Марцин Подлевский – Возвращение (страница 21)

Хаб хмыкнул, вытащил из кармана палочку и зажег ее плазменной зажигалкой.

— Я мог бы подключиться к системе, — заметил Джаред. — Некоторые мои функции позволяют войти в импринт Миртона. Теперь я являюсь его… как я понимаю, частью Единого… импринта.

— Я не могу этого позволить, — Хакл покачала головой. — Дело в твоем импринте… я бы не хотела в это лезть.

— Все зависит от того, насколько Пин уверена в экстраполяции данных прыжка, — заметил Тански, затягиваясь палочкой. — Что ты там придумала, принцесса?

— Область слишком велика, и это ее основное преимущество, — объяснила Пинслип. — Даже при ошибке в определении местоположения мы должны выпрыгнуть где-то вблизи NGC 869, и чем ближе мы к звездному скоплению, тем больше наши шансы найти буй.

— Если только система не обнаружит буи, расположенные в нескольких световых годах от нас, и не понадобится точный глубинный прыжок, — заметила Эрин. — Тогда ошибка в определении местоположения будет иметь значение.

— Достаточно оказаться в нескольких световых годах от буя. Это всегда лучше, чем в нескольких сотнях.

— А сколько ты хочешь лететь в стазисе, Вайз? Год? Два года? Десять? Пятнадцать?

— Так близко к скоплению мы можем наткнуться на другие корабли, — отпарировала Пин. — Гораздо более охотно готовые помочь и не требующие за это суммы, равные стоимости глубинного прыгуна или ТПК.

— Возможно, — заметил Джаред, — но не обязательно. Шансы наткнуться на другой космический корабль за пределами установленных транспортных маршрутов равны…

— Никогда не говори мне о шансах, — прервала его Хакл. — Каковы были шансы наткнуться на всю эту флотилию?

— Учитывая наш последний опыт? — спросил с легкой иронией Тански.

— Хорошо, — вздохнула Эрин. — Вот распоряжения. Я попробую договориться с Анной. Деликатно. Но мы готовы использовать средства, предназначенные для и без того неполной оплаты кредита. В это время Вайз устанавливает данные о местоположении, как может, а Хаб пытается снять торговые блокировки Контроля. Джаред по-прежнему в полной боевой готовности в оружейке, а Месье работает до последнего, пытаясь самостоятельно обойти повреждения двигателя. Если нам придется заплатить «Кармазину», то сделаем это в крайнем случае.

— В любом случае, у нас еще есть более получаса, — заметил Хаб.

— Не факт, — донеслось до них со стороны входа в стазис-навигаторскую. Они обернулись и увидели механика в еще не до конца снятом вакуумном скафандре. — Дамы и господа, боюсь, все немного хуже, чем было.

— Определите «хуже», — поинтересовался Тански. Месье пожал плечами.

— У нас пробит…

— Не заканчивайте, — прервала его Эрин, почувствовав, что все силы внезапно покидают ее. — Просто не заканчивайте.

— Палочку для успокоения, королева? — поинтересовался Тански и к своему удивлению заметил, что Хакл протягивает руку, берет у него дымящийся окурок и затягивается неоникотином.

— Приведите Лил в столовую, — сказала она, возвращая окурок компьютерщику. — И побыстрее.

***

— Протечка, – объяснила лысая механик, с удовлетворением отпивая глоток из бутылки, поданной Месье. — Поэтому вы вывалились. Наверное. Вы не говорили, что кто-то в вас стрелял.

— Не говорили, — согласилась Эрин. Женщина пожала плечами.

— Мне-то все равно, но выстрел поджарил вам доступ к соединению коронки привода и сердечника. Сердечник подает энергию на остальные цепи привода, но на эту конкретную коронку он не должен ее подавать, а подает то слишком мало, то слишком много. Это как будто кто-то постоянно бьет по этому месту. Если вы не сделаете обход, со временем энергетическая волна распространится и пережжет половину вашего глубинного привода.

— Почему ты этого не заметил? — холодно спросила Хакл. Хаб пожал плечами.

— Сердце передавало только отчет о поврежденной коронке. Мы знали, что нет доступа к энергии и что антигравитоны не передают информацию, как нужно. Что касается остального: слишком много шума. Если бы у меня было больше времени…

— Это редко бывает. — Лил снова глотнула и рыгнула, вызвав легкую улыбку на лице Месье. — Если бы такая мелочь, как выстрел в двигатель, взрывала всю коронку, то летать бы никто не мог. Двигатели отлично бронированы и сами по себе делают энергетические скачки. В конце концов, прыжок важен, как чертова Напасть. Без него нечего лезть в космос. — Механик пожала плечами. — Даже если вам выбьют треть внешнего двигателя, вы все равно должны прыгнуть. Однако есть несколько нервных… ну, этих… нервных точек в двигателе, и кто-то попал в одну из них. Вам не повезло, и вы в заднице.

— Сколько времени займет ремонт?

