Марта Трапная – Академия Высших: студенты (страница 29)

– Ударь, – сказала Констанция голосом, который не подразумевал возражений. – Быстро!

Мурасаки посмотрел на нее и увидел настоящую Констанцию – ту самую, которую они потом назовут Кошмарицией.

– Кого ударить? – растерянно спросил он.

Она с досадой поморщилась.

– Сожми руку в кулак и ударь по стволу. Давай! Со всей силы.

Мурасаки послушался, хотя сам не понимал, почему. Он ощущал себя словно в бреду или в тумане. Мурасаки замахнулся и ударил. Боль отозвалась во всей руке, до самого плеча. Костяшки пальцев горели, и на них выступила кровь. Зато внезапно ушел туман. Сознание снова стало ясным. И в этой кристально чистой ясности он видел в стволе обугленную выемку размером с два футбольных мяча. Ровно в том месте, куда он только что ударил кулаком.

– Дерево, – сказал Мурасаки, – оно ведь выживет?

Констанция посмотрела на него как на идиота и пожала плечами.

– Понятия не имею. Это совершенно неважно. А теперь, пока нас никто не слышит, скажи мне, как ты увидел портал.

Мурасаки пожал плечами.

– Глазами. Повернул голову и увидел.

– Как ты понял, где он откроется? Почему ты пошел к нему?

– Я услышал, что меня кто-то зовет и пошел посмотреть.

Констанция качнула головой.

– Ты вскочил, будто тебя укусили в задницу. Это не называется «пошел посмотреть». Как тебя звали? По имени?

– Нет. Знаете, когда стоишь на крыше и хочешь спрыгнуть вниз. Вот так меня звали.

– Ладно, поговорим, когда вернемся в Академию.

– А можно после экзаменов?

– Разумеется, нельзя, – отрезала Констанция, взяла его за локоть и повела на поляну для пикников. Но когда они подошли к ней, отпустила и напустила на себя прежний безмятежный вид. И тогда, с отчаянием обреченного на смерть, он понял, что его Констанция заберет совершенно точно.

– Конни, ну ты даешь, – сказал Бертран, когда они снова вернулись на свои места, – яблоком блокировать порталы.

Констанция закатила глаза.

– Яблоко было просто физическим носителем энергии, Бертран. Я ничуть не сомневаюсь, что будь ты на моем месте, тебе хватило бы плевка.

Беата рассмеялась, потом посмотрела на руки Мурасаки и скомандовала Бли принести аптечку.

– Давайте я сама займусь Мурасаки, – предложила Бли, косясь на Мурасаки. – Я смогу.

– Ничуть не сомневаюсь, – с интонациями Констанции сказала Беата, – что ты сможешь. Но думаю, Мурасаки хватило на сегодня испытаний, правда?

– Правда, – ответил Мурасаки, с вызовом глядя на Бли.

Бли покраснела, а он понял, что он ей нравится. И что ему нравится это чувство – нравиться. Но чего Мурасаки совершенно не представлял, почему именно он нравится девушкам. Он же ничего для этого не делал.

Даже тогда, после разговора с Констанцией, когда он вернулся в библиотеку готовиться к экзамену и его вдруг накрыло понимание, что он просто переменная в чьем-то уравнении, или может даже не переменная, а коэффициент для того, чтобы нейтрализовать какую-нибудь часть уравнения, и ему физически стало плохо, до тошноты, которую Мурасаки не сумел сдержать, даже тогда, когда ему было стыдно от этого, девушки бросились помогать ему и вели себя так, будто он нравится им еще больше, чем раньше.

Мурасаки вздохнул. Почему порталы всегда открываются рядом с ним? Констанция после того, в парке, говорила, что это случайность. Кажется, никто из студентов Академии так часто не сталкивался с порталами, как он. Какая уж тут случайность?

Мурасаки поднес к глазам браслет коммуникатора.

– Сигма, – написал Мурасаки, – у тебя моя подушка.

– Завтра утром принесу, – ответила Сигма почти сразу.

– Я спать без нее не могу.

– Учись, – написала Сигма. – Пригодится.

Мурасаки потянулся. Можно было бы, конечно, встать и пойти к Сигме. Но судя по ответам, она не очень хотела его видеть. Что не слишком удивительно, учитывая ее первую в жизни встречу с порталом и пятую за пять дней встречу с Констанцией. Тут никакие нервы не выдержат, даже стальные.

Глава 16. Встреча с однокурсницами

За утренним кофе Сигма снова и снова перечитывала сообщение от «Официальных оповещений». Учебный корпус временно закрыт. Рекомендуются самостоятельные занятия в студенческом центре студгородка, а также в любых других подходящих для учебы местах. Временно предоставлен расширенный доступ к лекциям и тренажерам с учебных планшетов. Электронный ассистент на планшетах недоступен. Еще бы, ассистента Академии ни один планшет не выдержит.

