочередно на Лесоруба и Ниндзя.

– Слушайте, а вы, вообще, кто?

– Я думал, ты первым делом спросишь, где оказалась, – с усмешкой сказал Лесоруб.

– И где? – послушно спросила Лера.

– Это мир Фурзуб, а мы въехали в Пятую провинцию.

– Ага, – сказала Лера и ущипнула тонкую кожу на запястье. Больно.

Лесоруб заметил, но ничего не сказал, только улыбнулся.

– Пусть этот… Зуб, а планета ведь все еще Земля? – спросила она, ни на кого не глядя.

– Вряд ли, – ответил Ниндзя, и Лера внезапно ощутила дикое желание вцепиться ему в волосы за это его спокойствие. Но волосы были очень короткими, хотя и густыми, а сам Ниндзя сидел за рулем, и такой финт, пожалуй, закончился бы тем, что они оказались в кювете. Сегодня Лера уже попадала в аварию и больше не хотела, а то вдруг перенесется еще куда-нибудь с этого… Зуба.

Она прислушалась к себе и поняла, что верит в перемещение между мирами. Это было самым простым – ха! – объяснением всему, что случилось с ней после аварии. А, значит, ведьмы с палочками были не просто декорацией, и Ниндзя действительно перенес их в другое место, чтобы отделаться от погони.

– Ты колдун? – спросила его Лера.

– Шаман, – коротко ответил тот и не стал ничего объяснять.

Его манера общения действительно выбешивала! Лера вздохнула и повернулась к Лесорубу.

– А ты?

– Я не шаман, – с улыбкой ответил тот, глядя ей в глаза.

Глаза у него оказались серо-зелеными, слегка раскосыми, но больше ничто в его лице не намекало на азиатское происхождение. Прямой нос, светлая кожа, в меру узкие губы и, судя по лихому изгибу челки, волосы очень тонкие и мягкие – чистый европеоид. И во вкусе Леры. Она прошлась взглядом по его фигуре и снова поставила галочку в мысленной анкете: высокий, вон, ноги под торпеду не влезают, широкие ладони, руки вполне ухоженные. Правда, все остальное скрывала мешковатая одежда: фланелевая рубаха и ветровка из плотной ткани, брюки-карго. Лера пару раз моргнула и отвернулась. Тоже вот, нашла время на мужиков заглядываться! Да еще на кого, на первого встреченного в логове врагов. Кстати!

– А кто те люди, от которых мы сбежали?

– А ты не знаешь? – вроде бы удивился Лесоруб. – Ты ведь там была.

– Я очнулась в какой-то камере, а дверь, хлоп, и открылась.

– Когда ведьмы нападают, всегда первым делом уничтожают защитное поле, – пояснил Лесоруб.

– Ага, – сказала Лера так, будто ей все понятно. – Ну и вот, очнулась, значит, все чужое, тело чужое, а в коридоре молнии летают…

Машина так внезапно затормозила, что Леру бросило грудью на торпеду. Лесоруб среагировал быстрее и уперся длинной ручищей, а вот Ниндзя тоже впечатался животом в руль.

– Ты чего? – прохрипела Лера, потирая ушибленное место, но Ниндзя в своей привычной манере только смерил ее взглядом и посмотрел на напарника. Лере показалось, лицо Ниндзя выражало что-то близкое к панике, ну, насколько его лицо вообще могло что-то выражать. Но ей и этого намека хватило, чтобы насильно задавленное волнение снова подняло голову.

– Что?

Ниндзя привычно не ответил, и Лера повернулась к Лесорубу.

– Что не так? Молнии? – повторила она, пытаясь угадать, какое слово привело к резкой остановке. Лесоруб не отреагировал. Тогда Лера попробовала снова и посмотрела на Ниндзя: – Чужое тело – это плохо?

По лицу Ниндзя скользнула тень, и Лера поняла: вот оно. Раз на прямые вопросы не отвечают, надо их заболтать. Может, и получится что-то узнать.

– Конечно, плохо, груди толком нет, одежда эта дурацкая, коса. Но вы же не удивились, что я не отсюда, тогда что?

Лесоруб открыл рот, вдохнул, закрыл. Посмотрел на Ниндзя и все-таки ответил:

– Из других миров сюда попадают часто, но целиком. А вот переселение душ… это не очень хорошо.

– Да что ж за день-то за такой?! – воскликнула Лера и всплеснула руками от избытка эмоций. Выражаться хотелось сплошь нецензурно, но она из последних сил сдерживалась. – С работы поперли, муж изменил, машину разбила, попала на чертов Зуб, так еще и это! Я умру, да? Умру? Сколько мне хоть осталось?

Она переводила взгляд с одного спутника на другого, но те молчали. Опять молчали! Душа, та самая, переселенная, требовала побить всех виноватых, но дотянуться Лера могла только до новых знакомцев. Правда, колотить их показалось опасным, и бессильная злоба нашла другой выход: Лера закрыла лицо руками и разревелась.

Глава 3

– А мне что делать? – спросила Лера, с беспокойством глядя, как оба спутника выбираются из машины.

