Марко Мургус – Стальной Амулет (страница 9)

– Давай посмотрим, столь же ты уродлив, сколь твоя броня.

Никак не ответив, защитник бросился в атаку. Его удары были медленными и размашистыми, но при попадании в цель могли пробить даже прочный доспех. Вардлену не составляло труда уклоняться и осторожно отвечать мечом в удобные моменты. Он будто смеялся над ним, показывая превосходство в фехтовании. Два топора лишь мешали тому победить. Гоблин быстро выдохся – Вардлен был ему не по зубам, вряд ли такие рыцари как он вообще посещают эти окрестности. Потому гоблин резко сменил направление и направил топор на всё ещё связанного Местрикеля. В последний момент Вардлен успел подставить меч, сохранив другу ногу, но тогда гоблин вторым топором ударил рыцаря в бок. От удара он отшатнулся и поник. Острая боль известила о сильном повреждении, несколько рёбер сломалось, возможно кровь прыснула во внутренности. Вардлен участил дыхание и почувствовал, как вместе с кровью из него утекает вся сила. Полными страха смешанного с удивлением глазами он посмотрел на своего противника и собрал оставшиеся силы для очередного уклонения. Хватка рук стала слабеть, ноги хуже слушались, а гоблин рыцарь, как палач, угрожающе лязгнул топорами друг о друга.

Стоя на одном колене, Вардлен наблюдал за приближением смерти, воплощённой в зелёном рыцаре-гоблине и недоумевал, как такое уродливое существо могло победить его, героя из Объединённого Королевства.

И вот тут подоспел Гарольд.

Атаковав сзади, он ударил защитника под колени, что оказалось наилучшим решением. Гоблин завалился назад, и тогда резким рывком Вардлен помог ему упасть.

Не в силах подняться, он отчаянно выставил руки вперёд и задёргался, будто это могло остановить безжалостное волнистое лезвие его топора, занесенного высоко над головой – последней вещи, что он видел в своей жизни.

Глава VII Страж моста

– Вета! Где ты была? Что с тобой случилось, с тобой всё хорошо? – они встретили её в миле от места стоянки и уже всего с двумя лошадьми – Септия и Вардлена.

– Да, всё прекрасно! Правда сначала меня схватили и связали гоблины, но я на них не злюсь, ни чуточку! Они отнесли меня к своей принцессе, знаете, у неё такие же острые ушки, как у меня, ха-ха! И она была сказочно красива! Это так прекрасно! Она тотчас приказала меня освободить, и потом мы вместе пили лесной чай из шишек и кушали мёд, ох! Она также накормила моих зайчиков! Это была так прекрасно! Она поблагодарила меня за компанию и отпустила, сказав, что ждёт своего возлюбленного – гоблина в зелёной броне, с которым она недавно обручилась, ох, это так великолепно! Надеюсь у них всё будет хорошо! Я так рада за них, – говоря это, она звонко смеялась и сияла присущей детям радостью. – А у вас всё хорошо? Вы какие-то хмурые.

Умолчав о подробностях *своей* встречи с гоблинами, они отправились дальше. Похоже, три добрых коня послужили определённого рода платой за посещение Заброшенного Королевства. Дыру в доспехе Вардлена залатать было нечем, но совместными усилиями Веты и Септия здоровье Вардлена вернули на прежний уровень.

Впереди предстояло ещё одно разделение – Септий и Местрикель должны были отправиться в Высокую Башню по колдовским делам (лошадей поручили им), а Вардлен с Гарольдом решили идти напрямик к Чёрным Крестам, дабы не терять время в пути и не подставляться под гонителей из ОК.

Но прежде чем расстаться, им предстояло пройти по единственному мосту через реку, мосту старому, ничейному и покинутому.

Под сенью клёна петляла узенькая тропинка персикового цвета, по которой ехала команда. Тропинка спускалась вниз, всё дальше в тенистую лощину, два ската которой становились только круче, всё дальше от гоблинских окрестностей Беспризорного Леса. Стало по-летнему тепло.

Яблони сменялись дубами, кусты зарослями, сныть папоротниками, указательные валуны пропадали, а мелкие ручейки становились быстрыми потоками, пока не сошлись в бурную могучую реку, вдоль которой ехали наши герои. Перейти её вброд никому не было под силу, а моста не встречалось уже давно. Река Быстрая было её имя.

Темнело. Где-то начали стрекотать сверчки, и на головы стал плавно опускаться лёгкий туман.

В последних лучах умирающего солнца Септий заметил далёкое очертание арочного моста. Взбодрив двух оставшихся лошадей, команда двинулась туда.

Старость простенького моста бросалась в глаза. Тусклый бут за время потрескался во многих местах, а некогда острые углы сверху превратились в крупные сколы. Ослизлые мокрые камни упорствовали пред бесконечным напором воды, толстый мох порос по его бокам, а верх устелил листвяной ковёр.

Не дав пройти и полшага, их остановило громкое скребыхание, начавшееся где-то под мостом. Вардлен и Местрикель тотчас остановились с оружием наголо. Из-под низа высунулась трёхпалая рука, затем вылезло всё тело.

