Мартиша Риш – Наследство из другого мира (страница 18)

Я быстро запрыгнула в машину вместе со всеми своими покупками. Никак не могу понять, почему продавщица так странно себя вела. Задержала двух покупателей, не дала мне их пропустить. Буквально настояла на том, чтоб я первая завершила покупки. Может, хотела мне что-то не то всучить? Я же теперь не местная, а вроде как приезжая. В подобных магазинчиках частенько пытаются впихнуть кусок не первой свежести таким вот как я "одноразовым" покупателям. Местным такое не продашь, ругаться придут. А я теперь птичка залетная, мне вполне могли продать что-то этакое. Иначе зачем было бы тете Тамаре так торопиться? С другой стороны, раньше она ко мне всегда хорошо относилась.

Мысли так и путаются в голове. Особняк, другой мир, говорящий ворон… Стоп! О вороне-то я и забыла. Хорошо, что уехала не далеко! Я оглянулась назад, нет, птиц нигде не сидит, открыла окно, сунула руку в пакет с продуктами, нащупала там кусок колбасы. Выглядит аппетитно, жал его скармливать ворону, да и вредно ему. Может… Что там еще есть? Разве что кусочек курочки гриль. Пришлось остановиться, отломить кусочек крылышка. Ворон же не обидится на такое угощение? Все же он и сам птиц. Думаю, нет.

— Адольф! Ко мне! — крикнула я. Как раз хлопнула дверь магазина, завсегдатаи вперились в багажник моей машины любопытными взглядами.

— Собачку потеряли?

Я не нашлась, что ответить, да и говорить с кем-либо из местных не хочется. Впереди и так разговор с невольником. Черная тушка слетела с крыши магазина, плюхнулась на дорогу.

— Бери выше! — каркнул ворон и неторопливо пошагал к машине, — Адольф — это я.

Один из покупателей выронил пакет из руки, что-то звякнуло. Второй бросил на мою машину странный взгляд. Озадаченный? Удивленный?

— Адольф, поторопись, а то уеду без тебя!

— Кому надо, тот и торопится. А что у нас на ужин?

— Курочка гриль.

— Не могла раньше сказать?! Злая ведьма! Ни совести, ни сострадания!

Ворон взлетел с дороги и тут же спикировал сквозь окно в салон машины, уцепился когтями за ручку, приделанную к бардачку и принялся скакать по ней из стороны в сторону точно галчонок, — Бессовестная! Хоть бы предупредила! Я мог к ужину опоздать!

— Держи!

— Моя любимая хозяюшка!

Ворон выхватил кусок куренка, зажал его в лапе, благо хоть грызть в машине не стал. Представляю, во что бы превратился салон! Я плавно тронулась вперед. Крылышко в лапе ворона покачивается туда-сюда. Только бы не выронил! Как я буду чистить сиденье? Хотя ему теперь уже ничто не поможет. Модный перформанс случился от птичьего кутюрье.

Ворон смотрит вперед неотрывно, будто спешит получше разглядеть тот дом, в котором мы собираемся ночевать. Жить я тут точно не стану, слишком много воспоминаний. Впрочем? Дверь в другой мир, куда мне так не терпится заглянуть, многое может изменить.

Я не стала искать ворота, уверена, на территорию дома так просто не заехать. Припарковалась поближе к калитке, чтобы пакеты было недалеко нести. Адольф тотчас вылетел из машины и присел на перилах крыльца. С видимым наслаждением он зарылся клювом в копчёности, счастливо вздохнул. Мне даже завидно стало. Ничего, я совсем скоро тоже поем. Суетный был этот день, но, пожалуй, счастливый. Только я никак не могу понять, как мне обращаться с этим рабом?

Я вздохнула, подхватила сумки и поспешила выбраться из машины. Легко поднялась по крыльцу — ни одна досочка не скрипнула, точно как в детстве. Главное знать, куда наступать.

Дверь смотрит на меня шляпками гвоздей, будто прикидывает, смогу ли я ее открыть на этот раз? Я вынула нужный гвоздик, сунула внутрь ключ и остолбенела.

Невольник стоит на пороге, прямо напротив меня. Высокий, очень стройный, красивый. Сверлит яростным взглядом, молчит. Захотелось отступить, броситься вниз по ступеням, забраться обратно в машину. Вместо этого я подняла подбородок чуть выше, изогнула бровь полудугой. Если он хотел меня напугать, то…

Парень с каким-то особым достоинством скрестил за спиной руки, чуть опустил голову и попытался скользнуть вниз, должно быть, хотел встать на колени. Я опешила на долю секунды, кажется, даже покраснела от изумления.

— Госпожа Эрика…

— Не смей!

Я выставила руку вперёд, с пальцев опять слетела сизая дымка. Теперь уже не с одного, а со всех. Знать бы еще, что это значит.

— На коленях меня встречать не нужно. Возьми лучше сумки и пойдем ужинать.

— Благодарю вас за дозволение, — в голосе красавца почувствовалось удивление.

Парень тут же перехватил в свои крупные руки сразу оба пакета и шагнул в сторону внутренней двери, я хотела пойти следом за ним.

