Марцин Подлевский – Натиск (страница 11)
***
Она шла: медленно, осторожно, нехотя. Проходила мимо тел, лежащих на полу. В какой-то момент наступила на руку одного из трупов, и та рассыпалась в прах. Пин вздрогнула, но не остановилась. Продолжила свой короткий путь к черному трону, уже прекрасно зная, что Единственный собирается ей показать.
Тело на сиденье не походило на остальные. На первый взгляд, оно было в немного лучшем состоянии, не разложившееся, а окаменевшее. Мертвец казался небольшим на фоне трона. Ремни развалились, и тот, кого называли Напастью, выглядел сгорбленным. Однако что-то все еще держало его: аналоги инъекторов и соединителей, возможно, не столько со стазисом, сколько с самим кораблем.
Пинслип встала рядом с Антенатом и отвернулась. Она не хотела смотреть на эту жуткую мумию.
— Ты не можешь этого постичь, Вайз, — тихо сказал Единственный. — Заключенный в мертвом теле на протяжении веков. Жаждущий хотя бы движения. Засыпанный песком. Поэтому я хочу, чтобы ты это увидела. Чтобы ты это хорошо запомнила.
— Зачем? — пробормотала она. Единственное, чего она хотела в этот момент, — это убраться из этого места, полного мертвецов.
— Потому что без тебя я бы никогда не был свободен, — сказал он. — Ты была как нить, тянущая меня за сердце. И я ухватился за нее. Благодаря тебе я смог почти полностью вернуться. Ты оборвала эту нить только на мгновение, когда прибыла в сектор Трех Планет, и это мертвое тело втянуло меня обратно. Но я был уверен, что вернусь. Благодаря тебе.
— О чем ты говоришь…
Единственный коснулся сиденья. Что-то щелкнуло, по полу пробежала дрожь, и трон начал медленно погружаться в пол.
— О том, — сказал он, — что ты моя, Вайз. А я твой.
***
— Как это: благодаря Глубине? — не понял Миртон.
— Глубина помнит тебя, — сказал тот, кто представился Натриумом Гатларком. — Ты наверняка уже знаешь об этом. Ты оставил в ней свой след. И она тянет тебя к себе. В конце концов, ты единственный человек, который может сознательно пройти через нее… и выжить.
— А ты? Кто ты?
— Если ты спрашиваешь, человек ли я… то уже не совсем человек. Я изменился. Пережил последнюю стадию болезни. Психофизии. Сейчас я скольжу по поверхности того, что вы называете Глубиной. Я оказался там незваным гостем. Но я должен пройти через нее… так же, как и ты. Хотя пока еще не готов к этому.
— Кто же тогда я… кто я, проклятая Напасть?! — прогремел Грюнвальд. Контрольные лампочки на шлеме закружились, реагируя на повышение звука. — Почему это случилось со мной?! Кто сделал это со мной?!
— Не знаю, — спокойно ответил Натриум. — Я знаю только то, что позволяет мне экстраполировать события, а это не так уж много. Я далек от того, кого вы называете Антенатом. Я не на том же уровне, что и он. Обнаружь он меня, сможет уничтожить… без особых усилий.
— Тогда чего ты от меня хочешь?!
— Чтобы ты мне помог, — сказал парень.
— Я должен помочь тебе?
— Ты близок к тому, кто был Напастью. Попробуй уничтожить его или замедлить его настолько, чтобы я успел вырасти. Тогда я смог бы занять его место в Выжженной Галактике. И сделать то, чего он не собирается делать.
— Да, и что это, например?
— Спасти человечество.
— И чтобы спасти это человечество… мы должны заменить одного преступника другим? — фыркнул Миртон. Призрак задрожал.
— Я не такой, как он. Мои цели не являются его целями.
— Послушай… Нат или как тебя там, — через минуту сказал Грюнвальд. — Я ничего не знаю о целях этого психа. Я также не знаю, каковы твои цели, и, честно говоря, они меня мало волнуют.
— Послушай…
— Нет, теперь ты меня послушай. Насколько я знаю, первое нарушение привело к Напасти и Ксеновойне. Второе привело к Машинной войне. Теперь я должен помочь тебе совершить третье? Только потому, что ты утверждаешь, что это будет… «для блага человечества»? — Миртон на мгновение замолчал. Призрак слушал. — Я знаю только, — продолжил бывший капитан «Ленты», — что ни один из мне известных трансгрессов не заинтересован в духовном развитии. Ни один из них не стремится в лучший мир трансгрессов, чтобы провести вечность, играя в космические шашки. Странным образом каждый из вас решает навести порядок именно здесь, на этом захудалом клочке выжженной Вселенной, и вместо шашек берется за людей. Или за целые гребаные системы. Во имя их спасения.
— Грюнвальд. Ты не знаешь, что будет, если он обретет полную силу. Выгорание — это еще мелочи. Ты рядом с ним, у тебя есть шанс. А когда придет время… я помогу тебе.
