Марцин Подлевский – Натиск (страница 15)

Антенат выглядел по-другому. Что-то изменилось, но изменение казалось едва уловимым. Появилось нечто в его осанке, какая-то уверенность или аура, которой раньше не было… по крайней мере, так им показалось. Стоящая рядом с трансгрессом Пинслип Вайз тоже выглядела измененной, хотя не обязательно в лучшую сторону. Бледная и дрожащая, она больше напоминала тень самой себя.

Все это — хотя и было важно — потеряло значение в тот момент, когда они познакомились с новым членом команды.

Но прежде чем это произошло, Единственный оставил их на минуту наедине с Пин, которая почти сразу прислонилась к стене. Эрин Хакл подошла к девушке и попыталась заговорить с ней, но Вайз была не в состоянии разговаривать. Вместо этого она смотрела перед собой пустым взглядом. Что бы ни случилось в Гробнице, это заставило астролокатора достичь предела выносливости. Ей нужен был отдых, а лучше крепкий сон, который помог бы ей справиться с внутренними демонами. К сожалению, это было невозможно.

— Вайз, — прошептала Хакл. — Вайз… Пин, ты меня слышишь?

— Ну прощай, астролокация, — пробормотал Месье, борясь с плитой, испещренной микрокристаллами.

— Это не помогает, — заметил Хаб. Компьютерщик на мгновение оторвался от стены с барельефами и подошел к девушке. — Похоже, она зависла.

— Отличный комментарий, Тански, — поморщилась Эрин, но к Пин уже подходил Миртон. Первый пилот отошла немного в сторону, и Грюнвальд прикоснулся ко лбу Вайз. Он был горячим, мониторящая ее персональ должна была работать на полную мощность.

— Я поговорю… с капитаном, — сказал Миртон, внимательно глядя на девушку. — Он может быть сверхсуществом, но должен знать, что мы всего лишь смертные. А если он этого не помнит, я постараюсь, чтобы он вспомнил.

— Внимание, — прохрипел Месье. — Он возвращается.

Грюнвальд слегка кивнул головой, но не отошел от Вайз. Сделал это только тогда, когда услышал шаги. Шаги, которые заставили его резко повернуться в сторону коридора и убедиться, что то, что он слышал, не было ошибкой.

Единственный шел не один.

Рядом с Антенатом стояла старая, ржавая Машина — та самая, которую они миновали ранее в коридоре и которую Единственный на мгновение вырвал из небытия. Гуманоидный механизм с ржавыми длинными конечностями-захватами и цилиндрической головой, украшенной лампочками, смотрел на них, слегка покачиваясь на длинных сегментированных ногах. Устройство выглядело как живой труп из старых фильмов ужасов, только это был механический труп, дрожащий и, похоже, не до конца осознающий свое новое существование.

— Это Помс, — объяснил Антенат. — Персональный Опекун Машинный. Помс, представься как следует своей новой команде.

— Хоззз… — начала Машина. Ее синтезированный, звенящий голос напоминал старые синтезаторы речи. — Хозззнн?

— Он в плохой форме, — объяснил Единственный. — Не волнуйся, Помс. У нас здесь очень симпатичный механик и не менее милый компьютерщик. Они тебя быстро поставят на ноги.

— Это тройка? — с интересом спросил Тански.

— Нет. Это определение использовалось еще в мое время, но Помс не тройка, — сказал Антенат. — Он не кастрирован и уникален. Он, в конце концов, Машинный Опекун.

— Некастрированный ИИ? — удивился Месье.

— Как и большинство машинных существ того времени, — заметил, немного удивленный закоснелостью механика, Единственный. — Но Помс не достигнет трансгрессии, которая подняла бы его на более высокий уровень эволюции. Единство… — он прервался на мгновение, чтобы через секунду закончить сухим тоном, — обладало соответствующими программными алгоритмами, позволяющими сделать скачок. У Помса их нет. В любом случае, он по-своему «живой», убежденный, что является сознательным существом в механическом теле. Лучше вам об этом помнить. Относитесь к нему с уважением. Он верит, что существует.

— Думает, что он человек? — фыркнул Хаб. Единственный улыбнулся.

— Я был уверен, что ты сразу это поймешь, Тански. Грюнвальд?

— Да… господин капитан?

— Оставь уже кристаллы. Вы достали достаточно. Ты пойдешь с Месье и Помсом в машинное подземелье. Там ты узнаешь, что нужно демонтировать. Я пойду… прогуляюсь, а Хакл и Тански отвезут кристаллы на «Ленту». Подготовьте сани, мы сделаем две поездки. И возьмите с собой Вайз. Она плохо выглядит. Эрин?

— Да?

— Подойди ко мне на минутку.

Хакл не возражала. Она подошла к Антенату. Единственный улыбался, но она не дала себя обмануть. Его красивое лицо казалось сияющим изнутри, и это пугало ее.

