Марьяна Брай – Увидимся в Новом Свете (страница 15)

- Элиза, прекрати, ты тупишь, или у тебя включился режим честности?

- Я туплю? Я не занимаюсь тем, за что здесь как минимум – отрубают руку.

- Будучи женщинами мы не сможем путешествовать в одиночку.

- Ага, а с документами мы скажем что мы мирные трансвеститы, и в платьях с сиськами только потому, что идем на карнавал или в бар, где выступаем сегодня на разогреве у Стаса Михайлова, да?

- Мы пострижемся, переоденемся. Эти документы для нас – крайняя мера, к которой может и не придется прибегать, но пусть будет.

- Хорошо, Клер, я подумаю об этом и скоро перестану представлять, как тебе отрубают обе руки, но ты должна пообещать, что в виду твоего состояния ты будешь обсуждать со мной свои планы на воровство, убийство, и прочие милые развлечения, ок? – я посмотрела на нее как мать смотрит на дочь, только чо своровавшую у соседки всю пенсию.

- Торжественно клянусь, Элизабет – Длинная нора.

- Закрой рот, а то язык я отрежу тебе раньше, чем они отрубят руки, – она прижалась к моему плечу. – Я не хочу больше этот суп.

- Сделай пюре, делов то. Мы закончили с посадками, и завтра ты можешь уйти от готовки, поменявшись с одной из девушек.

- Отлично, я с удовольствием. А что вы будете делать?

- Копать двести метров американской земли. Нужно отвести от речки ручей, чтобы поливать наши посадки. Я не сильно полагаюсь на дожди.

- Ты знаешь, нет, я, пожалуй, поготовлю еще, они не знают, что такое биточки из картошки с мясом внутри. Точно, да, биточки! – она встала и пошла от меня.

- Ты далеко?

- Готовить.

- Мы с тобой сидим у костра. Это и есть кухня, - она словно удивилась моим словам, осмотрелась, поняла, что повела себя странно и вернулась к котлу.

Она, конечно, права, но нужно поговорить с девочками, что, если хоть кто-то заподозрит их в чем-то, нашей честной компании придется не сладко. Сегодня, когда все пойдут купаться, нужно поднять эту тему.

- Мисс, прошу прощения, что так и не смог проверить как вы устроились, но я уже благодарен вам с сестрами за то, что разнообразили стол нашей общины. Откуда у вас такие познания в области этих клубней, - я думала, что место за домом, где мы сушим шерсть достаточно спокойное, и здесь мало, когда можно увидеть людей, но губернатор будто шел за мной.

- Мистер Бредфорд, и мы тоже, слишком рьяно взялись за дела, что не могли познакомиться с вашими людьми. Но вы должны понять, что мы не имеем права «повесить» себя на вас. Вот и решили сразу принять активное участие в труде и получении навыков, - я чуть присела и опустила подбородок. Я Элизабет, губернатор.

- Вы поражаете всех в общине своей работоспособностью, и вас даже ставят в пример некоторым женщинам…

- Что вы, что вы, лучше этого не делать, потому что только Господь должен быть для нас всех примером. Мы не хотим, чтобы ваши женщины держали на нас обиду.

- Нет, мисс Элизабет, такого не будет, наши женщины не злы и не завистливы. Вы в полной безопасности. Так откуда вы узнали столько блюд из этих клубней, на которые мы и внимания не обращали?

- Как правило, у любого продукта несколько состояний: его едят сырым, как яблоки, вареным, как брюкву, или печеным, как тыкву. Когда находишь незнакомый овощ, и откусив, понимаешь, что он тебе не нравится, то всего то и нужно, попробовать его отварить, или просто положить на угли, - черт бы вас подрал с вашими «независтливыми» женщинами, и этими вопросами. Молодец, Лиля, что сперла документы, думаю, они допекут нас еще до индейцев.

- Я бы хотел приставить к вам несколько наших женщин, чтобы они научились у вас приготовлению блюд. Благодарю за беседу, мисс Элиза, и хочу, чтобы вы знали, что если я вам понадоблюсь, то я весь ив вашем распоряжении.

- Конечно присылайте, так мы сможем ближе познакомиться, подружиться. Спасибо, мы так благодарны, что попали сюда, к людям, что чтят Бога в сердце, и живут по закону Божьему, - я еще раз отвесила поклон и пошла собирать сестер.

- Клер, бросай свои кашеварские дела, ставь вместо себя одну из сестер, собирай адекватных барышень, и идем купаться. Нужно поговорить. В реке мы сможем сделать это лучше всего, - я замялась, и она это заметила. – Да, ты молодец насчет документов, детка, но у меня еще одна идея, пока не отошел корабль. Ты не видела этого рыжика? Мальчишку с канапушками и волосами как медь?

- Малкольма?

- Да, его.

- Он с индейцами ушел в их деревню. Зачем он тебе?

- Да, есть одно дело. Собирай девушек, и валите к речке. Я сейчас.

[1] je ne parle pas français (франц) – я не говорю на французском.

Глава 17

- Малкольм, дружище, как тебе индейцы? – я кричала на встречу пацану, что одним из первых вышел из леса. Он помахал мне рукой и побежал навстречу.

