Марцин Подлевский – Возвращение (страница 30)

Элохим снова кивнул. Дженис нахмурила брови.

— Ты здесь… Убери руки, когда я с тобой разговариваю! Хорошо. Теперь слушай меня внимательно. Ты здесь один?

— Неделимая, — тихо ответил Элохим.

— Она одна, — решил Тартус.

— Вы уже определили ее пол?

— Это девочка, — признал Фим.

— Элохимы не занимаются генотрансформацией детей — заметила Дженис. — Чтобы попасть в секту, нужно пройти инициацию.

— Тогда это будет их ребенок, — быстро ответил Тартус. — Членов секты после генотрансформации.

— Это невозможно, — признала Цара. — Генотрансформированные не могут… — Она прервалась, и на ее лице снова появилась гневная гримаса. — В могилу Напасть! Зачем я с тобой разговариваю! Покрака, — она снова повернулась к элохиму, — где твой отряд? Есть ли здесь кто-нибудь еще? Это ты заблокировала трюм?! Напасть на тебя!

Видя, что ничего не узнает, она схватила Элохима за руку и потащила к блокам. Тартус протиснулся перед ней. Девушка, если она действительно была таковой, крикнула.

— Ты разблокируешь его, или я поджарю тебе голову! — пригрозила Дженис, стоя вместе с Элохим у компьютера, управляющего погрузчиком. — Сделай это!

— Ма… Мама, — сказала тварь, отворачиваясь от экрана и наемника. Она посмотрела на Фима, стоявшего рядом с ней. Торговец облизнул губы.

— Твои родители мертвы, — сказал он. — Они пытались убить нас.

— Мать…

— Они убили Пограничников, ты понимаешь? Если ты не хочешь умереть… тебе лучше разблокировать ее. Она, — он указал головой на явно разъяренную Дженис, — не шутит. Она собирается убить тебя. Убьет нас обоих. — Он хмыкнул, глядя на бледное лицо ребенка-элохима, скрытое в тени расходящегося отверстия. — Разблокируй его.

— Он говорит правду, Покрака, — добавила Дженис, и Покрака, уже не глядя на них, провела рукой по экрану планшета и ввела соответствующий код. Система подала звуковой сигнал и замигала веселым зеленым цветом.

— На корабль, — приказала Цара. — Вы оба. И точка.

Напасть, подумал испуганный Тартус, хватая ребенка за худую, бледную руку. Если Элохим и собиралась бунтовать, то в данный момент не подавала признаков: она позволила вести себя, как по струнке, прямо к соединительному переходу и шлюзу.

— Ты войдешь первым, — решила Цара. — Попробуй что-нибудь сделать, и я успею бросить нож до того, как ты закроешь шлюз.

Торговец кивнул. Он уже коснулся рукой панели, снимая блокировку доступа, и через несколько секунд дверь шлюза раскрылась, как лепестки пробуждающегося цветка. Только тогда элохимский ребенок завизжал, и этот звук показался Фиму просто человеческим.

Элохим дернулся и выдернул руку, но Дженис оказалась рядом и без особого труда поймала существо.

— Ты хочешь умереть, Покрака? — спросила она. — Попробуй еще раз, тогда у тебя получится.

— Оставь ее, — шипел Тартус. Он уже стоял внутри шлюза, но вместо того, чтобы бежать ко входу в «Кривую Шоколадку», остановился на месте, смерив наемницу взглядом. Дженис подняла бровь.

— Старый галактический вояка, — усмехнулась она, — Тартус Фим, который за горсть джедов продал бы собственную мать, трясется, потому что увидел беззащитную… бедняжку. Это что-то новенькое. Я вижу, что мне не понадобится оружие. Все, что мне нужно сделать, это схватить Покраку за шею, о да. — Она наклонилась и, не отрывая глаз от торговца, схватила Элохима за шею. — Все, что мне нужно сделать, — это сжать посильнее.

— Тебе это не нужно…

— Залезай внутрь, я сказала.

— Лучше воспользоваться их кораблем, — сказал он без особой надежды. — Если он действительно подключен.

— И рисковать тем, что другие члены экипажа снесут тебе голову?

— Она сказала, что она одна…

— И ты поверил, — нахмурилась она. — Это начинает надоедать, Фим. И даже если бы ты был прав, смог бы ты управлять кораблем элохимов? К тому же эти разговоры меня утомляют. — Она крепче сжала шею ребенка. — Я даю вам две секунды, чтобы вежливо войти на корабль. Я не буду повторять.

Тартус подошел к двери и подождал, пока Цара вместе с Элохим войдут внутрь и закроют первую часть люка. На маленьком экране шлюза появилось сообщение о стабильности давления, затем торговец открыл вторую дверь. Прошло всего несколько шагов, и они снова оказались на борту «Кривой Шоколадки».

— Навигационная консоль, — приказал Дженис, закрывая шлюз. — Мы покидаем док. Только не спешите. Летите к ближайшему бую.

