Мартиша Риш – Наследство из другого мира (страница 24)
Взял из шкафа корзину, вышел в сад. Ночью со стороны Шохира особенно тихо. Даже голоса из соседних домов не слышны. И свет огоньков из окон уже не маячит. Сколько раз вот так, в ночной тишине, я представлял, как было бы здорово теперь вернуться домой. Без опаски громко хлопнуть входной дверью, чтобы на этот звук вся семья вышла меня встречать, чтоб все было как в детстве, как прежде. Увы, я точно знаю, это невозможно. И о наследстве двоюродного деда мне остаётся только мечтать.
Я поднял глаза вверх, на звезды. Вот они всегда мерцают одинаково, дарят нам чуточку счастья, играют огнями.
Ветки абрикоса нависли над улицей, надо бы их укоротить. Зильбер все не давал, ему нравилось, когда прохожие обходили его дом. Со стороны двора к земле чуть наклонилось несколько веток. Я примерился к спелым плодам. Совсем зрелые, сочные, оранжевый пушок прикрывает ароматную мякоть. Надеюсь, ведьме они придутся по вкусу.
Внезапно мне пришло на ум, что Зильберу я не старался так угодить. Наоборот, и нередко, нарывался на наказания, хоть и боялся их. Может, берег свою гордость? Точнее, все то, что от нее осталось — те жалкие лоскутки, прикрывшие стыд. Тогда почему так стараюсь угодить Эрике? Наверное, просто потому, что не понимаю, чего от нее ждать.
Да и за фернирца боюсь. За любой проступок так или иначе мы станем отвечать вместе, спросят и с него тоже. Один раб разозлил госпожу — кувырком идет все в доме. А может, и не поэтому. Просто она — девушка, вот мне и хочется проявить себя с лучшей стороны, как-то заинтересовать. Глупость, кто обратит внимание на раба. Если и станет использовать, так только в роли постельной игрушки. И я совсем не уверен, что это мне может хоть как-то понравиться.
Нет, я люблю женщин, их страсть, поцелуи, объятия, то, что следует за всем этим. Но бывают у дам уж очень прихотливые вкусы, о которых я предпочёл бы и вовсе не знать. И уж точно не испытывать на своей собственной шкуре. Хотя? Не мне выбирать судьбу. Точнее, сам я свою судьбу уже один раз выбрал и как же ошибся.
Я доверху наполнил небольшую корзину спелыми абрикосами, крупной черешней. Потом, уже в доме, тщательно счищал с абрикосов их тонкую шкурку, вынимал косточки из черешни при помощи специального приспособления, укладывал все это в креманку так, чтоб красиво смотрелось и было вкусно. Взбил сливки при помощи артефакта, их вышло мало, но даже такое количество украсило десерт. Потом я сделал омлет, посыпал его зеленью. И наконец приготовил легкий салат. Утром останется только заварить напиток. Это быстро, правда и утро скоро настанет.
Я прибрал за собой, спрятал десерт в шкаф стазиса, чтобы не потёк. Это довольно удобно, в той, земной части дома, стоит холодный шкаф, тут шкаф стазиса. Всегда под рукой тот артефакт, который нужен. Представляю, как удивились бы жители Шохира, если бы узнали о существовании холодильных шкафов.
На полпути из кухни к своему привычному месту на ковре у выхода из дома, я замер. В голове всплыло, что хозяйка велела занять мне спальню Зильбера. Интересно, она хоть раз там была? Представляет, о чем говорит? Надеюсь, она не пошутила.
Я вернулся обратно в коридор, осторожно прошел по кромке летающего ковра, только бы его не побеспокоить, иначе опять вмажет в стену или, играючи, уронит на пол. Знаем, уже не раз проходили.
Я уже почти дошел до комнаты Зильбера, когда мне послышались голоса. Нет, глупость, пустое, сейчас никого нет в доме. Должно быть, я просто слишком устал, вот и мерещится всякое. Или домовой привел в дом домовиху. Только бы не это! Если уж они начнут пакостничать вдвоем, то держись. Тут и никакой конфетой не выйдет отделаться!
Перед дверью спальни я замер, толкнул ее слишком сильно, так, что петли заскрипели. Бесшумно в эту комнату не войти. Письменный стол завален бумагами, сверху лежит свежее завещание. Кто-то, некая женщина, довольно молодая при том, оставила Зильберу дом в коттеджном поселке. Я видел ее тут мельком. Еще удивился, как у такой может быть взрослый сын, они приходили к хозяину вместе. Сын тот все строптивился и ругался насчет зелий, которые Зильбер назначил его матери.
Кровать прежнего хозяина застлана дорогим покрывалом, подбитым шелковым пухом белонорок. Как-то так на Земле называют этих зверьков, Шохире иначе — просто вертушками. В нашем доме, на родительской постели, было такое же покрывало. Я зарылся ладонями в мех, улыбнулся своим собственным воспоминаниям.
Мама, дом, небольшой каменный камин в углу на случай холодной зимы. Знать бы, какие бывают зимы! Отец дремлет в кресле, прикрыв лицо шляпой. Мама и бранит его за эту привычку, и улыбается, когда замечает, что он опять уснул. Младший брат здесь же, возит по полу карету, вырезанную из красного дерева. Лошадки особенные, их ноги зачарованы и переступают почти как у настоящих. Даже гривы и хвосты немного колышутся из стороны в сторону. А на кухне уже стоит тесто, мама собралась печь рулет Веллингтон.
