Марта Веснова – Развод. Не смогу простить (страница 5)

Из всего нашего города только мы вдвоём рискнули уехать в крупный город на учёбу. Не в Москву, конечно, хотя Лариса мечтала утащить нас и туда.

Четыре года мы жили в одной комнате общежития, потом в одной съёмной квартире.

Мы с ней пережили всё.

Одну пачку голых макарон на двоих на неделю, одно на двоих вечернее платье, жизнь на самом дне.

Мы были вместе, когда у меня появился навязчивый поклонник с проблемной головой. Когда Ларисе разбили сердце. Когда она по дурости наглоталась таблеток и я пихала ей пальцы в рот, судорожно набирая скорую. И когда мы узнали, что в ту страшную ночь Лара потеряла малыша, о котором даже не знала...

У нас столько горя пополам. Мы через столько прошли! Вместе, плечом к плечу.

Мы были больше, чем подругами.

Лариса стала мне сестрой.

А теперь я стояла, смотрела в лицо этой роскошной девушки и не могла её узнать.

В голубых глазах – сплошная ненависть, боль, обида и презрение. Пухлые губы поджаты и подрагивали. Фигура напряжённая. Она даже кулаки сжимала, будто хотела меня ударить.

А я с глубокой тоской смотрела в её глаза и просто понять не могла:

– Неужели из-за мужика, Ларис?

Столько лет дружбы, столько пережитых бед... И всё рухнуло, потому что она захотела моего мужика.

У неё их были десятки. Она получала любого, кого хотела, стоило только подарить ему взгляд и взмахнуть ресничками.

У её ног были все! Но она захотела именно моего.

– Ты не понимаешь, – Лариса упрямо поджала губы и едва не опустила взгляд, а говорила совсем тихо, – он должен был быть моим. Изначально.

Я скептически усмехнулась и напомнила:

– Тебя даже в стране не было, когда мы познакомились. Ты впервые увидела его на нашей свадьбе.

Как только слова слетели с моих губ, я тут же испуганно подумала вот что: а если я ошибаюсь? Если они были знакомы до этого? И всё это время скрывали от меня страшную тайну?

Но Лариса сказала совершенно иное:

– Да, это так, но Катя... – её взгляд метнулся в ванную за моей спиной и она понизила голос до быстрого встревоженного шепота, подавшись ко мне. – Ты не понимаешь! Я чувствую, что это – моё. То самое, понимаешь?

– Нет, – я не собиралась говорить тихо, и понимать, почему она позарилась на МОЕГО мужа, я тоже не собиралась. – Мне плевать, как и чем вы себя оправдываете. Вы оба – просто ничтожества. Мне больно знать, что я пустила в свою жизнь таких ужасных людей.

Я оттолкнула Ларису и быстро зашагала по коридору.

– Катя! – отчаянно воскликнула она мне вслед.

Стас не звал. Он ничего не говорил, хотя точно слышал весь наш разговор.

На повороте я обернулась и увидела, что Ларисы в коридоре уже не было. Вряд ли она ушла. Скорее всего, она воспользовалась моментом и вошла к Стасу.

Плевать!

Нужно убираться отсюда! Нужно воспользоваться тем, что Стас временно оставил свою решимость меня удержать. Пока он не пришёл в себя, я должна уйти.

Но если бы это было так просто!

– Дура ты, Катюх, – из-за ближайшей двери выплыли две одинаковые стройные фигуры.

Леся и Стефа были двойняшками и двоюродными сёстрами Стаса. Обеим было всего по семнадцать, но они уже сейчас мнили себя самыми умными и мудрыми.

Начитались какой-то дичи в Интернете и теперь всюду сыпали цитатами из ленты.

Леся пристроилась слева, а Стефа справа. Обе взяли меня под ручки и величественно повели туда, куда я и так шла.

– Все богатые изменяют, – авторитетно заявила Стефа, у неё светло-золотистые волосы были чуть-чуть длиннее.

И откуда они только узнали про измену? А если им известно, то кто ещё об этом знает? Неужели все?!

И почему изменил Стас, а жалкой и ничтожной себя чувствую я? Будто это не он совершил подлое предательство, а именно я!

– А мудрые женщины делают вид, что ничего не знают, – подхватила её сестра.

– Замолчите, – я скривилась и покачала головой.

– Ты сама подумай, что ты без Стаса делать будешь? – не желали униматься они. – У него деньги, положение. С ним ты будешь жить и бед не знать!

– Да, ошибся, – Леса пожала точёными плечиками, оголёнными в тонком розовом платьице.

Точно такое же было на Стефе. Они вообще предпочитали выглядеть одинаково и подшучивать над всеми, кто не мог их различить. Я могла, и почти все родственники могли. Только у Ларисы не получалось и у Кристины, их двоюродной сестры.

– Ну так все ошибаются, – продолжала Стефа мысль Леси. – А богатым это особенно простительно. Мы уже поняли, ты девушка гордая. Но неужели ты правда думаешь, что лучше гордо окочуриться в канаве, чем закрыть глаза на маленькую оплошность любимого и любящего, – она выразительно подняла вверх указательный палец, – мужа и позволить ему осыпать тебя дорогими подарками?

– Ты только представь! – горячо посоветовала Леся, подавшись ближе ко мне. – Стас там явно страдает...

– Мы разговор подслушали, – бессовестно вставила Стефа, – плюс все знают, как сильно он тебя на самом деле любит.

– ... и он точно попытается загладить вину, – продолжила Леся. – Украшения, новая машинка, любые подарки, какие ты только захочешь!

– И отдых где-нибудь на островах, – закивала её сестра. – Он точно повезёт тебя на отдых. Подальше от посторонних, чтобы вы там были только вдвоём и...

Из-за угла вышла новая стройная фигура, привалилась плечом к стене и нагло вставила:

– И весь отпуск трахались.

Глава 6

– Кристина! – укоризненно воскликнула я.

Ну и дети пошли! Откуда они вообще такие слова знают? Как не стыдно такое при взрослом человеке говорить?

И вообще:

– Что вы тут устроили?!

Я дёрнула руками и освободилась от цепких пальчиков двойняшек на своих локтях.

Мы втроём остановились рядом с Кристиной. Этакий междусобойчик!

Крис внешностью вся пошла в мать. Кожа светлая, с розоватым отливом, а волосы чёрные, прямые, длинные и очень густые. Глаза карие, очень тёмные, почти чёрные и зрачка в них совсем не было видно.

А ещё характер у девушки был совсем не сахарным. Она за словом в карман не лезла, частенько язвила и хамила, но умудрялась делать это вежливо.

А ещё она всегда разговаривала таким лёгким, прохладным, властным голосом.

Я понимаю, почему Леся со Стефой её недолюбливали. Двойняшки в целом были приятными девочками, с ними можно было и поболтать, и подурачиться, и похохотать.

Но Кристина всегда считала себя выше таких забав. От неё волнами так и исходило презрение и высокомерие.

– Значит так!

Я взмахнула ладонями и сложила их лодочкой на уровне своей груди. Поочерёдно всех оглядев, я заговорила максимально твёрдо и уверенно:

– Наши со Стасом семейные дела касаются только нас двоих. Всем ясно?

– Ваши крики весь дом слышал, – безразлично сообщила Кристина, вытянув ручку и взявшись рассматривать бордовые длинные ноготки.

– Воспитанные люди в таких ситуациях делают вид, что ничего не было, – мило улыбнулась я.