Марта Веснова – Развод. Отдам мужа в недобрые руки (страница 5)

Постепенно Витя перестал шевелиться дома. Все «женские» обязанности полностью легли на меня.

А когда я просила сделать его что-нибудь из мужской части, например, поменять лампочку или сделать дырок в стене под картину, он кормил меня завтраками и раздражался. И ничего не делал.

С годами от нежного, внимательного, заботливого парня не осталось ничего.

Комплименты сменились упрёками.

Страстные поцелуи – грубыми вопросами «когда ужин?».

Муж охладел ко мне, а я не понимала, что случилось.

Он был моим первым мужчиной. У меня не было никакого опыта и понимания в таких вопросах. Со мной всё случалось в первый раз.

Я думала, что это со мной стало что-то не так. Я искала причины холода Вити в себе. И пыталась как-то исправиться. Старалась ещё сильнее. Думала, что вот сейчас-то всё вернётся на свои места и мы снова станем счастливы.

Теперь я видела и понимала.

Причина была не во мне.

Это Витя решил, что законная жена из-за штампа в паспорте будет связана по рукам и ногам и никуда от него не денется. Я уже была его, зачем ему продолжать стараться над нашими отношениями? Всё уже построено.

Но нет, это не так работает.

Семья – это постоянная работа. Двоих.

Жаль, что пришлось утонуть в рутине и оказаться на дне под слоем ила, чтобы наконец это понять.

Но хорошо, что понимание вообще нашло меня.

Я могла прожить в этой бесконечной гонке за недостижимым результатом десятилетия. Всю жизнь!

Нет, так дальше нельзя. Всё, хватит с меня.

Я больше страдать не буду!

У меня одна жизнь. Всего одна.

Я не хочу провести её в мучениях.

Глаза запекло от слёз, но я не позволила себе плакать. Вот сейчас приеду к родителям, начну им всё рассказывать и залью слезами всю квартиру. И никто меня не осудит! А пока нельзя.

Я взяла одежду, которой пользуюсь чаще всего. Свой старенький ноутбук, который мне на двадцатилетие дарили родители. Небольшую коллекцию ювелирных украшений.

Что-то мне дарил сам Витя. Цепочку, серёжки, два колечка.

Я посмотрела на обручальное кольцо на безымянном пальце.

Раньше над этим кольцом было ещё одно. Витя подарил его мне, когда делал предложение. Тоненький ободок с зелёным камушком. Не с изумрудом, конечно же.

Полгода назад камушек выпал, а я так и не отнесла кольцо в ремонт. Не успевала тупо, мастерские уже были закрыты, когда я заканчивала работать.

Я просила мужа, но...

Грустная улыбка скользнула по моим губам.

Было ли это знаком?

Я сняла обручальное кольцо и бросила в маленький мешочек к другим украшениям. Его спрятала во внутренний карман сумочки.

Последним делом я взяла свои документы.

И обвела взглядом квартиру, в которой прожила больше пяти лет.

Да, она принадлежала матери Вити, но я в неё тоже вложилась немало.

Мы сделали ремонт. Купили мебель и технику.

Жалко оставлять это всё вот так.

Надо найти адвоката по разводам. Поговорить, спросить, что можно сделать. Суд вряд ли заставит Витю поделить квартиру, она даже не ему принадлежала. Но может они выбьют из него хотя бы часть стоимости ремонта и мебели?

Я взяла чемодан и почти побежала к входной двери.

На секунду показалось, что прямо за ней я увижу свекровь, но нет. Подъезд был пуст.

Я закрыла квартиру и пошла вниз по лестнице, кряхтя под тяжестью чемодана.

Улица и свобода были совсем рядом.

Но, увы, мне не позволили уйти так легко.

На пролёте между первым и вторым этажом я услышала, как открывается дверь подъезда. Затем быстрые шаги.

Моё сердце ёкнуло, сжалось и забилось в горле.

Я уже знала, кого сейчас увижу...

Свекровь разъярённой фурией вылетела из-за угла. Она замерла, увидев фигуру, через секунду узнала в ней меня и громким мерзким голосом протянула:

– Ах, вы посмотрите! Она убегает! Что у тебя в чемодане? Наворовала добра у моего сына и сматываешься? Как бы не так!

Эта разъярённая женщина бросилась на меня.

Глава 5

Я резко вскинула руку, выставляя перед собой ключи.

Другого внушительного оружия у меня не было, но на свекровь подействовало и это – она затормозила, яростно сверкая глазами.

– Не подходите ко мне! – серьёзно и мрачно предупредила я.

Голос подрагивал от эмоций и волнения.

Я не хочу с ней драться. Она не постесняется покалечить меня. А мне воспитание не позволит бить взрослую женщину. К тому же, любую царапину она потом обязательно использует против меня.

– Ты никуда не уйдёшь! – прошипела женщина, брызгая слюной.

– Это не вам решать, – я начала осторожно обходить её по узкой лестнице, не убирая руки с ключами и крепко держа чемодан. – Я свободный человек, а вы мне вообще никто. Бегите к своему сынку, а то он наверно заливается слезами.

– Не смей так говорить про моего сына! – Валентину Павловну всю аж передёрнуло. – У него тонкая натура и ранимая душа!

– У него только натура и тонкая, – хмыкнула я.

Свекровь в ярости сощурилась. От резкого дыхания у неё задёргались крылья носа.

Следующие её слова звучали уже значительно тише и вместе с тем злее:

– Я всегда знала, что ты ему не подходишь. Я говорила Вите, что ты разрушишь его жизнь. Но он всё отмахивался. Конечно, мы же самые умные, а маму зачем слушать?

– Вите не десять лет, – отчеканила я, – он взрослый мужчина. И именно ваша безумная опека рушит его жизнь. Как и наш брак разрушила.

– Конечно, – усмехнулась она, резко дёрнув головой, – удобно во всём плохую свекровь обвинять, когда сама мужа удержать не смогла.

Я с презрением посмотрела на неё.

– Такогоя и удерживать не буду.

Я развернулась и побежала вниз по лестнице.