Марта Трапная – Академия Высших: студенты (страница 27)
– А что ты такой нервный? – участливо спросила Беата. – У меня есть отличное средство от изжоги.
– Гомеопатические плутониевые капли? – со смехом спросил Джон.
Беата закатила глаза. Констанция, демонстративно шурша юбкой, вернулась на свое место и села.
– Итак, – сказал декан, – я вижу несколько проблем. Констанция Мауриция права.
– О, да, – вздохнул Джон. – Это наша самая большая проблема, как обычно.
Констанция рассмеялась.
– Лично я вижу проблему каникул, – подала голос Алия, – в том, что нам придется три месяца чем-то занимать наших студентов. Но при этом, учитывая особенности их организмов, у них должен быть отдых. Каникулы.
– Можем устроить им трудовой лагерь, – сказал Истебан.
– И кто там будет за ними наблюдать? – мягко спросила Беата.
Истебан пожал плечами.
– Вообще не вижу проблем. Наймем кого-нибудь со стороны. Сделаем конструктов. Отправим студентом работать где-нибудь в безлюдном лесу. Пусть бревна пилят. Урожай собирают. Охраняют какие-нибудь заповедники.
– Да-да, – согласилась Констанция Мауриция, – Ипсилон уже поработал этим летом под присмотром посторонних людей. И именно в лесу. Удивительное совпадение.
Истебан ударил кулаком по столу.
– Ты что, меня подозреваешь?
Констанция Мауриция смерила его взглядом.
– Уже да. Но пока ты не спросил, – она томно улыбнулась и поправила локон на виске, – и в мыслях не было. Но вообще, чтобы открыть портал в Академии – нужно или обладать огромной силой, или… – Констанция посмотрела на Истебана из-под полуопущенных ресниц, словно строила ему глазки, – или знать, как устроена защита, чтобы ее обойти.
Истебан начал медленно подниматься из-за стола.
– Хватит, – сухо сказал декан, и Истебан немедленно сел. Декан посмотрел на Констанцию. – Мы не ищем врагов внутри Академии, это одно из наших главных правил. Если ты его забыла, я не уверен, что тебе стоит продолжать оставаться в этих стенах.
Констанция деланно вздохнула.
– Прошу прощения, Истебан. Прошу прощения, коллеги. Прошу прощения, декан.
В кабинете повисло молчание. Декан смотрел поочередно на каждого из шести присутствующих.
– Первая проблема – частная. Деструктор Ипсилон вернулся в Академию в состоянии активной трансформации. Как его катализировали, я, допустим, понял. Но кто и с какой целью, – декан развел руками, – этого узнать уже не получится. Студента пришлось нейтрализовать.
– Я думаю, целью был Мурасаки, – подала голос Констанция.
– Твою любимчик? – усмехнулся Джон. – Думаешь, все его любят так же, как ты?
– Не скажи, Джон, – протянула Беата, мечтательно вздыхая, – если бы у меня была возможность выкрасть этого студента лет так пятьсот назад, я бы ни на минуту не задумалась. Но не думаю, что мне для этого понадобились бы порталы. Подожди, начнешь ему читать спецкурс и поймешь меня.
– Лично я думаю, – лениво сказала Алия, черкая что-то в своем блокноте, – не было конкретной цели. Я думаю, все было проще. Нужен был курьер и триггер – им и стал Ипсилон. Для энергетической стабилизации портала подошел бы любой старшекурсник. Если бы он еще там внутри и умер, портал бы стабилизировался, и мы его не смогли бы закрыть быстро. Ипсилон вполне подходил на роль аннигилятора. Очень удобно, – Алия подняла голову и посмотрела на декана. – Я же правильно понимаю, что Ипсилон для нас потерян как физический объект? Полное обнуление всех энергетических уровней?
Декан кивнул.
– Совершенно верно. А на чем основаны твои выводы?
Алия помахала блокнотом.
– Провела кое-какие расчеты.
– Вот так, на листке бумаги? – изумился Бертран. – Ты шутишь?
– А ты что, не можешь? – спросила Алия и, дождавшись его отрицательного ответа, не менее изумленно спросила, – Ты шутишь?
– Математика у Бертрана слабое место, – мягко сказала Беата. – Как и у всех конструкторов. Но мне нравится ход твоих мыслей. Думаю, ты очень близко подобралась к истине.
– Но мы этого не узнаем, – отрезала Констанция.
Декан усмехнулся.
– Почему же? Можем кое-что и узнать. Хотя бы косвенно. Кто-нибудь еще общался с этим студентом с момента его возвращения?
