Mary Swamp – Готов следовать за тобой (страница 2)

— Ох, — протянул Марк, затушив сигарету. — Похоже, это серьезно. Кайл Фостер, король одноразовых романов, ревнует девушку, с которой обменивается колкостями. Мир определенно перевернулся. Иди выпей кофе, протрезвей. А я пойду искать свою Лору, пока она не подумала, что я тоже увлекся самоанализом.

Он хлопнул Кайла по плечу и скрылся в толпе, оставив того одного. Кайл не двигался. В отражении в стекле его зеленые глаза были темными и неспокойными. Он снова достал телефон, бегло глянул на первое место в чарте. Победное чувство было уже не таким сладким. Оно было отравлено тремя простыми словами, сказанными нежным голосом: «Я тебя тоже»

Глава 2 «Полночь»

Дверь квартиры закрылась за ней с тихим щелчком, отсекая шум вечеринки, запах алкоголя и ощущение его колючего взгляда в спину. Элизабет, скинув туфли, прошла босиком в спальню, и с легким щелчком включила мягкий свет. На кровати вальяжно растянулся черный кот с изумрудными глазами.

— Демон, ты меня ждал? — устало улыбнулась она.

Кот в ответ лишь высокомерно зевнул, демонстрируя острые клыки.

Рядом с гардеробом стоял открытый чемодан. Элизабет вздохнула и принялась аккуратно складывать вещи для поездки: легкие платья, купальники, ту самую шелковую ночнушку цвета розовый пепел для съемок. Она погрузилась в рутину сборов, пытаясь вытеснить из головы картину с Кайлом в туалете и собственное дурацкое возбуждение.

Демон, наблюдавший за процессом с подушки, внезапно встал, грациозно спустился на пол и запрыгнул прямо на аккуратную стопку футболок.

— Демон! — строго сказала Элизабет.

Кот уставился на нее, его зеленые глаза выражали непоколебимое право на любое действие в пределах этой квартиры. И вдруг он жалобно замяукал.

Элизабет не выдержала и рассмеялась.

— Я знаю, солнышко, — сказала она, подходя и беря его на руки. — Но маме придется уехать. Марго присмотрит за тобой, пока меня не будет.

Кот недовольно фыркнул, уткнувшись холодным носом ей в шею. Она прижала его к себе, почесывая сначала его шею, а потом за ушком. Через мгновение в комнате зазвучал маленький, живой, пушистый моторчик.

— Вот так, мой чертёнок, нравится за ушком, да? — прошептала она.

Демон одобрительно мяукнул, зажмурившись от удовольствия. Она постояла так еще минуту, вдыхая запах кошачьей шерсти, чувствуя, как напряжение медленно покидает плечи, и осторожно опустила его на кровать.

— Ну все, мне надо собираться.

Кот, слегка обидевшись, что его оторвали от источника ласки, улегся на свое место, следя за ней глазами-щелками.

Час спустя чемодан был готов. Элизабет приняла душ, смывая с себя остатки сцены, вечеринки и липкого чувства ревности, которое она сама себе не позволяла признать. Лежа в постели, она прокручивала в голове сценарий клипа «Полночь». Песня была томной, уверенной, полной обещаний. Ей предстояло одной на огромной кровати, в полумраке, соблазнять невидимого зрителя. Прямо как в ее жизни — все для публики, все на виду, и никого за кадром.

Она потянулась к телефону. На экране не было новых сообщений. Только запись о звонке Ната, который закончился его привычным «Я люблю тебя, малышка». Она улыбнулась и выключила свет.

Утро в студии Spark Label inc начиналось рано. Кайл Фостер вошел в репетиционную ровно в десять. Пустое помещение со звукоизоляцией и профессиональной аппаратурой было его территорией на ближайшие два часа. Звуковик включил минусовку, и зазвучали первые аккорды его трека «Хочу следовать за тобой» — бодрого, ритмичного, с текстом о вечной преданности одной женщине, которая рушит его репутацию, но он готов следовать за ней.

Он пел, притопывая в ритм ногой, вкладывая в звук привычную харизму, но мыслями был далеко. В голове упрямо звучал ее голос по телефону: «Я тебя тоже».

Он снова погрузился в музыку, пытаясь вытеснить навязчивые мысли. Их странные, годами длящиеся отношения-игры были построены на балансе. На ее холодной отстраненности, которая бросала ему вызов. На его наглых уколах, которые задевали ее, но не ранили. На их тайном, ни в чем не признанном соревновании, которое было важнее любых чартов. И этот баланс сейчас пошатнулся. Появился кто-то третий. Кто-то, кому она говорила теплые слова в первом часу ночи.

Он взглянул на часы. Без пянадцати двенадцать. Почти время их ежедневного ритуала. Она обычно приходила зараннее, чтобы бросить какую-нибудь колкость о его «лицемерных балладах» или «предсказуемом припеве». Он всегда ждал этих пятнадцати минут.

Но дверь открылась не в 11:45. Она распахнулась без пяти двенадцать, и на пороге появился незнакомый парень в модной толстовке и с наушниками на шее.

— Привет, я Билли, — неуверенно улыбнулся новичок. — Мне сказали, что с двенадцати мое время.

Кайл резко сорвал наушники. В наступившей тишине его голос прозвучал необычно громко:

— Сейчас не твое время.

