Марцин Подлевский – Возвращение (страница 74)

— В Стрелец-9, — пояснил он. — Активируй инъекторы.

— Куда?! Ты хочешь нас убить? Это же звезда…!

— Это не просто звезда, — сказал он, и впервые за последнее время она услышала в его голосе что-то, кроме усталости и остатков недавнего страха. — Теперь это еще и глубинная червоточина. С параметрами сверхгиганта. Если ты прорвешься сквозь эту вспыхнувшую поверхность, то будешь перемещена в другое место. Проще всего это сделать с помощью прыжка. Даже с неправильными параметрами локации дыра перенесет нас. Все, что нам нужно сделать, — это врезаться в звезду. А в нее сложно не попасть.

— Глубинная червоточина?! Ты хочешь сказать, что здесь есть дыра? В сверхгиганте?

— Она здесь совсем недавно, — объяснил он, вводя последние команды. — Я сделал ее. Это единственный способ. У нас нет шансов добраться до Нулевых Врат на этом корабле. Да и времени на это нет. Мы слишком далеко. Это единственный путь.

— Ты сделал глубинную червоточину? О чем, во имя Напасти, ты говоришь?! И какие к черту Врата?!

— Жесткий стазис, Маделла, — сказал он, слегка улыбаясь, хотя улыбка ассоциировалась у нее скорее с гримасой сумасшедшего. — Я вижу, что ты не хочешь. Позволь мне позаботиться об этом. — Он нажал на автоматическую кнопку подачи белой плесени. — Увидимся на другой стороне радуги.

— Подожди! Ты не можешь совершить звездный прыжок… — начала она, но стазис сработал быстро.

Она попыталась приподняться и выразить еще один протест, дотянуться рукой до подключенных инъекторов… но через несколько секунд ее протест перестал иметь значение.

***

— Мертв.

— На самом деле, — добавил второй аколит, — этот термин неточен. Дух давно покинул его, как ты и предсказывал. Это вторая форма. И она тоже мертва.

Над телом бывшего члена Жатвы, доставленного в большой лазарет «Пламени», стоял Дет, окруженный несколькими другими аколитами, капитан Кайт Тельзес, наблюдавший за всем происходящим несколько в стороне, и задумчиво вертевший в руках фуражку механика Типси Палм. Ранее, бегло посовещавшись, вызвали и всю поисковую группу, включая Сержанта, которого быстро проводили в запертую каюту вскоре после того, как стало известно, что Питоф был вооружен.

— Что это? — спросил Дет, наклонившись над тем, что осталось от тела. Труп, каким бы невозможным он ни казался, все еще сотрясали легкие подергивания, или, скорее, пульсация умирающих нервов.

— Неприятный образчик усыхания, — ответил Кайт. — Если вступление в вашу секту заканчивается так, то прошу покорно.

— Есть ли у вас врач? — Представитель Жатвы не ответил на колкость.

— Нет, — отрицал Тельзес. — Наша госпожа врач, Си, к сожалению, погибла во время боя со стрипсами. Вы никого не взяли с собой?

— Здесь есть лазарет, — сухо пробормотал Дет, но Кайт недобро усмехнулся.

— Поздравляю с подготовкой. Врач на корабле — один из самых важных членов экипажа.

— Вы не помогаете, капитан.

— Насколько я понимаю, ты предполагаешь, мальчик, что до этого меня трясло от желания помочь?

— Я просто напоминаю вам, — выпрямился представитель Жатвы, — что это все еще ваш корабль.

— Правда? А я и не заметил.

Дет ничего не ответил.

— Положите его в АмбуМед и задайте полное сканирование, — приказал он. — При закрытом операционном куполе. Если потребуется, заморозьте его. А вы, капитан, — он указал на Тельзеса, — пойдете со мной.

— Мне все равно больше нечем заняться. — Старый колдун пожал плечами. — Однако я не вижу причин, по которым мы не можем поговорить здесь. Ты хочешь что-то скрыть от своих людей, Дет? От моих, — добавил он, взглянув на Палма, — у меня нет секретов.

— Как хотите, — ответил представитель Жатвы, наблюдая за тем, как два аколита положили тело на кушетку АмбуМеда и запустили программу сканирования согласно инструкциям. — Насколько я понимаю, атакованный сектор корабля… уже изолирован?

— Да.

— Превосходно. Что вы предлагаете делать дальше? И не будьте таким грубым, капитан Тельзес. Напоминаю, что речь идет и о ваших людях.

— Благодарю за беспокойство. В остальном же я не знаю, что могу предложить Жатве, кроме как продолжать сканирование пространства. В качестве исключения могу лишь добавить, что ты излишне упорен в вопросах солидарности, парень. Тот факт, что мы где-то заблудились, не особенно беспокоит мой экипаж. Мы уже терялись в Выгорании. И не раз, во время войны с Исемином и стычек с пиратами. Мы привыкли к этому, а главное: мы никуда не торопимся.