— Адика забыли!

Ворон впорхнул внутрь, сел на пол, повёл клювом из стороны в сторону.

— Грабить, убивать, шантажировать! Это ж сколько всего придется, чтоб обжиться в этой лачуге? Хозяйка, чаруй богача. Я знаю рецепт верного приворота.

— Здесь только прихожая так выглядит, остальной дом гораздо лучше.

Невольник сверкнул на меня глазами, приоткрыл дверь в основной дом.

— Хозяйка, — голос парня чуть дрогнул, — Я спустил с чердака клетку, но не знал, где ее разместить.

При этих словах птиц резко проскочил под ногами у парня, чуть не сбил его и рванул вперед. Посреди холла возвышалось нечто совершенно странное. Тяжёлая подставка в форме месяца, над ней на цепи болтается огромная клетка из латуни. В ней, если пригнусь, могу поместиться и я.

Адольф принялся хлопать крыльями, щёлкать клювом.

— Красота! Мое! Наше! Не ошибся, когда выбрал хозяйку, — на миг он остановился, — Я не понял, а где мой насест? Изуверы!

— Эта клетка предназначена для вашего фамильяра?

И вновь голос парня дрогнул, он приподнял на меня взгляд, посмотрел испытующе, от чего мурашки пробежали по коже.

— Ну не для тебя же, — я попыталась пошутить, и напрасно.

— Простите за любопытство, что осмелился спросить. Я хотел знать, нужно ли принести насест для господина Адольфа?

Ворон ахнул, грохнулся на пол, раскинул в стороны лапы.

— Для господина Адольфа! Для господина! Такая вилла! — мечтательно протянул он, после чего встал, отряхнул перья и заявил уже совсем другим голосом, — Он еще спрашивает? Два насеста, поилку и защелку. Я что, должен спать с открытой дверью?

Если мне и стоит поучиться у кого-нибудь наглости, то определённо у Адика.

— Ворона можешь не слушать, он еще и не такое попросит. Я после ужина сама схожу в лес и принесу ему жердь.

— Как пожелаете, госпожа, — ресницы парня чуть дрогнули.

— Можешь звать меня по имени, Эрика.

— Я понял, госпожа Эрика.

— Просто по имени, без госпожи. Это лишнее.

Парень вскинул на меня изумленный взгляд, тут же снова потупился.

— Как пожелаете… Эрика, — настороженно произнёс он.

*** От сердца чуть отлегло. Клетка для фамильяра, можно не опасаться, внутрь меня не засунут. Уф. Пугает другое — госпожа слишком мягко со мной обращается. Хочет казаться доброй? Но зачем это ей? Или здесь что-то другое?

Я отнес сумки, куда было велено — в кухню, поставил на скамью. Мерзкое полотнище, сделанное из бычьего пузыря, дочиста отмыто, выкрашено в белый цвет. И все равно неприятно держать такую гадость в руке.

Отойдя к стене, замер со сложенными руками впереди пояса. Как страшно совершить ошибку, когда знаешь наверняка, что от нее целиком зависит вся твоя жизнь. Из-под опущенных век я наблюдаю за тем, как девушка вынимает из полотнища аппетитные свертки, тщательно их обнюхивает и только после этого выкладывает на стол.

— Вроде ничем таким не пахнет, — задумчиво протянула хозяйка.

Должно быть, она опасается, что в лавке ее хотели отравить. Иначе зачем все так тщательно обнюхала?

Чего только нет на столе! Жареная кура, колбасы, сыр, сласти, свежайшая булка, напитки в кубах, которые снаружи расписаны яркими красками. Рот сам собой наполнился слюной. Хорошо бы принести хоть что-то из всех этих угощений фернирцу, чтоб он быстрей поправился. Да только вряд ли удастся утащить хоть кусок дивного блюда. Я бы и сам не отказался от прозрачного кругляшка колбасы.

— Мой руки и садись за стол, будем есть.

Я вздрогнул, не смог с собой справиться. Выходит, пыток не будет? Ведьма просто решила меня убить? За единственную промашку? Иначе бы зачем она стала сажать меня за стол вместе с собой, да еще угощать как следует.

Молить о пощаде воспитанницу Зильбера бесполезно, это и так понятно. Жить я хочу. Тогда что? Похоже, остаётся единственный вариант — попытаться выйти в Шохир, там сказать любому, что хозяйка колдует. Она не аристократка, ее дар непременно запрут. Саму ведьму бросят в темницу за запретное колдовство. Меня же отберут в пользу Королевства, а потом, вероятней всего, продадут. Куда — неизвестно, но так останется хоть какой-то шанс выжить.

С Зильбером я не мог такого провернуть, запрет он наложил на меня нерушимый. Но Зильбер больше не существует, а с его смертью растворился и сам запрет.

— Садись и бери все, что хочешь. Дома есть нож?

— Да, го… Эрика.

Я чуть запнулся, представил, что еда может быть отравлена, лишь бы избавиться от меня.

— Принеси его, будем резать куренка.

— Сию секунду