Мартиша Риш – Наследство из другого мира (страница 25)

Еще и пиджака теперь у меня нет. Даже если предположить, что весь вчерашний день реален, то пиджачку точно хорошо досталось. Невольник, когда им прикрывался, был весь в грязи и потеках собственной крови. И я очень сомневаюсь в том, что мой пиджак кто-нибудь постирал, отгладил, да хотя бы, что он просто успел высохнуть. Да, похоже, с пиджаком на этом месте просто придется расстаться.

Я рискнула опустить зеркальце вниз, посмотрела на свою сонную ммм мордочку? Да, определенно, мордочка, как у белочки, которая всю ночь провисела головой вниз под дождем.

Обычно свои немного вьющиеся волосы до плеч я стригу в парикмахерской так, чтоб они особо не мешали и легко укладывались в причёску. Видимо давно там не была, заработалась, упустила. Иначе я никак не могу объяснить, почему они теперь такой сумасшедшей длины и дружно встали дыбом. Интересно, как мне удастся их уложить ну хоть во что-то приличное? И есть ли в машине заколка? Любая! Пожалуй, заколка тут не поможет, волос стало слишком много. Как я не заметила, что они отрасли? Нужно спать побольше и регулярно, говорят это здорово помогает контролировать мысли и действия.

Боюсь, в офисе не оценят, если я появлюсь в таком виде. Прямо представляю лицо начальника! И его фразу: "А это нечто в уголке — начальник отдела рекламы. Вы не думайте, мы ее не из жалости на помойке подобрали, честное слово. Нет, что вы, это человек. И диплом у нее не из той же помойки". Жуть! И у меня есть всего час, чтобы собраться!

Я завела машину, вжала педаль газа чуть не в пол, машина лихо подпрыгнула на какой-то кочке. Через тридцать секунд я уже была на парковке ближайшего магазина. Если тетя Тамара не выйдет, я не знаю, что сделаю. Она живет, точнее, жила в доме прямо за магазином.

Я освежила природные запасы наглости и нажала на гудок. В первую секунду ничего не происходило. Так, а если еще чуть погудеть? Дверь в домик открылась, тетя Тамара появилась на пороге, уперев руки в бока. Злая, как… Лучше не думать. Меня увидела, чуть подобрела. Совсем чуть-чуть. То есть демонстративно вынула из-за спины метлу и прислонила ее к дому.

— Чего? Думаешь, тебе что, теперича все можно стало?

— Мне бы шампунь.

— Совсем заболела? Какой шампунь? Времени пять утра!

— Две тысячи за флакон дам.

— У нас таких цен нет и не было никогда!

— А теперь будут. В плату за беспокойство. Мне голову очень нужно помыть. Тетя Тамара, дайте мне шампунь и бальзам для волос, умоляю. Только вы можете спасти мой рабочий день. Плачу две тысячи. Они же стоят у вас раз в десять дешевле, а?

— Ох и принесла же тебя нелегкая! — продавщица всплеснула руками, — Так уж и быть, сейчас свой вынесу. Ты не думай, все новое. Брала для козы, списали, потому что срок годности вышел. Ну, немного. И денег мне твоих не надо.

Значит, возьмет чем-то другим — поняла я. Вопрос только чем именно? Если попросит как-нибудь до города довезти — это не сложно. И все же я бы предпочла рассчитаться деньгами. Так всегда получается проще.

Тетя Тамара вышла из дома через минуту, бодро засеменила к калитке, тут она впихнула мне в руки несколько баночек недорогой косметики для волос. Я помню, в моем детстве точно такая же стояла на полках. Надеюсь, эти баночки остались не с тех времен.

— На вот, держи. Прости, что накричала. Спросонья была. Мне к козе еще только через часик идти, — продавщица даже выдавила из себя улыбку.

— Спасибо большое, я вам очень признательна.

— Ну, иди, чисти пёрышки, потом сосчитаемся.

Тут из окна высунулась небритая голова теть Тамариного мужа. Так просто на улице я бы его и не узнала. Седой, лохматый, на какого-то вурдалака сказочного похож. Мне вдруг стало интересно, а вурдалаки бывают в Шохире?

— Кого там нелегкая принесла? Гони эту взашей! Чтоб и дороги… — выкрикнул он.

— Скройся! — крикнула тетя Тамара и повернулась ко мне, — Ты внимания на моего мужа не обращай. Он у меня ну такой ревнивый! Не нашёл рядом, испугался, вот и рассердился. Это он не на тебя, дорогая.

— Спасибо, вы извините, я опаздываю ужасно.

— Беги, дорогая. Тебе так идут длинные волосы. Вчера-то ты их пособрала, я уж думала, неужели обстригла? Дядя-то все тебе косы плел.

— Я сама плела. Извините ещё раз.

Алан

К ночи я почувствовал себя значительно лучше, может быть, сказалось то, что смог умыться, а может быть, ужин. В любом случае я решил немного пройтись по дому, изучить, что здесь есть. Попытаться угадать что меня ждёт дальше. Как я понял из разговора, дом этот повернут фасадами на два мира сразу. С одной стороны — привычный в целом Шохир, с другой — неизведанный и пугающий с названием Земля. Что ж, было бы любопытно выглянуть и туда, пусть даже через окно, чтобы сложить хоть какое-то представление об этом мире.