— Этот Тански… эта ходячая персональ, — сказал он, когда Хаб с Месье направились к выходу, — немного меня… беспокоит. Я оставляю его в живых только потому, что он полезен. Однако я не исключаю, что он захочет взломать программные блокировки корабля и сбежать. Если каким-то чудом ему удастся взломать импринт и мои коды, ты не допустишь этого. Если ты хочешь увидеть живым Миртона и этого толстого, смешного механика. Мы поняли друг друга?

— Да, господин капитан, — ответила она безжизненно. Трансгресс боялся способностей Хаба? Почему? — Что мне делать с Вайз?

— В смысле?

— Она не ранена физически, — ответила она. — АмбуМед может поэкспериментировать с лекарствами, но я не знаю, сможет ли он вывести ее из того состояния, в котором она сейчас находится. Может быть, вы могли бы…

— Нет. Я не собираюсь вмешиваться в ее жизнь. Я не буду влиять на ее индивидуальность, — сказал Единственный, но уже не улыбался. Он взглянул на Пинслип. — Здесь нужны более примитивные методы. А Вайз сильнее, чем ты думаешь. Я ее знаю.

— Девушка в последнее время много пережила, — напомнила Хакл. — Может быть, слишком много для одного человека. В конце концов, к ней вернулся… кошмар, который она раньше считала галлюцинациями.

— В таком случае займись этим, — ответил Антенат. И, отходя от Эрин, добавил на прощание: — У тебя, в конце концов, есть доктор. Используй его.

***

Механическое подземелье точно не было похоже на обычное машинное отделение.

Грохочущий Помс вел их по широкому, частично проржавевшему от старости коридору. Как заметил Месье, они, должно быть, оказались в чудом уцелевшей части чего-то вроде «нижней палубы», хотя, как предполагал механик, на таком огромном корабле, как «Немезида», должно было быть гораздо больше палуб. Те, что находились в самом низу, вероятно, были полностью разрушены при падении корабля.

— Я понятия не имею, что мы здесь должны взять, — жаловался Месье. — Кристаллы, наверное, с программным обеспечением, я понимаю, но это? Здесь только какие-то цистерны. — Он указал рукой на огромные элементы возвышающихся над ними поршней и вздутых стальных конструкций, скрывающих механические элементы корабля. — Мы должны это разобрать и отвезти на прыгун?

— Тэдддди, — зазвенела Машина. — Гене… гене… генераторрр.

— И еще механический болван, — тихо простонал механик. Грюнвальд не прокомментировал. Он думал, и довольно интенсивно. У них было действительно много дел и без механических игрушек трансгресса.

Когда Антенат еще не захватил тело Джареда, тот упомянул, что на Терру ведет глубинная дыра Немезиды. Почему дыру назвали так же, как корабль? Если ее создало Единство, то оно наверняка знает о падении Антената в этом конкретном секторе… знает о крушении. Единственный упомянул что-то об открытом люке, оставленном Премашиной. Это означает, что Машины уже были здесь и что дыра Немезиды может быть как-то связана с кораблем с таким же названием.

Что это им дает? Немного. За исключением возможности, что если они останутся здесь надолго, Единство найдет их. Единство, которое, по словам Джареда, интересуется человеком, способным пройти Глубину без осложнений. И которое рано или поздно заметит, что его любимая Машина — то есть Джаред — больше не отправляет отчеты.

Прекрасно. Может, стоило согласиться на предложение Натриума Гатларка? Но с другой стороны… очередной трансгресс?

— Тттууу, — неожиданно зазвенела Машина. — Тттуу… стоять. Стоять.

Они остановились прямо у расколотого посередине пола. Черная дыра протягивала к ним щупальца кабелей и фрагменты корродированного металла. Здесь, в более узкой части подземного помещения, к ним склонялись старые, мертвые монолиты механизмов, все еще гудящие каким-то угасающим эхом. Менее чем в ста метрах от них коридор заканчивался обвалом и чем-то, что выглядело как старое, темное озеро с островками деталей механизмов.

Помс немного опередил их и наклонился к дыре. Они смотрели, как он тянется своими металлическими, тощими захватами, как выдвигает телескопически свои конечности и шарит в темноте, дергая за концы проводов и расколотые куски скрученного металла. В какой-то момент он вытащил какую-то смятую, изрезанную металлическую форму, чтобы отбросить ее и продолжить поиски. При этом он жужжал и трещал, издавая целую серию компьютерных звуков.

— Что ты ищешь? — спросил Грюнвальд, но Машина не ответила.

Вместо этого она опустилась еще ниже и, с явным усилием вытащила черный валик, к которому с обеих сторон была прикреплена какая-то запутанная конструкция. Он потянул сильнее и оторвал предмет, аккуратно положив его рядом с выбоиной.

— Что это такое? — снова спросил Миртон, и на этот раз Помс отреагировал. Он слегка приподнялся и направил зеленоватую щель «глаза» на бывшего капитана «Ленты».