Марцин Подлевский – Натиск (страница 20)
— Формирование закончено, — сообщила стоящая рядом Присутствие. — Глубинная эмиссионная связь открыта. Лорд Хресиос произносит высокое Слово.
— Это Слово выражает уважение? — уточнила Зои. Силаки кивнула.
— Да. И знак преданности, Дама. Вся надъязыковая эмоция, соединенная с волей.
— Принимаю. Передай Слово открытия и преданности.
— Да, Дама.
Изображение в Окне приблизилось. Изнутри кольца подуло холодом и пустотой космоса, и на мгновение Марк почувствовала сквозняк между Окном в лихтуге, Окном, висящим в пространстве над Этерой, и Окном на палубе «Воли и Приказа». Это был гигантский суперкрейсер, окруженный двумя другими, более чем семикилометровыми судами, вытащенными из лежащей неподалеку черной дыры, а точнее — из ее замедляющего время горизонта событий.
Изображение снова заволновалось, и перед глазами Дамы появился лорд Хресиос. Как и сама Дама и другие члены Внутреннего Круга, он был одет в
Говорили, что лорд Хресиос, как и сам Император, уже почти не имеет тела, предпочитая VML, соединяющую его с любимым кораблем. Дама не знала, правда ли это, но у нее было стойкое ощущение, что она разговаривает не с Хресиосом, а с «Волей и Приказом». Особенно когда смотрела на странно мертвое, бледное лицо седого лорда, изрытое жалами крючков ГМЦ и стазисных инъекторов.
— Глас Императора, — тяжело произнес Хресиос на праязыке, — «Воля и Приказ», как и вся Тридцать третья Длань Императора, принадлежат тебе.
— Лорд Хресиос, — ответила она, добавив несколько вежливых фраз на надъязыке, — это честь.
— Честь, — прогремело в ответ, — принадлежит Длани. Чем мы можем помочь?
— Для начала ответами, — пояснила она, быстро закрепив сказанное в праязыке. Насколько она понимала, древнейшие силы Императора не любили чрезмерного использования надъязыка. — Его Императорское Величество не пожелали передать какие-либо приказы своей верной служанке?
— Нас только что вырвали из безвременья, — глухо прозвучал голос лорда с легким оттенком грусти. — «Воля и Приказ», а также «Желание» и «Проклятие» произвели расчет хронологического сдвига. Он составляет ровно сто пятьдесят восемь лет, шесть месяцев и три дня. После входа в галактическое время мы не получили никаких указаний. Поэтому у нас есть вопрос, Летописчица, и его задаю я, а также лорд Астиат и баронесса Сепетес. Он звучит так: знает ли Император о нашем возвращении?
— Он точно знает. Я даже предположила, что у него есть для меня дополнительные указания от вас, лорд, — ответила она с готовностью. — Однако, услышав ваш вопрос, я предполагаю, что Длани не получили никаких официальных приказов из-за секретности всего предприятия. Эта операция, — добавила она с ударением, — строго засекречена.
— Наше прибытие скоро обнаружат, — заметил Хресиос.
— Возможно, — признала Дама, — но тогда будет уже слишком поздно, чтобы помешать планам Высочайшего.
— О каких планах ты говоришь?
Это был самый важный момент. Зои замолчала, но только на долю секунды. Ее
— Возможно, система, в которую вас призвали, будет очищена, — наконец сказала она, видя, как старый Хресиос хмурит белые брови.
— Ты требуешь их уничтожения?
— Только в случае прорыва в контакте с Чужаками, — уточнила она. — Если он будет достигнут, для начала мне понадобятся императорские ликторы. По крайней мере, одна когорта легиона.
— Ты просишь почти тысячу Просветленных. Зачем?
— Я прошу их только в том случае, если вы можете их предоставить, лорд. Материалы, связанные с прорывом, должны быть защищены и доставлены на мою лихтугу… если он произошел. Со временем они будут тщательно проанализированы, а результаты этого анализа будут переданы непосредственно на Эдем.
— Значит, ты рассчитываешь, что ликторы помогут тебе захватить эти материалы. Ты предполагаешь, что их передача встретит сопротивление?
— Да. Я предполагаю, что Мыслители не отдадут их добровольно, даже если я воспользуюсь Гласом и узаконю каждый свой указ. Часть из них спрячет свои исследования, часть уничтожит… Я не могу этого допустить. Проблема выходит за рамки научных дискуссий. До сих пор материалы Мыслителей были, в лучшем случае, интересными результатами научной работы. Однако возможно, что произошел прорыв в Парадоксе Восприятия. В таком случае эта работа станет опасной. А это означает, что нужно будет провести очищение Этеры.
— Очищение необратимо.