— А потом? — спросил он, усаживаясь в капитанское кресло и послушно выдвигая рукоятку управления консолью.

— Тестер.

— Для чего?

— По-моему, все предельно ясно. Мы проведем там полное сканирование, — сообщила она. Она отпустила девушку, которая подошла к одной из стен стазис-навигаторской и прислонилась к ней спиной, не сводя глаз с наемницы. — Если Малкольм жив, мы вытащим его из Выгорания.

— Твой муж не…

— Заткнись.

— Там флот Зеро, — сказал он, отсоединяя «Кривую Шоколадку» от стыковочного отсека и активируя небольшую обратную тягу. — Если они нас увидят, то спасут или убьют.

— Так молись, чтобы этого не случилось. Потому что если мне придется вести с ними переговоры, я буду рада избавиться от тебя. И от Покраки тоже, — добавила она, глядя на неподвижно сидящую элохим. — Летим!

Разблокировать навигационные функции корабля не составило особого труда. Фим справился бы с этим даже во сне. Настроить прыгун на полет со скоростью вдвое меньшей скорости света тоже было нетрудно. Буй, насколько он помнил, находился недалеко — во всяком случае, кастрированный ИИ его помнил.

— Если вы меня убьете, — быстро сказал он, видя, что Цара с интересом смотрит на консоль, — некоторые функции останутся заблокированными. Этот корабль работает на постоянно обновляемой автоматике. То же самое произойдет, если вы продадите меня стрипсам…

— Я найду с ними общий язык, — фыркнула она. — Они не хуже научного клана разбираются в программировании, а может, и лучше.

— Они ничего не смогут сделать. Половина программ содержит скрытые вирусы. Тут даже глубокое сканирование не поможет.

— Я покажу тебе кое-что, — она быстро подошла к нему и ударила внезапным электрическим разрядом.

Тартус вскрикнул и дернул за рукоятки, заставив корабль резко вздрогнуть. Девочка завизжала, кувыркнувшись на пол прыгуна, но подготовленная Дженис устояла на ногах.

— Я сказала, что ты слишком много болтаешь, — объявила она, и в тот же миг они услышали сигнал тревоги.

Сигнал не был похож ни на один из тех, с которыми Тартус сталкивался раньше. Это не был звук, свидетельствующий о перегрузке антигравитонов, ослаблении ядра, падении поля, снижении давления или повреждении обшивки. «Кривая Шоколадка» вдруг зазвучала какофонией накладывающихся друг на друга тонов, словно ИИ не мог справиться с огромным количеством сигналов.

— Что за Напасть?! — крикнул Фим. Он отпустил одну из рукояток и коснулся кнопки сенсорного вызова. Консоль выплюнула ряд световых нитей, которые через долю секунды кристаллизовались в изображение, предположительно показывающее вид с задней части корабля.

— Выключи его! — крикнула Цара. Свернувшись калачиком на полу, Элохим закрыла голову руками, словно отгоняя надвигающиеся звуки.

— Я пытаюсь! — крикнул он, стараясь найти опцию отключения всех сигналов тревоги, но значок исчезал под натиском синего цвета, видневшегося на голопроекторе.

Ибо это был именно синий цвет — тысячи концентрических двойных кругов, символов Глубины, накладывающихся друг на друга и образующих фрактальную сетку, в которой копошились вычисления, производимые на лету сверхматематическим кастрированным ИИ.

— Что-то перенасыщено!

— Выключи! Сейчас же!

— Я не могу! — крикнул он, и тут же, словно система поддалась внезапной перегрузке, все стихло.

Тишина навалилась на них так неожиданно, что прозвучала, как выстрел в корабле. На секунду на «Кривую Шоколадку» опустилась чернильная тьма.

— Зеро! — крикнула Покрака. — Зеро! Редитум!

Загорелись аварийные огни. Прыгун все еще двигался в заданном направлении, но тяга только возвращалась, ядро неохотно преобразовывало энергию в реактивную отдачу. На мониторах отображались основные команды: белые буквы на черном фоне — перезагрузка систем. ИИ пытался проверить себя; Фим уже слышал отчетливые писки плиток памяти и тербиты генокомпьютеров.

— Зеро! — снова и снова кричала Элохим, но Цара подошла к ней и бесцеремонно ударила по голове. Девушка беззвучно упала на пол. Тартус вздрогнул и начал подниматься со своего места, но Дженис направила на него электронож.

— Она жива, — сказала она. — Только перестала кричать.

— Эхо, — пробормотал Фим, глядя на наемницу. — Эхо глубин.

— Я заметила, — ответила Цара, и Тартус увидел, что рука, в которой наемница держала шокер, слегка подрагивает. — Давайте убираться отсюда.

— Тысячи… глубоких отголосков…

— Если ты немедленно не ускоришься, я тебя убью, — встревоженным голосом пообещала Дженис. — Эта старая рухлядь вот-вот достигнет своего максимума. Установи этот дерьмовый таймер. Прыгай на Тестер.

— Эхо…