— Нет. Мне не нужны никакие сделки. Не с тобой. Мне не нужны новые трансгрессии. Я хочу только спасти свой экипаж. Ты же собираешься помочь… оставь нас в покое, понятно? Просто… — Грюнвальд прервался, чтобы через мгновение закончить немного тише, — оставь нас в покое.
Призрак Натриума Ибсен Гатларка не ответил. Он еще мгновение молча смотрел на Миртона, словно взвешивая все за и против.
А потом исчез.
***
Сначала она не поняла, на что смотрит.
Трон опустился до конца, и мертвое тело Антената сползло на пол. Единственный подошел к нему. Он смотрел на тень самого себя, запертую в ловушке вечности.
— Фрагменты ожившего тела в теле Машины, — сказал он через мгновение, — это как обновленная структура. Они как буй, Вайз. Неудивительно, что я смог вернуться, когда вы прибыли с этим телом… с этим даром Машины, покрытым остатками моих старых клеток. Но этого недостаточно.
Он наклонился к телу и, прежде чем Пин успела отреагировать, коснулся его.
Труп задрожал.
По нему пробежали невидимые волны энергии. Тело дрожало, хотя оставалось мертвым. И вдруг оно начало бледнеть, проваливаться внутрь себя, как будто Единственный всасывал лежащие на земле останки, как средневековый вампир.
По мостику «Немезиды» прошел электрический гул. Пинслип хотела крикнуть, но голос застрял в горле. Она пережила многое за последнее время, но это… это было уже слишком.
Антенат выпрямился. Под его ногами лежали только прах и лоскуты старого комбинезона.
— Это конец, Вайз, — сказал он более тяжелым, чем обычно, голосом, который, казалось, проникал в самое сердце. — Раньше у вас, может быть, был шанс победить меня. Теперь… нет.
4
Амбиция
Так что же такое понимание? Это одинаковый, объективный взгляд на общую систему координат. Парадокс Восприятия не позволяет нам создать такую систему. Нам не хватает точки опоры. Иногда достаточно мелочи, которая выбивает нас из ритма, как в случае с тидонами, которые не понимали понятия света и тьмы. Но мы не теряем надежды. Ведь тидоны «видят», хотя мы не понимаем, что для них значит зрение. Остаются формы, эхолокация… Но как определить общее пространство?
Как и ожидали, они наконец увидели Эда.
Карлик ждал их в Центре, когда до официальной встречи с Паломниками оставалось всего несколько часов. Техники заканчивали свою работу, готовя большой зал к тому, что Тролт назвал «переговорным пространством». Для Яра Ворона это больше походило на уборку до невозможности чистого помещения, и единственным разумным занятием ему показалось расстановка по углам ряда аналитических устройств Мыслителей. Вокруг них все еще крутился Мыслитель Лектор, болезненно дорабатывая последние детали и только нервируя техников.
— Мусор, — приветствовал их Эд, махнув рукой в сторону разложенного оборудования. — Тестеры, которые зря сосут энергию, но Лектор в них верит. По-моему, это просто трата драгоценного времени.
— Привет, Эд, — неохотно пробормотал Яр, с трудом сдерживаясь от выражения своего отвращения в надъязыке. — Я так понимаю, ты легко распознал этот «мусор»? Может, в нем есть что-то знакомое?
— Дворянин. — Карлик склонил голову, но Ворон заметил слабую улыбку, промелькнувшую на его губах. — Наследник. Что я могу сказать на слова члена Великого Рода? Я должен чувствовать себя особенно польщенным, что он удостоил внимания мой скромный комментарий…
— Хватит. Ты же знаешь, в Программе нет титулов, — отрезала Пин Вайз. Эд поднял голову.
— Это приказал Император, — признал он, пронзительно глядя на молодую Мыслительницу, — но тон моего уважаемого коллеги предполагает другой подход к этому вопросу, не так ли? Но хорошо знать, что даже член Великого Рода иногда нуждается в поддержке… женщины.
— Ты забавный, Эд, — сказал через мгновение Яр. — Как раньше называли таких забавных людей? Невысоких, в шапках с колокольчиками… у меня на языке вертится…
Карлик покраснел. Он открыл рот, но не успел бросить очередную отповедь, как к участникам Программы подошел возбужденный Мыслитель Лектор Сет Тролт.
— Несколько часов! — сообщил он, с явным удовлетворением глядя на своих коллег. — Скоро мы немного изменим атмосферу в Центре… но без необходимости генетической трансформации. Паломники пойдут нам навстречу и приспособятся к нашим условиям. Вайз, Ворон, вы уже были у Дамы?
— Нет, — ответил Яр. Сет замахал руками.
— Тогда бегите к ней как можно скорее! Она ждет вас в транспортной части лифта, снаружи Купола… она называет его «откосом». Вы легко ее найдете.
— Она не вошла внутрь? — удивилась Пин.
— Глас Императора? — Сет поднял брови. — Учитывая положение Имперской Летописчицы и Дамы, она появится лично только тогда, когда сочтет это действительно необходимым или когда Купол полностью приспособится к ее потребностям… что мы и стараемся сделать, как вы видите.