Констанция Мауриция кивнула.
– Да, одна моя студентка. Вызвать?
Декан кивнул.
– Обязательно, но не сейчас. Сейчас нам нужен быстрый план проверки всех прибывших студентов и всех, кто прибудет в ближайшие дни. График изменять бессмысленно, вызовы всем отправлены, часть студентов уже в пути. Встречать на вокзалах? Сразу же изолировать? Какие идеи?
– Может быть, взять временных кураторов? – спросил Джон.
– Или не кураторов? – поддержал Истебан. – Просто проверяющих. Конструктов.
– Нет, никаких временных сотрудников, – возразил куратор. – Мы не успеем их подготовить. Думаю, я тоже должен присоединиться к проверкам. Возьму на себя второй и третий курсы. Остальных распределите между собой. Когда прибывает следующая группа?
– Завтра в полдень, – ответил Бертран.
– Моя очередная четверка завтра вечером, – продолжила Констанция. – А потом следующая, и следующая… с интервалом в два дня.
– Мои тоже через два дня, – сказала Беата. – Но все сразу.
– Я не держу свой график в уме, – сказал Джон.
– И я, – поддержала его Алия.
– Значит, до полуночи у меня должен быть сводный график возвращения. Где мы будем изолировать студентов?
– А мы будем их изолировать? – спросил Истебан. – Мне кажется, это слишком.
– Ну, – сказала Алия, – мне не нравится перспектива стабильных порталов в Академии, так что я за изоляцию.
– Мы будем их изолировать, – сказал декан. – Разберитесь где, хоть в учебном корпусе, хоть в медицинском, хоть в административном, хоть заприте в библиотеке. Мне все равно.
Декан потер виски и обвел взглядом собравшихся.
– Все будет просто. Вводим режим строгого карантина для факультета. Есть сомнения – проверяем все параметры повторно. Не только сомнительные, а все. Прошедшие проверку получают пропуск в студгородок. Студенты, которые уже живут в студгородке, временно не допускаются в место изоляции новоприбывших. Детали продумаете сами. Беата, ты будешь координатором. Констанция, пришли мне свою студентку, о которой ты говорила.
– Сейчас? – спросила Констанция.
– Отправь ей вызов сейчас, пусть явится как только сможет. В мой кабинет.
Он вышел из конференц-зала под взглядами шестерых кураторов.
– М-да, – сказал Бертран. – Сколько у него человеческих обликов сейчас?
– Он настаивает, что он всегда в одном облике, – мило улыбнулась Беата.
– Облик, может, и один, а тела разные, – оборвала их Алия. – Так что давайте займемся делами. Я предлагаю для изоляции учебный корпус. Там есть столовая, там достаточно маленьких аудиторий.
– И туалетов, – добавила Беата. – Это важно. Я согласна.
Глава 15. Прошлое Мурасаки
Мурасаки пришлось искать планшет. А для этого весь дом пришлось убрать, с пола и до потолка, от входа до самых дальних шкафов за ванной комнатой, хотя туда Мурасаки с лета не заглядывал. Каждая полка, каждый угол, каждая сумка – Мурасаки заглянул везде.
Нет, отговорки это все. Планшет можно было найти быстрее и проще. На самом деле Мурасаки почти знал, в каком углу он валяется – и потому не удивился, когда его нашел. И совершенно необязательно было устраивать генеральную уборку с мытьем полов. Мурасаки просто надо было занять себя. Надо было занять себя так прочно, чтобы не сбежать на всю ночь в казино, чтобы не отправиться гулять с девочками до рассвета, не натворить никаких глупостей, пока они с Сигмой не встретятся завтра утром. И когда она снова придет со своим «ах, ужас, кошмар, я никогда не сдам этот экзамен, математика такая сложная, а меня постоянно таскают на ковер к куратору и еще ты на мою голову свалился» – будет легче. Она ухитрялась захватывать все его внимание, не оставляя даже в закоулках мыслей о чем-то другом. Но до встречи с Сигмой еще надо дожить. И кстати, нет никакой гарантии, что она вернется обратно после встречи с Констанцией. Все может быть.
Отчаяние, когда оно доходит до предела, становится комком в горле, может толкнуть на страшные вещи. Саморазрушение – самое очевидное. Когда источник боли ты сам – иногда ничего не остается кроме как уничтожить себя. Вот только беда – уничтожить деструктора не так-то просто. Деструкторы – та небьющаяся игрушка, которая нужна, чтобы разбивать остальные. Но если игрушка не бьется, на ней все равно остаются царапины. И вмятины.