Mary Swamp – Готов следовать за тобой (страница 8)
— Знаешь что, — Марк поднялся с кресла и подошел к чайнику наливая себе кофе. — Ты прав. Она артистка. Одна из лучших. И да, она умеет изображать всё что угодно. Но ты тоже не лыком шит. Ты провёл в этой индустрии не меньше, ты видишь фальшь за версту. И что, в самолёте ты видел фальшь?
Кайл замолчал, уставившись в темнеющую за окном стену дождя. Нет. Фальши не было. Была дикая, почти неконтролируемая искренность. В её стонах, в её взгляде, в том, как она впивалась в него, словно пыталась впитать в себя. Это было слишком реально, чтобы быть игрой.
— Нет, — тихо признал он. — Не видел.
— Тогда, может, перестань бегать кругами и попробуй быть честным. Хотя бы с самим собой, — Марк отпил кофе. — Спроси себя, чего ты хочешь? Одна ночь, чтобы снять напряжение, и дальше по старой схеме? Или что-то ещё?
Кайл закрыл глаза. Чего он хотел? Последние годы он хотел её внимания, её реакции, её взгляда, полного огня — даже если это был огонь ненависти. Он хотел побеждать её в чартах только для того, чтобы видеть, как она сжимает губы, и знать, что мысленно она уже строит планы мести. Он хотел быть центром её вселенной, пусть и в негативном ключе. А теперь? Теперь он хотел вернуть все как было, это было понятно, это было просто, у него был секс и эти странные безопасные отношения. Эти перепалки, это не ранит. Не нужно вникать и думать что тебя обманут.
— Я не знаю, что делать, — проговорил он с нехарактерной беспомощностью. — Я хочу все вернуть, но теперь это невозможно.
Глава 8. «Все класс»
Элизабет провела весь день в странном состоянии полузабытья, то проваливалась в тяжёлый, не приносящий отдыха сон, то просыпалась и часами смотрела в окно, пытаясь анализировать каждую секунду в самолёте. Его взгляд, слова, поведение после… Что он чувствовал? Чувствовал ли что-то вообще? Может, рядом с ним все девушки так себя ведут? Теряют голову от одного его наглого прикосновения…
Она высунула язык и закатив глаза, плюхнулась спиной на кровать. Демон, дремавший на подушке, проснулся и тут же прибежал, устроившись у нее на груди. Мяукнув, уставился своими гипнотизирующими зелёными глазами.
— Да, чертёнок, отношения — это не про него, — прошептала она, глядя в эти наглые зрачки. — Люди не меняются, а я всего лишь ещё одно имя в его длинном списке. Не нужно строить иллюзий.
Но запретная, сладкая мысль о том, чтобы повторить всё еще хотя бы раз, отзывалась внизу живота тягучим, почти непреодолимым желанием. Она глубоко вздохнула.
— Я в жопе, Демон. В полной жопе…
Ночью Элли так и не смогла заснуть, раздумывая, каким образом теперь действовать. «
Утром, так и не сомкнув глаз, она нанесла тональный крем плотнее обычного, стараясь скрыть не только следы бессонной ночи, но и лёгкий синяк у мочки уха, который упорно проступал сквозь кожу. Надела практичную бежевую водолазку и чёрные облегающие джинсы. Покрутившись перед зеркалом, выудила из шкафа чёрный декоративный корсет с тонкой шнуровкой сзади. Надев поверх водолазки, затянула. Подчёркнутая грудь, выделенная талия… Мысль о его руках, которые медленно развязывали бы эту шнуровку, заставила её нервно взглотнуть и отбросить наваждение. Чтобы дышать свободнее, чуть ослабила корсет.
— Он любит наряды попроще и юбки покороче, — вслух констатировала она, проверяя, все ли его метки хорошо скрыты. Кивнула своему бледному отражению. Сегодня хотелось комфорта, поэтому выбрала на ноги — белые кроссовки.
За ней, как обычно, заехала Марго на своём тёмно-сером седане.
Элизабет спустилась к парковке. Марго, сидевшая за рулём, встретила её оценивающим взглядом, опустив солнцезащитные очки на кончик носа.
— Выглядишь так, будто тебя каток переехал, — констатировала ассистентка. — И, подумав, дал задний ход, переехал ещё раз.
Элизабет фыркнула, садясь на пассажирское сиденье и ставя сумку между ног.
— Спасибо за поддержку. Чувствую себя соответствующе.
Пока они ехали в сторону студии, Марго расспрашивала о поездке.
— Ну и как прошло? Сэм не замучил дублями?
— Утомительно, — честно призналась Элли, глядя в окно на проплывающие пальмы. — И морально тяжело. Клип… требовал полной отдачи.
— А броню сегодня от кого нацепила? — спросила Марго, указав подбородком на корсет поверх водолазки. — Обычно ты без всяких кофт его надевала. Неужели в такую жару замерзла?