Я с некоторым трудом встал, задумался о том, что я могу надеть. В общем-то ничего. Даже не во что сунуть ноги, а в доме колдуна и на полу может ждать масса неприятных сюрпризов, начиная от булавок, воткнутых в особые половицы или же выпавших из оконных рам и заканчивая змеями, свернувшимися в клубок С другой стороны, Мартин ходит босым. Но он-то точно знает, чего опасаться.

Глупые наветы раба на новую хозяйку так и не идут из моей головы, но я стараюсь не верить им. Девушка милосердна, даже добра. По крайней мере меня она пока что не тронула. Быть может, с ней даже удастся договориться. Выкуп я за себя в любом случае предложу. Только как добраться до границы с Ферниром? Да и согласится ли ведьма снять ошейник с раба? Вот это уж точно вряд ли.

Я заслышал шаги за дверью, выждал немного и наконец выбрался в коридор. Дом богато обставлен, всюду роскошные дубовые панели, медные канделябры, пахнет травами и чуть-чуть золой.

Внезапно меня обожгла глупая мысль, что, если Эрика отвергла меня только потому, что предпочла другого? Я ранен, в то время как Мартин здоров и тоже красив. Широкоплечий, высокий, сложен прекрасно, держится как подобает невольнику. Наверняка он с большой охотой выполнит любую прихоть своей хозяйки.

Эта мысль меня задела. Я словно бы захотел убедиться в том, что Эрика — та ещё дрянь, как и некоторые другие из женщин Шохира. Я же слышал, для каких надобностей они выманивают к себе мужчин, делают их невольниками собственных желаний, а потом, наигравшись, продают. Да еще куда!

Страх за себя, омерзение, странная ревность — все смешалось во мне, когда я толкнул дверь другой спальни. Мартин лежал по центру громадной постели. Одеяло сползло вниз с роскошного торса, мышцами туго облеплено его тело. Женщины таких любят. Я хотел извиниться, уйти, подумать, как мне быть дальше, на что вообще можно надеяться в этом доме.

Напрасно. Парень сказал, будто он спит один, а хозяйка забралась в желудок неизвестной букашки. Решил пошутить? Отвлечь? Еще и о ковре каком-то сказал. Летающих ковров не бывает. Давно исчезли те волшебники, которые их чаровали, да и сам ковер должен быть соткан ровно из десяти тысяч узелков шерсти альпаки, иначе ничего не выйдет.

Я не поверил ни единому слову невольника, вышел за дверь, неплотно прикрыл ее за собой и принялся слушать. Наверняка наша хозяйка сейчас появится в комнате за моей спиной, в их с Мартином спальне, заберется в постель и…

Не хочу думать, достоинство не дает продолжить мысли. Я прошел по коридору вперед, с силой ударил ногой по ковру. Рабам нельзя верить, все они лживы. Вот и с летающим ковром ничего не произошло, Мартин лжет. Я сделал еще один шаг.

Ковер дернулся под ногами назад, я упал на спину, чуть не взвыл. Потолок приближается, ковёр стремительно летит вверх вместе со мной, обсыпая все вокруг залежами своей волшебной пыльцы. Только не врезаться! Бах! Ковер ткнул меня носом в потолок, точно щенка и тут же опал на пол коридора. Я слегка приложился спиной, сдавленно охнул. Скорее от удивления, чем от боли. С ума сойти, я лежу на одном из древнейших артефактов, каких больше просто нет в мире.

Мартин не солгал! Но разве можно в такое поверить? Раб и тут предложил мне свою помощь. Конечно, я отказался. Меня и так уже видели слабым, больным, достаточно ронять свою честь. С другой стороны, будь в спальне красавица ведьма, хозяйка невольника, он бы никогда не согласился выйти оттуда и уж, тем более, не предложил бы мне помочь. Почему-то от осознания этого стало легче. Я не ошибся в ней, в этой хорошенькой ведьме.

— Ты восхитителен.

Я не сдержался, провел пальцем по рунам ковра, очертил узор одного из магических элементов. Даже простым людям свойственна тяга касаться узора. Это так естественно — хотеть почувствовать под пальцами настоящее волшебство. Жаль, больше не осталось магов, способных вдохнуть жизнь в узоры, подобные этому.

Кое-как я поднялся с ковра, осторожно ступая, прошел по раздетому полу. Такой ковер и ногами-то пачкать не дело. По нему можно ходить разве что в мягких тапочках, чтобы не нанести вреда. А еще лучше повесить ковёр на стену и покрепче приколотить, чтоб не вылетел в окно, да и в доме не натворил бед.

Я вышел в просторную комнату. Кажется, в ней я уже был. Пол все так же украшен меловым узором пентаграммы. Огромные окна прикрыты тяжелыми шторами. Неужели там другой мир? В несколько шагов я одолел путь до окна, чуть тронул рукой занавеси, с величайшей осторожностью, затаив дыхание, почти как в детстве, выглянул наружу, ахнул от изумления.