Как же бедно мы тогда жили, а все равно у меня было самое счастливое детство. Не хотел бы я больше никогда переступить порога родного дома. И никогда больше не хотел бы увидеть всех их, свою семью. Вот только тоскую ужасно.
Постель я перестелил и с огромным наслаждением устроился на мягчайшем матрасе, накрылся одеялом, подтолкнул под голову подушку. Как же давно я не спал вот так! Не ощущал на себе приятной тяжести одеяла, мягкой пушистости подушки под головой, запаха свежего белья. Я смежил веки и улыбнулся. Надеюсь, ведьма не пошутила, и мне действительно дозволено остаться здесь на всю эту короткую ночь. Сколько ей и осталось-то длиться? Час? А то и меньше. Еще же варить особый напиток из горьких плодов.
В коридоре раздались довольно уверенные шаги мужчины. Я побледнел, подскочил, на секунду мне примерещилось, будто Зильбер все еще жив и вот-вот войдет в свою спальню, но на пороге показался Алан. Всего лишь невольник, почти такой же, как и я сам.
— Зачем ты встал?
— Мне почудилось, будто Зильбер вернулся. А где хозяйка? — он обвёл взглядом комнату, — Мы ее не потревожим?
— Зильбера нет. Госпожа предпочла спать в желудке машины, чем в одном доме с нами.
— Где уснуть? — брови парня взлетели.
— В желудке машины. Это такой зверь, помесь букашки с драконом. Мерзкая штука, все время рычит и пахнет ужасно.
— Ты шутишь, — кивнул мне фернирец.
— Не веришь, выгляни на Землю через окно, если сможешь дойти. А лучше разбуди меня через час. Только на ковер не ступай, он может вывернуться из-под твоих ног.
— Почему?
— Летающий, а еще у него премерзкий характер.
— Ммм. Можешь считать, что я тебе верю.
Алан ушел. Через пару минут в коридоре раздался ужасающий грохот.
— Ты жив? Помочь подняться? — осторожно крикнул я. Зильбера нет, но шуметь в доме я все одно не привык, опасаюсь.
— Вполне. Я сам дойду, помощь мне не потребуется, не беспокойся.
— Удачи. Не забудь разбудить меня до того, как солнце окончательно встанет.
Глава 17
Я проснулась от крика соседей на лестничной площадке, опять ругаются. И вот что людям неймётся? Нельзя ли как-то перенести утренний скандал на попозже? Еще и голос у соседки сегодня сел, охрипла совсем, что в общем-то не удивительно. Ладно, раз спать не дадут, значит пора открывать глаза. Тем более, что у меня клиент в фирме "жирненький" появился. Кольцов! Нет, сам-то он в хорошей спортивной форме, как человек. А вот заказ у него "жирный". Если я как следует постараюсь, и статистика подтвердит результаты моих усилий, то мне и на отпуск хватит, и на новый диван. Мягкий такой. Этот что-то совсем весь скуксился пружинами наружу.
Я мечтательно потянулась, уперлась спиной о что-то жёсткое, а потом и ногами. Так? Не поняла? Моя квартира что, уменьшилась в габаритах? Похудела? Села на диету? Чтоб влезть в новые обои? Или это шкаф на меня упал?
Я распахнула глаза и прямо перед собой увидела дом дяди. Что это вообще такое? От ужаса я подскочила, треснулась головой о потолок, вдобавок зацепилась рукавом блузки о какую-то детальку машины. Подставка для зонтиков? Крепление для очков? Для оружия? Раньше машина служила военным в какой-то далекой азиатской стране, отсюда и ее весьма нетипичная юркость на дороге и миниатюрные габариты.
Я попыталась моргнуть. Нет, дом никуда не исчез, все так же таращится на меня своими окнами. Как я вообще здесь очутилась? Что было вчера?
Перед глазами живо встали картинки — Мартин, Алан, лесной родничок, Адольф! Пленка воспоминаний словно прокручивается задом наперед в моей голове. Больница! Сильвера больше не существует! Нет больше никакой опасности, никто никогда не станет меня искать, не выдаст замуж, все в прошлом! А еще есть чудесный Шохир.
Я счастливо улыбнулась, кое-как перебралась на водительское сидение, достала свой телефон. На работе мне неплохо было бы очутиться в восемь, ехать мне часа два, ну это если впритык по времени. Сейчас только пять утра. А это значит, что я даже успею позавтракать и взглянуть на рабов, если они вообще существуют! Весь вчерашний день кажется настолько нереальным, что я сама себе невольно перестаю верить.
Сунула ноги в туфли. Придирчиво оглядела костюмную юбку. Выглядит она так, будто меня хорошо пожевали, а потом выплюнули. С блузкой дела еще хуже, рукав порван от локтя вниз. Я спросонья зацепилась декоративной петелькой за какой-то выступ в машине. Вот и как теперь быть? Ладно юбка, её хоть можно отгладить. А с блузой как?