– Сиди здесь. Кого увидишь – шуми, – дал инструкции Ниндзя, и оба нырнули в подлесок.

Легко ему говорить, кого тут увидишь, когда вокруг темно? Лера вообще не понимала, как они не врезались в дерево, когда заезжали сюда. Дороги давно уже не было, они свернули с разбитой бетонки часа два назад. Сначала пылили по двум укатанным колеям, которые сложно назвать дорогой, а потом и вовсе просто по заросшей низенькой травкой равнине. А когда начали сгущаться сумерки, Ниндзя свернул в лес и повел машину между деревьев. Сразу стало намного темнее, но фары он не включил, и Лера совершенно перестала понимать, в какую сторону они едут и зачем. Остановилась машина так же внезапно, как съехала в лес: перед очередным деревом на пути Ниндзя не стал крутить руль, а просто выключил мотор. И напарники пошли «осмотреться».

К их чести, мужики терпеливо переждали ее дневную истерику, а Лесоруб даже сочувственно похлопал по спине, отчего слезы полились только активнее. Так что больше ее никто не трогал, а, когда слезы сошли на нет, спутники старались молчать, чтобы не нарушить хрупкое равновесие. Поводов для слез было более, чем достаточно, но Лере все равно показалось, что она реагирует слишком бурно. Возможно, это была не только ее истерика, но и этого тела. Тела! Лера вывернула зеркало заднего вида и придвинулась, чтобы увидеть свое отражение, и даже рот приоткрыла от удивления. На нее смотрела девочка лет пятнадцати с большими зелеными глазами, высокими скулами и редкими пятнышками веснушек. Лера повернула голову, разглядывая аккуратные ушки и крохотные золотые сережки в них. И никаких морщин! Кожа сияла молодостью, ресницы безо всяких процедур широким веером обрамляли глаза, а губки… Лера сложила их трубочкой. Губы были достаточно пухлыми и с красивым контуром. Лера улыбнулась отражению, и оно ответило ей тем же. Вот и зря она так расстраивалась насчет нового тела, вон, красота какая, а главное сразу, бесплатно, и никакого ежемесячного техобслуживания у мастеров широкого профиля!

Правда, ей предстояло заново пережить подростковый максимализм и буйство гормонов, а все почему? Да потому, что попасть в этот мир было несложно, а вот выбраться еще не удавалось никому. По крайней мере, так сказал Лесоруб. Его самого забросило сюда несколько лет назад, и за это время он не смог никуда уйти, только спелся с Ниндзя, который в этом мире родился. И да, своих имен они до сих пор не назвали и вообще старались говорить поменьше. Умом Лера все понимала: встретились они, так сказать, в стане врага да еще во время кражи. Тут хочешь не хочешь, а будешь держать рот на замке. Тем более, внешность у Леры была не особо располагающая к доверительным беседам со стороны взрослых мужчин. Не гонят, уже хорошо, потому что выжить одной в незнакомом месте без денег и документов у Леры, может, и получилось бы, но не в незнакомом месте чужого мира, где ее запросто могли превратить в гусеницу или, вообще, убить молнией, вряд ли.

Мысль о злых ведьмах заставила поежиться. Все-таки не так просто оказалось свыкнуться с тем, что магия существует. Лера старательно вглядывалась в темноту снаружи, пару раз вздрогнула и едва не заорала, приняв колышущиеся под ветром кусты за кого-то живого. С каждой секундой она все больше беспокоилась, страх уже прошелся липкими ладошками по груди и начал дуть в затылок, вызывая мурашки. А если кто-то выскочит, а она не успеет закричать? А если крик не услышат? И почему их так долго нет, ее что, бросили?! Лера оглянулась на громоздкий сверток на заднем сидении. Ну, допустим, ее-то бросили, но, чтобы эти двое просто оставили в лесу свою драгоценную добычу – нет, этому не бывать. А вот обеспечить такой шум, который точно услышат, Лера вполне могла. Она перебралась на водительское сидение и занесла руку над клаксоном. Пусть только подойдут! Она тут наведет шороху!

Стало спокойнее. Лера посидела еще пару минут, вглядываясь в темноту, и снова обернулась к свертку. Судя по очертаниям, шары внутри кокона из ткани были разного размера: от волейбольного мяча до баскетбольного. Волна тепла со спины не ощущалась, хотя Лера точно помнила, что шары были горячими, когда она упала на них днем. Протянула руку, едва не касаясь свертка ладонью. Нет, никакого тепла. Лера снова села прямо, разглядывая окрестности, но колышущиеся тени кустов ее больше не занимали. Нет, ну вот что за люди?! Просто так взяли и оставили женщину наедине с неведомой фигней, у них совсем страха нет? Лера не знала, есть ли такая статистика, но могла бы поручиться, что большинство катастроф больших и маленьких начинаются из-за сочетания двух факторов: женщин и любопытства. А сколько браков распалось после того, как представительницы прекрасной половины человечества «всего одним глазком» заглядывали туда, куда им заглядывать не стоило! Ну, Лера больше не была замужем, так что развод ей не грозит. Да и что, вообще, может грозить, если она ничего делать не собирается, всего-то…