- Если бы можно, остался тут жить, но капитан не оставит, да и документов у меня нет.

- Тебе сколько лет?

- Семнадцать, но у меня порода видишь какая мелкая? – он показал ладонью над головой, намекая, что там могла быть его голова, а не тут, где сейчас.

- Э, дружок, не переживай, еще вытянешься, а если нет, наберешь мускулы, и будешь могучим, как … - я оглянулась по сторонам, но кроме индейцев, шедших за губернатором и Сквонто, никого не было в поле зрения. – Как Сквонто.

- Ну, он высокий…

- И сильный, а сильным быть важнее, чем высоким, - как же я хотела рассказать, что раньше я была его роста, а по силе могла дать по носу некоторым мужчинам.

- Может поговорить со Сквонто, чтобы он попросил губернатора, тот прислушивается к нему… Я очень хочу остаться здесь, - пацан загрустил, перебирая в руках и царапая ногтями ракушку.

- Малкольм, давай попробуем вместе поговорить, а у меня к тебе тоже просьба есть.

- Говори, если смогу, помогу.

- Нужно постараться… нам нужна мужская одежда. Остались же вещи солдат и людей из команды… ну, которые умерли. Что с ними?

- Их оставили на тряпки. После мертвых никто не будет их носить. А тебе они зачем?

- Пока это тайна, Малькольм, но, если ты сможешь принести побольше, я тоже постараюсь помочь.

- Завтра капитан велел начать грузиться водой и продуктами, а обратно я могу попробовать вынести одежду на берег в мешках и пустых бочонках, мы из них переливаем воду в большие бочки на корабле.

- Попробуй, и я буду очень благодарна. И проверь, ни осталось ли на корабле тюков с шерстью - капитан обещал отдать всю. Можешь засунуть вещи в тюки. Обещаю поговорить с Сквонто. И еще, попроси капитана взять с собой мешок картошки, если он пойдет в Англию. Там он сможет продать его дорого, если покажет, что с ней можно делать. За твой совет он будет добрее к тебе.

- Ладно, сестра…

- Я Элизабет, зови меня Элиза, хорошо?

- Хорошо, - пацан немного повеселел и пошел в сторону навеса, где жила команда корабля.

К реке я пришла, когда все уже были в воде, и даже помылись.

- Сестры, у меня к вам всем есть разговор. Он очень важный, и от этого зависит наша жизнь, - я дождалась, когда они обратят на меня внимание, скинула юбку и жилетку, вошла в воду в рубашке, наслаждаясь тем, как вода холодит разгоряченное тело.

- На воде хорошо слышно, поэтому, давайте покучнее, собираемся вокруг Элизы, - Клер созывала всех ближе к нам.

- Сестры, скоро женщины общины настроятся против нас. Это случится скоро или нет, но случится, вот увидите. И поэтому, я прошу вас, кроме нашего дома, огорода и кухни, старайтесь нигде особо не показываться. Хорошо, что мужчины закончили крышу, и теперь в нашем доме нет мужчин. Вы видели, что жены некоторых часто приходили посмотреть? Это потому что нам не доверяют.

- Но они же еще набожнее нас, и мы почти монахини… - начала одна из сестер.

- Есть одна прекрасная поговорка про свекровь и сноху, но я не стану вам ее рассказывать, - мои святоши и вправду ничего не понимали в этой жизни, и им, лучше бы действительно, выйти замуж.

- Что ты предлагаешь? – Барб сразу подошла к важному вопросу.

- Вы все должны сходить к губернатору и поговорить с ним. Пусть они запретят мужчинам ходить в сторону нашего дома. У нас своя кухня, у нас в доме свой очаг, дорога на наш огород не проходит мимо домов общины. Но вы должны понимать, что, если не вы, а мужчина придет к нам, виноваты будете вы, - я посмотрела на всех – ловила взгляд пары глаз и ждала, что мне ответят кивком. – Я знаю, что вам кажется это странным, но так и будет.

- Хорошо. Только вот мне все это начинает не нравиться. Что делать дальше?

- Мы сделаем теплую одежду, а там видно будет, - я понимала, что уйти таким большим составом мы точно не сможем – девушки Маргрет – почти дети. Рано было принимать решения, но думать всегда не лишнее.

К дому мы пришли все вместе. Сестра Маргрет стояла около дома, и ее окружали женщины из общины.

- И одежда их не подобает нашей общине, сестра Маргрет, - говорила одна из «хозяек» земли.

- Я поговорю с девочками, но они много и тяжело работают, а в шерстяных платьях очень жарко и они сковывают движения, - пыталась обороняться сестра.

- Элиза, стой, сейчас нельзя говорить ни слова, - поняв, что я всем корпусом двинулась в сторону компании, что с виду просто мило говорили, Клер поймала меня за руку. – Ты сама знаешь, что перезимовать мы должны здесь. Охлади свой пыл. Ты же умная, нужно просто придумать чем их занять – придумать проблему, которую они будут решать, отстав от нас.

- Я боюсь, что сейчас все проблемы будут считаться последствием появления здесь всех нас. Ты заметила, что они не поливают огороды, а дождей не было пару недель. Фиговый урожай у них будет ассоциироваться с тем, что это мы – нечестивицы, прогневали их Бога.