Представитель Жатвы ничего не ответил, молча глядя на Кайта, но старый колдун прекрасно видел, что тот рефлекторно тянется рукой за грудь, где обычно держал персональ. Опять выпендриваешься, парень, подумал он. Сделай мне приятное. Самоуверенная, холодная, духовная Жатва? Чушь. С каждым движением, с каждой демонстрацией силы из тебя вылезает настоящее. Поэтому тебя выбрали Представителем на эту миссию? Аколит Жатвы с таким явным недостатком? Забавно.

Интересно, как получится использовать это в своих целях.

— Капитан Тельзес, — динамик в лазарете неожиданно затрещал, — это Пат. У нас проблема… в этом изолированном секторе. Капитан?

Тельзес достал свою персональ.

— Что случилось, Пат? — спросил он, набрав контактный код, чувствуя, как его голосовыми связками на мгновение завладел член гатларского экипажа, использующий его персональ.

— Там что-то есть, — неуверенно начал голос Пата. — Оно выползает наружу, минуя нашу блокировку.

— Там была герметизация?

— Была, господин капитан. Как и говорил Типси. Мы использовали запасной вход.

— Я не понимаю. Точнее, Пат, без вашего жаргона!

— Не люк, я имею в виду. У нас осталось три запасных пары дверей, и мы сделали их с помощью сварочного аппарата. То есть мы отгородили ими ту часть зараженного коридора. Но что-то все равно выходит наружу…

— Я иду туда, — закончил Тельзес. Он повернулся, но вдруг остановился и удовлетворенно посмотрел на Дета. — Ты слышал это, парень? Ты говорил о солидарности. Тогда я приглашаю тебя. А вы, — бросил он аколитам, стоящим рядом с АмбуМедом, — принесите сюда эту Машину Натриума. Я слышал, что она может бить электричеством, если понадобится. Если эта штука оживет, я не хочу больше трупов на «Пламени», — добавил он, с удовольствием наблюдая, как на лицах членов Жатвы появляется неестественная бледность.

Экстренная ситуация, подумал он. И это хорошо. Сейчас мы увидим, из какой глины вы, ребята, сделаны.

***

Когда он воскресил ее, они пролетали мимо газового гиганта, окруженного ледяными, прекрасными кольцами. Достаточно красивыми, чтобы захватить ее сердце.

Навигационная консоль запульсировала обычным в такой ситуации трепетом данных: кольца действительно были ледяными, хотя в них встречались и обломки скал. Сам гигант был окружен более чем шестьюдесятью естественными спутниками — изрытыми кратерами лунами, — а внутренности гиганта, по данным кастрированного ИИ «Дикарки», представляли собой смесь железа, кремния, никеля и кислорода в оболочке из металлического водорода. В конце концов, это были всего лишь технические данные, неспособные передать красоту ярко-голубой сферы, иногда переходящей в целую гамму цветов, на поверхности которой виднелись гигантские вихри ленивых ветров, застывших на тысячелетия.

Система, быстро поняла она. Этот свет, падающий на гиганта, не берется из ниоткуда: мы находимся в солнечной системе. Куда мы попали?

— Сердечно приветствую, — услышала она. Голос Лема уже напоминал тот, к которому она привыкла раньше: спокойный, довольный, ироничный. — Как твое самочувствие после нашего небольшого путешествия?

— Вижу, твое улучшилось, — ответила она, позволяя последним стазисным трубкам отстегнуться от ее тела.

— Мы находимся примерно в семидесяти световых минутах от места назначения, — объяснил он, не отвечая на колкость. — Я мог бы подождать и снять с тебя стазис позже, но вид действительно исключительный. На него стоит взглянуть, тем более что это может быть твое последнее путешествие. Я предполагаю, этот спасательный прыгун потянет ноль запятая шесть скорости света. Поэтому полет займет некоторое время, — добавил он, склонившись над консолью и внося коррективы. — Следующая планета также выглядит интересно. Тоже газовый гигант, но почти сто сорок тысяч километров в экваториальном диаметре. Исключительно интересный экземпляр. В первый раз, когда я использовал этот маршрут, вышел из Глубины совсем рядом с ней. Здесь находится исключительно старый локационный буй.

— Отлично, — фыркнула она. — Так где мы находимся? Насколько глубока была эта твоя предполагаемая дыра?

— А знаешь, я даже польщен, — улыбнулся Захария. — Наверное, мы действительно будем называть ее дырой Лема, хотя правильнее было бы назвать ее скорее «дырой Немезиды». Шансы на то, что информация о ней распространится, довольно малы, но это не отменяет факта, что я чувствую вполне понятное удовлетворение.

— Когда ты бежал как ошпаренный от «Немезиды», ты не выглядел довольным, — заметила она и в тот же момент поняла, что несколько перегнула. Лицо агента Ложи превратилось в холодную маску.

— Призраки, — резко отчеканил он. — Фантомы, созданные в результате воздействия какого-либо явления. Обычное дело в секторе Трех планет. Как ты сама упомянула, ты никого не видела.

— Вся эта история с «никем» сильно испортила люк «Дикарки».