Звукорежиссер Лео, сидевший за пультом, выглянул и, смотря в монитор с расписанием, сказал спокойно:

— Все в порядке, Кайл. Рид на съемках в Майами для клипа к «Полночи». Ее слот на ближайшие несколько дней отдали новичкам для записи демо. Вот, смотри.

Он развернул экран. График был железным аргументом. С 12:00 до 14:00 — Джонс Б.

Кайл посмотрел на Лео, затем медленно перевел взгляд на смущенного Билли. В глазах его бушевало раздражение, смешанное с чем-то похожим на растерянность.

— Понял, — сквозь зубы выдавил он.

Молча собрал свои вещи: бутылку воды, телефон, ключи, и удалился из студии, хлопнув дверью чуть громче, чем было нужно.

Кайл вышел на пожарную лестницу, ведущую на плоскую крышу здания. Достал сигарету, хотя бросал уже полгода назад. Потом передумал, просто зажал ее в пальцах. Майами. Съемки. Клип «Полночь». Он слышал этот трек. Песня была… откровенной. Даже для нее.

Он достал телефон и набрал номер своего агента, Дэвида.

— Дэв. Элизабет Рид снимает клип в Майами. Мне нужно знать все. Какой режиссер, какой сценарий. Быстро.

Ответ пришел через двадцать минут. Дэвид перезвонил.

— Режиссер — Сэм Уолш, снимает много молодежной эротики, но стильно. Сценарий… Кайл, там почти нет сценария. Она одна, на постели, в ночнушке, танцы посреди комнаты. Томные взгляды в камеру, какие-то движения. Никаких статистов, никакого актера-партнера. Сплошная интимность для воображения.

Кайл слушал, и его пальцы все сильнее сжимали не зажженную сигарету.

— Понял, — сказал он снова, голос был ровным, но Дэвид, знавший его давно, почувствовал напряжение. — Спасибо.

Он сбросил звонок и еще минуту стоял, глядя на панораму Лос-Анджелеса. Решение пришло почти сразу. Кайл позвонил — Майклу, их общему продюсеру, человеку с железными нервами и нюхом на хайп.

— Майк, привет. У меня есть идея. По поводу клипа «Полночь» у Элизабет. — Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Коллаборация, не дуэт. Видеоряд ее, песня ее. Но мы добавляем мужскую фигуру. Не лицо. Отражение в зеркале, силуэт в дверном проеме, просто тень на стене. Чтобы было понятно: она поет не в пустоту. Она поет кому-то. Конкретному мужчине. Это подогреет интерес в сто раз. Фанаты сойдут с ума, начнут строить теории, кто это. Шумиха, мемы, теории, пейринги — все, что мы любим.

Он умолк, давая Майклу переварить.

— Я думаю, это интереснее, чем просто красивая девушка в кадре. Это добавляет историю, загадку. И… я свободен в эти даты, — добавил Кайл небрежно, как будто только что вспомнил.

В трубке повисла тишина. Потом Майкл засмеялся, коротко и понимающе.

— Я понял тебя, Кайл. Тень в клипе у главной соперницы. Драма. Люблю это. Ладно, я позвоню Сэму и его команде. Но это должно быть тонко. Очень тонко. И она должна согласиться.

— Конечно, — сказал Кайл, и в его голосе снова зазвучала привычная уверенность. — Это просто художественный прием.

Он положил трубку. Сигарету так и не закурил, разломил ее и выбросил. Спускаясь с крыши, он чувствовал прилив адреналина. Игра продолжалась. Но правила в ней только что поменялись. Теперь он не просто наблюдатель и соперник. Он собирался стать частью ее фантазии. Пусть даже в виде тени на стене. Это было начало. И он знал, что выиграет этот раунд.

Глава 3. «Полночь» часть 2

Первый съемочный день провалился. После долгого перелета и предвкушения Элизабет не смогла поймать нужное состояние. Камера, холодная и бездушная, ловила ее скованность, а не томную, уверенную страсть, требуемую песней «Полночь». Взгляд был пустым, движения слишком заученными и техничными, а не идущими изнутри. Сэм, режиссер, видя ее мучения, решил не давить. Они отсняли нейтральные планы — Элизабет, сидящую на кровати у окна и смотрящую в ночной город, танцующую в центре просторного номера-локации под мелодичный припев. Технично, красиво, легко. Без той самой огненной искры, которая делала ее клипы такими популярными.

Утром, через час после возвращения в отель, когда она пыталась заставить себя заснуть, раздался тихий стук в дверь. Это был Сэм.

— Элли, можно на минуту?

Он вошел, держа в руках два бумажных стаканчика с кофе и чаем, и протянул один ей.

— Ты сегодня была напряжена, — мягко сказал он, опускаясь в кресло. — Не парься сильно. Вспомни, как ты снимала «Сирену» — там ведь такой же нарратив. Внутренний огонь, желание, обращенное в пустоту. Или свой трек про полеты в другую галактику. Тот же секс, только бит быстрее. Не думай ни о чем, ты прекрасная певица и актриса. Просто расслабься и попробуй прочувствовать. Ты же для кого-то писала эту песню? — Он ободряюще улыбнулся. — Так вспомни для кого. И я уверен, ты сможешь отыграть лучше, чем сегодня.