Небольшого размера, (на три головы ниже Местрикеля) старый, с носом-картошкой тролль имел редкие волосинки на макушке. Малый тролль, не горный, зрачки которого жадно смотрели, а на коже во многих местах сидели наросты. Издалека он выглядел как коричневый комочек шерсти с торчащими из него короткими руками и ногами, вблизи различалось ещё и огрубелое лицо. Тролль поковырялся в носу, вытащил оттуда большую козявку и съел, будто не видя острых мечей рыцарей.

Вардлен уже открыл рот, чтобы велеть ему убраться, но тролль опередил его:

– Чтобы пройти через мост, вам придётся заплатить мне 10 золотых монет! – сказал он мерзким голосом он, сплёвывая. – Платите или уходите! – гордо заявил тролль.

– Да как ты смеешь, бурдюк с гноем! – внезапно вырвалось у Гарольда. – Мы тебя сейчас порубим на кусочки!

– Или поджарим. – добавил Септий, хотя понимал, что магия излишня, когда от угрозы можно избавиться одним сильным пинком.

– Подождите! – встряла Вета. – Я верю, что мы можем решить всё мирным путём.

Члены команды бросили на неё пристальные взгляды.

– Зачем нам сражаться с этим безобидным существом? – робко проговорила она.

– Необязательно драться, я просто застрелю его, даже не двигаясь с места! – выдал Гарольд, обращающийся с луком лучше всех в команде.

Местрикель громко ударил пол древком алебарды, предлагая свою кандидатуру.

А дальше завязался громкий спор, в ходе которого каждый убеждал других в превосходстве своего способа расправы над троллем. Эту перепалку кажется уже услышал каждый крот в Беспризорном Лесу, а Вардлен, стоящий в сторонке, решил закончить её раз и навсегда.

Он, молча, пока все были заняты руганью, подошёл к вонючему троллю и, выторговав скидку, уронил в его мясистую ладонь ровно 9 золотых.

– Спасибо, спасибо, о, сэр! – сыпал страж моста вежливостями. – Вы знаете, никто ещё не платил мне за проход по этому мосту! Они все переходят вброд или ищут другой, это так несправедливо! Проходите, пожалуйста.

– А раньше ты загадывал загадки. – осуждающе подметил рыцарь.

– Одними загадками сыт не будешь, – высказал тролль. – Мы любим блестящие штучки.

Тролль любезно отошёл в сторону и неумело поклонился, как обычно кланяются пятилетние дети, если их заставляют это делать. Вардлен окликнул команду, слишком занятую разборками, и прошёл мимо тролля вперёд.

Все, кроме Веты, пыхтели от злости и утраченной битвы, когда поняли, что сделал рыцарь. Их удивлённые лица стоило видеть. Ведь Местрикелю и Септию вымести злобу на гоблинах не удалось, вот, думали они, хотя бы над троллем можно поглумиться. Проходящий последним Гарольд еле удержался оттого, чтобы столкнуть тролля с его же моста. Он гневался весь вечер, бахвалясь россказнями о том, как убил бы его с одного удара. Вардлен нисколько не сомневался в его болтливости, а потому предложил ему продемонстрировать силу на сваленных деревьях, которые команда разрубила, превратив в скамьи. Рыцарь объяснил, что одни зарабатывают на жизнь торговлей, другие же берут плату за проезд по своей земле. Цель одна, средства разные, и напрасно тут возмущаться.

В густом бору они разожгли костёр и стали обдумывать завтрашний маршрут. Пару часов ночного сна они позволить себе могли, но прежде, как положено у жаркого костра в холодную ночь, они завели душевный разговор обо всяком разном:

– Вот получишь ты Стальной Амулет, что будешь делать?

– Ну-у-у, – затянул Вардлен. – Далеко так загадывать.

– А всё-таки?

– Возьму себе броское прозвище. У вас-то уже есть: Септий Синий, Местрикель Молчаливый, а я буду Вардлен Великий! Ха-ха. О как придумал! Круто?

– Определённо в этом что-то есть…

– Сиё прозвище может быть дано лишь за самый доблестный подвиг, – выступила Вета. – Тебе нужно совершить такое деяние, за которое все жители Брадхель не помедлят тебя отблагодарить.

– Какое, например?

– Есть одно, что давно уже терзает мою душу: Замок-с-Тёмными-Шпилями – если сразишь его, сможешь по праву считаться великим.

Их веселье угасло в безмолвии.

– Ну, значит, хрен мне вместо загаданного прозвища. – хохотнул он.

– Почему же? Всегда есть надежда. Тем более, в твоих ножнах непобедимый Алруданес – это чего-то да стоит.

– Меч, сам по себе, есть лишь кусок железа, каким бы красивым и дорогим он не был. Важно то, кто его держит и тверда ли его рука. – Вардлен провёл пальцем по гарде Алруданеса.

– Помни, что этот клинок непростой кусок железа. Совладать с Алруданесом способны лишь лучшие воители меча.