Сигма вздохнула. И как теперь готовиться к экзамену? Понятно, что во всем виноват вчерашний портал. Она ведь понимала, что разговором с Констанцией все не ограничится, поэтому ничуть не удивилась ни позднему вызову в административный корпус, ни тому, что в кабинете, куда ее вызвали, оказалась не Констанция, а декан собственной персоной.

От декана у Сигмы всегда вдоль позвоночника бежали мурашки. Нет, не бежали, а маршировали строем, старательно чеканя шаг. Армии мурашек. Хотя всегда – тоже слишком громко сказано. Она видела его всего два раза до этого вызова – на собрании первокурсников в честь начала учебного года, где он выступил с кратким поздравлением и сразу же ушел, и когда Констанция отправила ее получать особый допуск на элементарное разложение. Так что на этот раз Сигма была готова к тому, что армия мурашек устроила парад на ее спине.

У декана была одна интересная особенность. Что бы он ни делал – сидел за столом, стоял, расхаживал по кабинету – все равно казалось, что он смотрит прямо на тебя. Сигма думала, что если бы он лег на пол, отвернулся к стене и закрыл глаза, она все равно бы ощущала на себе его взгляд. Тем более, что глаза у него были невыносимо синие. Ультрамариновые. Как небо в начале весны в солнечный день. Все время хотелось сощуриться, чтобы не ослепнуть.

– Мы же с вами встречались, – с удивлением сказал декан. У него был красивый низкий голос, хотя сегодня он звучал немного печальнее, чем обычно. То есть так, что хотелось разрыдаться. – Мы уже беседовали с вами в прошлом семестре. Я не ошибся?

– Нет, не ошиблись, – сказала Сигма, – здравствуйте.

Декан показал Сигме на одно из кресел возле небольшого столика в углу и, когда она села, занял кресло напротив.

– И о чем же мы с вами беседовали раньше?

– О допуске к продвинутой программе курса по элементарному разложению.

Декан расцвел улыбкой.

– И в самом деле, теперь вспомнил, – он кивнул, будто действительно вспомнил их разговор, и Сигма поежилась. – Но сегодня мы пообщаемся на другую тему. Вы не возражаете?

Серьезно? Сигма посмотрела на него со скептической улыбкой. Он спрашивает? А у нее, можно подумать, есть выбор? Он что, предполагает, что она скажет «ах, нет, я устала», встанет и уйдет?

– У вас есть выбор, – сказал декан. – Вы можете отказаться.

Сигма опустила глаза. Неужели чтение мыслей все-таки существует?! Мурасаки отнекивался, но едва ли декан мог экстраполировать ее мысли, он ведь ее совсем не знал.

– Я не возражаю, декан. Конечно, давайте поговорим на ту тему, из-за которой вы меня вызвали.

– Собственно, я хочу вас предупредить, что говорить вам ничего не придется. Давайте я все вам объясню. Вы контактировали со студентом, который намного раньше времени перешел в стадию активной трансформации. Это не было случайностью. Ни один деструктор не может перейти в эту стадию самопроизвольно. Мы пытаемся выяснить, кто воздействовал на вашего однокурсника и с какой целью.

Сигма вскинула голову.

– Что сейчас с Ипсилоном?

Декан вздохнул.

– К сожалению, сработала программа аннигиляции.

Сигма сглотнула подступивший к горлу комок и вдруг увидела, что на маленьком столе, который разделял их с деканом, стоит коробка бумажных салфеток. Еще пару минут назад ее там не было, она готова была поклясться чем угодно. Сигма осторожно протянула руку и взяла салфетку. Слез было немного, хватило одной салфетки.

– Мне нужны ваши воспоминания о контакте. Сколько раз вы с ним виделись после возвращения с каникул? – мягко спросил декан.

– Два, – послушно ответила Сигма. – Вчера вечером и сегодня утром.

– Хорошо. Вы готовы дать мне прямой доступ к своим воспоминаниям?

Сигма испуганно смотрела на декана, комкая в пальцах салфетку. Готова? Нет, конечно.

– Это… – наконец спросила она, – то же самое, что ментальный контроль?

– Нет, это одноразовый ментальный контакт. Не ментальная связь и тем более не ментальный контроль. Но если вы против, я не стану настаивать.

Сигма посмотрела в глаза декану. Правда, что ли, не станет?

– Вы можете подумать, – сказал декан. – Если вас что-то волнует, можете спросить.