Марта Веснова – Развод. Не смогу простить (страница 6)

– Так мы тебе о том и говорим! – одновременно воскликнули Леся со Стефой.

– Цыц! – прикрикнула я, вновь взмахнув руками и закрыв глаза.

Воцарилась долгожданная тишина. Я позволила себе пару секунд наслаждения ею, а затем вновь разлепила ресницы и сказала:

– Я в ваших советах не нуждаюсь. Если так хочется высказаться – идите к Стасу!

Ясное дело, никто даже не дёрнулся.

Стас своих родных любил, но переходить установленные границы никому не позволял. Он при девочках не матерится, но умеет говорить таким тоном и такими словами, что ты стоишь и хочешь просто провалиться под землю.

Ничего удивительного, что никто из его двоюродных сестёр не горел желанием испытать это на себе.

– Идите к остальным, – велела я и сама направилась дальше по коридору, пробормотав, – Татьяна Игоревна наверняка уже засыпала все мои блюда солью...

До нашей спальни я добралась без приключений. Только закрыв дверь, я смогла облегчённо выдохнуть.

Наконец-то одна! Пара минут тишины и спокойствия, чтобы хорошенько обо всём подумать.

Я уеду из этого дома – это уже вопрос решённый. Под одной крышей со Стасом я не останусь.

Но куда идти? Что из вещей брать с собой? Как дальше жить?

Я не работала, муж полностью меня обеспечивал. На моих картах и банковских счетах были деньги, но все они были получены от мужа. Он постоянно кидал мне переводы на безбедную жизнь.

И вот тут девочки правы – это правда было удобно и приятно. Но я точно не останусь с ним только ради денег! Они никогда не играли для меня главной роли.

Я ведь сначала и сама работала. Я сама поднялась со дна. Я отучилась на филолога, устроилась в одну компанию штатным редактором, а потом освоила копирайт и продающую рекламу в Интернете. Какое-то время работала из дома, пока Стас не забрал на себя всю ответственность за финансы в семье.

За четыре года там наверняка многое поменялось, а у меня подзабылось. Если я хочу вернуться, то придётся всё заново изучать.

Можно этим и от родителей заниматься. Они точно не выставят меня, а свет и Интернет в их маленьком городе есть.

Но... тут Стас был прав – я не очень хотела возвращаться.

Я уже давно перестала считать родительскую квартиру домом. Если я приеду к ним, то буду жить там как минимум несколько месяцев, пока всё с работой не наладится. И это точно будут очень тяжёлые и неловкие месяцы.

Нет уж. Лучше остаться здесь и снять квартиру.

И нет, я не считала неправильным тратить деньги, которые у меня от Стаса. Гордость чего-то там ворчала, конечно, но её быстро заткнули здравомыслие и справедливость.

За то, что Стас мне устроил и во что он превратил нашу семью, мало всего лишь потратить имеющиеся у меня от него деньги.

Я строила планы своих дальнейших действий, собирая две дорожные сумки. В одну складывала необходимую одежду, в другую – свои документы, ноутбук, зарядки и прочую жизненно необходимую мелочь.

Требовательный стук в дверь не поднял моего настроения.

– Уходите! – велела я, повысив голос.

Дверь бесцеремонно открылась и внутрь кто-то вошёл, цокая каблуками.

В этом доме слишком много женщин. С ними тут просто катастрофа!

– Катерина, – строгий голос свекрови заставил меня скрипнуть зубами.

Почему она говорит таким тоном, будто она тут самая умная, а остальные все дебилы?

– Вы что-то хотели, Татьяна Игоревна? – вежливо, но прохладно спросила я, не оборачиваясь к ней.

– Да, – почти с вызовом бросила она, – я пришла вразумить тебя и уберечь от ошибки.

– М-м, – я не впечатлилась.

В какой момент все решили, что могут вмешиваться в мою жизнь и указывать, что мне делать?

– Понимаю, тебе обидно, – затянула свекровь, и по её голосу было понятно, что она мои действия воспринимает всего лишь прихотью или детским капризом. – Но не горячись! Не принимай решения на эмоциях! Если о себе не думаешь, то подумай хотя бы о ребёнке!

– О вашем? – ехидно бросила я. – Потому что у меня никакого ребёнка нет и не планируется.

– Уж мне-то можешь не врать, – снисходительно сказала она. – Мне Лариса всё рассказала.

Глава 7

– Очень интересно, – саркастично бросила я, – и что же вам Лариса такого рассказала?

– Что у вас будет малыш! – победно воскликнула она. – А сегодня я сама лично в этом убедилась, когда увидела тебя в уборной. Это токсикоз, совершенно нормальное явление.

Мне хотелось стукнуть её чем-нибудь, да потяжелее. Чтобы она навек позабыла этот высокомерный тон самой умной.

– Я не беременна, – бросила я, схватила сумки и пошла мимо неё на выход.

– Никуда не пущу! – Татьяна Игоревна коршуном вцепилась в ручки и потянула на себя. – Ты не увезёшь моего внука! Я не дам тебе оставить моего сына без ребёнка!

– Я не беременна! – заорала я, пытаясь вырвать свою сумку.

Она ещё схватила ту, в которой была не одежда, а ноутбук. Ещё разобьёт, вот счастье-то будет!

– Не пущу-у-у! – не слыша меня, выла эта полоумная, зачем-то зажмурившись и не размыкая пальцев. – Ты никуда не уйдёшь! Дима! Дима, помоги мне!

Ещё только свёкра мне для полного счастья не хватало!

Хотелось разреветься от обиды, злости и всех других эмоций, что клокотали внутри. Что это за абсурд такой? Я не пленница! Они не имеют права удерживать меня здесь!

Господи, отцепитесь от меня! Оставьте меня в покое!

Я перестала тянуть сумку на себя. Свекровь, воодушевлённая победой, чуть ослабила хватку. И тогда я изо всех сил дёрнула сумку на себя, наконец-то вырывая её у женщины из рук.

– Катя! – закричала она мне в спину, но я уже выбежала из спальни.

И едва не врезалась в свёкра.

Мы застыли оба. Я – едва не плачущая, с вещами в руках. И он – солидный статный мужчина в костюме, окинувший меня цепким взглядом с головы до ног.

Я с ужасом представила, как Дмитрий Вячеславович хватает меня и заталкивает обратно в спальню, а потом они с женой запирают меня там.

Но вместо этого свёкор как будто посуровел и помрачнел ещё сильнее, и... кивнул мне в сторону, бросив тихое:

– Иди.

Я глазам и ушам не поверила, но облегчённо выдохнула совершенно искреннее:

– Спасибо!

Я юркнула вправо, а мужчина вошёл в спальню, в которой оставалась его истеричная супруга.

Их разговора я уже не слышала, почти убегая к выходу из дома.

Мне почти удалось убежать, но...

Прямо перед дверью выросла широкая мускулистая фигура Стаса.

– Катя, – пока ещё муж с глубокой печалью, болью и... решимостью посмотрел в мои глаза, – я не могу тебя отпустить. Не заставляй меня запирать тебя в доме.

Я резко вскинула подбородок и отчеканила сквозь ком в горле:

– Ты не имеешь никаких прав удерживать меня!

– Плевал я на права, – бросил он, дёрнув головой, – мне нужна только ты. И я не позволю тебе уйти!