— Просто настроение такое, — уклончиво ответила Элизабет, пожимая плечами. — хочется собранности.
Они заехали в привычную кофейню по дороге. Марго, как всегда, взяла раф с кокосовым сиропом для себя и латте с корицей и без сахара для Элли. И «про запас», два круассана с ветчиной и сыром.
Когда они снова тронулись, Марго сунула бумажный пакет Элли на колени.
— Поешь. Ощущение, что после прилёта ты не ела ничего, кроме кофе и собственных нервов. Уверена, весы подтвердят мои догадки.
Элизабет кивнула, отхлебнув кофе.
— Что-то ела. Но больше спала.
Марго бросила на неё быстрый, проницательный взгляд.
— Спала? — хмыкнула ассистентка. — Именно потому что спала, ты нанесла такой слой тона? Ладно, не буду донимать. Сегодня у тебя репетиция вокала. Слот в студии занят на четыре часа. После — хореография с труппой. Твой тур состоится через пять недель. И Майкл перенёс встречу на пару дней.
— Перенёс? Она же должна была быть сегодня.
— Да, но он ждёт возвращения Фостера. По поводу прошедших съёмок хочет поговорить с вами обоими. Сэм, кстати, написал — клип будет смонтирован не раньше чем через неделю, а то и две. Но постараются быстрее.
Элизабет почувствовала, как внутри что-то ёкнуло.
— А куда уехал Фостер?
Марго сделала брезгливую гримасу.
— Должен был улететь сегодня утром в Нью-Йорк. На съёмки для рекламы духов. У Hugo Boss новый аромат, и они заключили контракт с Его Высочеством. — Она сделала паузу, затем добавила: — Наверное я теперь перестану пользоваться их ароматами. Для меня они будут пахнуть похотью и блядством.
Элли невольно улыбнулась.
— Почему ты его так ненавидишь? Не замечала этого за тобой.
— Потому что он мудак, — без обиняков заявила Марго, ловко перестраиваясь в другой ряд. — Женщин ни во что не ставит, и меня бесит его манера командовать там, где он не начальник. Он меня тоже не жалует, кстати, а его попытки выудить твой номер весь прошлый год откровенно затрахали.
Элизабет потягивала кофе, глядя в окно. «
К еде Элли так и не притронулась, отложив пакет на заднее сиденье.
— Я съела бутерброд перед выходом, — солгала она на неодобрительный взгляд Марго. Аппетита не было совсем, только ком в горле, лёгкая тошнота от недосыпа и пережитого стресса.
Марго не стала давить, лишь вздохнула.
— Ладно. Спишем на усталость от съемок.
Когда они приехали к зданию студии, Элизабет, поправив корсет с ощущением, будто идёт на эшафот, направилась внутрь.
В студии звукорежиссёр Лео уже ждал её, настраивая оборудование.
— Привет, Элли. Как голос? Успела отдохнуть после перелёта?
— Вроде, — она попыталась улыбнуться, поставила сумку. — Что по программе?
— Твой трек для тура. «Всё класс». Давай разомнёмся на нём.
Когда заиграл задорный, пульсирующий бит, под который действительно хотелось танцевать и улыбаться, Элли почувствовала… пустоту. Она старалась вкладывать в голос силу, бодрость, лёгкость, но звук выходил плоским, будто натянутым. Она сбивалась на простых переходах, ловила не ту интонацию, голос дрожал на высоких нотах, которых раньше и не замечала.
После третьей неудачной попытки взять куплет Лео остановил музыку.
— Элли, может, исключить его? На концерте у тебя в основном другая тональность в песнях, если не успеешь переключиться, будет сложно.
— Нет, нет, всё в порядке, — она провела рукой по лбу. — Просто… Давай ещё раз.
Она глубоко вдохнула, стараясь сосредоточиться на тексте. Легкомысленные, беззаботные слова будто издевались над ней.
«
Лео снова остановил её ещё до припева.
— Элли, так дело не пойдёт. Ты поёшь так, будто это похоронный марш. Где энергия? Где эта дерзкая уверенность?
— Всё в порядке, Лео, — она чувствовала, как по щекам разливается жар от стыда и раздражения на саму себя. — Просто нужен маленький перерыв. Я возьму себя в руки. Смена режима тяжко далась.
Лео, человек опытный и видавший разные капризы звёзд, кивнул, снимая наушники.
— Двадцать минут. Пей воду. Не кофе. Воду.
Оставшись одна в тихой, затемнённой студии, Элли прислонилась к стене и закрыла глаза. Ирония ситуации была горькой и очевидной. «
Она снова представила его руки, его дыхание, его низкий голос, произносящий: «Я твоя реальность». И, странное дело, даже сейчас, в полумраке студии, это воспоминание вызывало не только стыд и смятение, но и тот самый предательский трепет где-то глубоко внутри.