— Я знаю об этом. Но если прорыв произойдет, никто и ничто не сможет выжить в этой системе. Это условие для последующего здорового контакта с Чужаками. Полностью контролируемого не Мыслителями, а Императором.
— О чем же ты просишь сейчас?
— О системной блокировке. И о передаче когорты под мое командование.
— Ты ее получишь, Дама, — согласился лорд Хресиос. — Когда должны прибыть ликторы?
Зои Марк не ответила сразу. Она повисла на мгновение в черной паутине, безмолвно глядя в Окно, и наконец заговорила холодным и твердым голосом: официальным, вибрирующим от надъязычного тона Гласом Императора, хорошо известным во всем Млечном Пути.
— Я требую их сейчас, лорд.
***
— Они нас не пустят, — горько сказала Вайз. — Ни к нему, ни к Паломникам.
— Этого ты еще не знаешь, — возразил Ворон, но сам не верил в свои слова. Он все еще помнил страх, исходящий от принявшей их заместительницы Лектора. — Ты не уверена, что…
— Вайз права, — бросил Эд, зажигая сигарету. — Надо собирать манатки и убираться отсюда… пока мы еще можем это сделать.
Была уже глубокая ночь, когда они собрались в апартаментах, выделенных Яру ввиду его положения. Сначала они бродили по коридорам Купола Мыслителей, но когда Наследник Рода предложил продолжить разговор у него, не стали возражать. Особенно карлик, который, к отвращению Ворона, почти сразу набросился на бар и начал потягивать лучшие напитки, принесенные Машинным Опекуном. Хорошо, что он хотя бы вышел на террасу, где курил свои смешные палочки, которые, наверное, помнили времена Терранской Эры.
— Может, просто определимся, что мы видели, — предложил он, усаживаясь на каменную скамейку, высеченную на террасе. — Интерполяцией я могу разве что увидеть причины, и они не выглядят слишком радужными. Главным образом, если речь идет об этом… ксеноустройстве.
— То есть? — заинтересовался Яр.
— Это значит, — карлик затянулся дымом, — что это точно не транскриптор, или как вы там его называете. В нем обнаружены элементы связи, на что указывают фонетические сгруппированные звуки, которые нам удалось услышать. Но это также что-то гораздо более серьезное. И здесь нам пригодится, друзья, моя интерполяция… хотя, возможно, немного иначе, чем я думал.
— Что ты хочешь сказать? — тихо спросила Пин, глядя не на карлика, а на здания, видневшиеся под террасой, будто она уже знала ответ.
— Только то, что полная коммуникация означает выход на общий интеллектуальный уровень взаимопонимания. — Эд махнул рукой с никотиновкой. — Для людей это язык и основные формы невербального общения. В качестве отправной точки мы имеем здесь общее представление о реальности. Поэтому мы можем договориться друг с другом. У Чужаков представление о реальности другое. Вполне возможно, что Вселенная для них — это огромная губка, а мы сами — лишь колебания в ее тепловой структуре или векторы движения, генерирующие звуковые волны. Поэтому общение в принципе невозможно, если мы не изменим точку отсчета.
— Ты хочешь изменить Вселенную, чтобы понять Чужаков? — Яр улыбнулся, но карлик уже знал ответ.
— Нет. Достаточно изменить нас. И именно это сделали с Лектором. Общение стало возможным, прорыв совершен. Чужаки сделали это за нас. — Эд бросил догорающую спичку за ограждение и схватил стакан с напитком. — Поздравляю. Удалось. Мы установили контакт.
— Нет, — возразил Яр Ворон. — Это Сет Тролт установил контакт.
— Только вот, — добавила Пин, — он больше не Сет Тролт.
— Издержки. — Карлик пожал плечами. Он поднял стакан в ироническом тосте. — Единица, пожертвованная на службу человечеству… и так далее.
— Мыслитель может иметь другое мнение по этому поводу, — заметил Яр с легкой иронией. Эд криво улыбнулся и допил свой напиток.
— Будем надеяться, что Мыслитель Первой Степени станет мостом, благодаря которому мы наконец сможем поговорить по душам с Чужаками, — продолжил он, лениво поворачивая стакан в пальцах. — Поговорим с ними о культуре, о государстве… и, что, вероятно, больше всего интересует нашего дорогого Императора, о технологических вопросах.
Ворон фыркнул. Даже Пин улыбнулась: ирония в голосе карлика была более чем очевидна, и Вайз уже собиралась прокомментировать это, но ее прервал Машинный Опекун. Машина ворвалась на террасу так неожиданно, что девушка чуть не вскрикнула от удивления.
— Наследник, — прозвенел Опекун. — Наследник. Господин.
— Да?
— Немедленно установите связь, — попросила Машина. — Получен вызов от Господина Воронов.