— Несколько часов, — вставил Месье. — Но без соединения мы ничего не сделаем. Нужно, чтобы мы могли куда-нибудь добраться. О прыжке без соединения не может быть и речи.

— Я же говорила. — Механик кивнула головой. — Не повезло.

Наступила тишина, нарушаемая лишь довольным бульканьем Лил, прерванным быстрым движением механика, который без церемоний забрал у нее бутылку.

— Эй!

— Прости, сестра, — прокашлялся Месье. — Было приятно, но пить в кредит больше нельзя.

— Передайте Анне, что мы заплатим, — добавила Эрин. — Если быстро получим запчасти и вы поможете нам с ремонтом. После этого мы ждем эскорт до вашего буя и информацию о следующих прыжковых остановках до ближайшей верфи.

— Хорошо, — фыркнула Лил. — Как хотите. Но про карты и помощь скажите ей сами. Анна не любит, когда ей приказывают.

— Я начинаю понимать, что любит, а что не любит ваша капитан, — констатировала Хакл. — И у меня не совсем такие же предпочтения.

— Предпочтения-срепочтения, — пробормотала механик, вставая из-за стола и еще раз с тоской взглянув на Месье. А точнее, на бутылку, которую тот держал в руке.

***

Не считая Лил, на прыгун взошли еще два человека: уже знакомая Эрин Петрова, маленькая компьютерщица в черных непроницаемых очках, и некий Подгрудный — бородатый мужчина, который имел к механике столько же отношения, сколько Хакл к кулинарии. Первый пилот подозревала, что его послали проследить, чтобы никому из их экипажа не взбрели в голову глупые идеи. Механик вместе с Месье отправились в вакуум с соединителями, Петрова бесцеремонно уселась за один из компьютеров навигационной консоли, где, жевая жвачку и пуская большие пузыри, следила за их действиями, а Подгрудный ходил по всему кораблю и, задумчиво почесывая ягодицы, неуклюже маскировал спрятанное под жилетом комбинезона оружие. Похоже, он с кем-то разговаривал — Хакл заметила, что он держал за пазухой нечто похожее на кожаного паука с четвертой планеты системы Денеболи.

Единственный момент, когда люди Анны потеряли бдительность, наступил, когда из оружейной по приказу Эрин вышел Джаред, которого Хакл назначила охранять Подгрудного. Выбор казался разумным: Тански сидел в Сердце, следя за тем, чтобы Петрова не попала к внутренним данным, Вайз дежурила в кресле астролокатора, а Хакл координировала всех из стазис-навигаторской. Что касается атаки, она искренне сомневалась, что Анна захочет атаковать прыгун со своими людьми на борту.

— Какого черта, — выпалила Петрова, когда Джаред вынырнул из оружейной в своем черном комбинезоне. Эрин удивленно посмотрела на нее, но быстро вспомнила, какое впечатление производила Машина, к внешнему виду которой она уже успела более или менее привыкнуть.

— Джаред, оружейник, — представила она и кивнула головой, показывая ему прогуливающегося поблизости Подгрудного.

Когда Джаред подошел к мужчине, Петрова повернулась к Хакл. В ее черных очках отражались пятна света СН.

— Оружейник? — спросила она. — Так теперь это называется? Женщина, я бы такой товар из постели не выпускала! Генетическая трансформация?

Эрин кисло улыбнулась.

— Офигеть… — повторила компьютерщица, недоверчиво качая головой. Она хотела что-то еще добавить, но в этот момент громкоговоритель затрещал, и все услышали голос Месье:

— Стазис-навигаторская, заканчиваем, — сообщил механик. — Последнее соединение установлено. Нужно перезапустить корабль.

— Полностью? — уточнила Хакл.

— К сожалению, да. Мы уже входим внутрь, — добавил он. — Подождите с этим, пока мы не прибудем на место.

— Перезапуск механики, — прошептала Вайз с недоверием.

— Малкович и Лил на борту. Полный перезапуск через три минуты пятнадцать секунд, — через мгновение раздался голос из Сердца.

Хаб не терял времени: из динамика донесся стук по клавишам. Петрова вздохнула и отошла от консоли.

— Внешние люки надежно закрыты, — сообщил Тански. — Запускаю обратный отсчет.

В отличие от перезапуска системы, перезапуск механики приводил к полному отключению ядра. Когда Хаб несколько раз перезапускал систему в 32C, это было всего лишь легким прикосновением к регистрам компьютерной системы. Теперь нужно было отключить питание — и полностью. Без поддержки верфи риск того, что корабль не запустится снова, составлял около десяти процентов.

Сначала погасли все огни. Это произошло не сразу — прыгун умирал медленно, постепенно погружаясь в темноту. Компьютеры начали переключаться на аварийное питание, но и они в конце концов погасли, предварительно настроившись на полную проверку систем после запуска. Затем исчезла гравитация, и наконец, когда не пристегнутые к креслам Джаред и Подгрудный слегка поднялись в воздух, затих и повсеместный шум оборудования, и корабль превратился в мертвую, парящую в вакууме оболочку.