Марко Мургус – Стальной Амулет (страница 7)

"Так, за мной остались всего двое. Одного могу сбросить у моста, а от второго оторваться у храма." – оценил Вардлен двух солдат на хвосте.

Проспект был заполнен народом, а сверху его пересекали несколько мостов. Так как город состоял из районов на разной высоте, градостроители установили надземные переходы, с помощью которых можно было перемещаться над оживлёнными дорогами, не мешая движению. В Объединённом Королевстве таких конструкторских решений мало, но вот в Столице эти мосты заменяют жителям дороги.

Вардлен забежал на такой мост, сейчас он был пустым, но *под* мостом бурно метались люди и лошади. Дождавшись, пока стражники подберутся достаточно близко, Вардлен спрыгнул вниз и почти безболезненно приземлился на мостовую. Как и ожидалось, один стражник добрался до него быстрее – разрыв всего три секунды, но и этого хватило Вардлену. Заходя в арку под мостом, тот выставил вперёд свою алебарду, из-за чего Вардлен увидел сначала её, на что и был расчёт. Рыцарь прижал алебарду мечом и ударом ноги по древку выбил её из рук нападающего, а после полоснул ему по ноге.

Когда подоспел второй стражник, рыцарь уже бежал к собору. Выбравшись на пустой двор, пред ним предстала ещё одна ищейка – молодой парень, лет двадцати с дубинкой на поясе, похоже совсем недавно поступивший на службу или вовсе поднятый по тревоге из-за пропажи меча.

Вардлен встал в боевую стойку – также сделала и ищейка.

– Ну! Рискни здоровьем, нападай! – с насмешкой бросил ему рыцарь.

Молодой стражник, застыл, ничего не предпринимая. В его глазах угадывался страх, он даже немного попятился.

Вардлен, не убирая меч в ножны, побежал к монастырю, ищейка осталась на месте, но стражник с алебардой был на подходе, как раз он и сподвигнул юнца продолжить преследование. Вардлен взбирался по одной из нескольких крутых лестниц к вершине. На возвышении, где стоял монастырь, монахи всегда оставляли вёдра, телеги или что побольше. Забравшись наверх, Вардлен притворился, что устал, и, когда стражник подобрался достаточно близко по лестнице, скатил на него телегу, заполненную гранитом для ремонта. С насыпного холма было видно много мест Королевства и в том числе ворота правого Сайкира, у которых должна ждать эльфийка.

– Надеюсь, я не слишком задержался? – сказал Вардлен, подходя к группе из четырёх особ, разговаривающих подле лошадей.

– Ну наконец-то! А я уж подумал, что тебя схватили! – недовольно сказал Септий.

– Обижаешь, брат. Эти псы и корову не изловят, что уж говорить о великом герое! – Вардлен пожал ему руку и приобнял, а после покосился на Вету.

– Ладно, нам лучше поскорее отправляться. – заключил Септий.

Глава VI Носы поотрубаю!

Мы пылкие сердцем и духом храбры. Походка бодра, а поступки честны. За славой в погоне уйдём мы к Раздолу, За реки за горы, хоть мало в них проку. Сколь долог наш путь – никому не понять. Но страсти ко власти всем им не унять. И нас кровожадный дракон не сожрёт, Ведь в тёмных чащобах он нас не найдёт. Держись в седле прямо, товарищ родной! Не верь гнусным слухам, герой удалой. Ведь там, под сиреневым небом в лесах, В ущельях, горах и зелёных полях, Не сложно поймать того самого гнома, Что знает секретное дивное слово, С которым в кудрявый полог вы войдёте, И счастье своё наконец обретёте.

– распространённая в долине Брадхель приговорка в дорогу.

Они вышли на большую дорогу и добрались до последней смотровой башни перед Беспризорным Лесом, здесь же находился и опорный пункт армии Объединённого Королевства. Небольшая поляна послужила отличным место для привала – нужно было обговорить предстоящую дорогу и оценить имевшиеся силы, пусть и ничтожные, с первого взгляда: два рыцаря, юнец оруженосец, волшебник, хоть и ученик Десятки магов, и миролюбивая, никогда не державшая в руках оружия, эльфийка.

"М-да, на такой отряд и охотничьих собак пускать страшно, – думал Вардлен. – Загрызут."

Их силы и вправду были слегка малы для путешествия по Долине Брадхель, но выбора не было – недоброжелательное Королевство осталось позади, теперь пришло время для приключений, удивлений и открытий, которые континент Медрагинис всегда готов преподнести своим путникам.

У всех, кроме Веты, были мешки и припасы – то немногое, что получилось забрать с собой. Вардлен подошёл к Септию, который взял больше, чем все остальные:

– Септий, тебя из дома выгнали? Куда *так* много? Может ты ещё с собой целую алхимическую лабораторию прихватил?

– Не надо язвить, здесь всё самое необходимое: книга-бестиарий, книга со списком заклинаний и книга-личный-дневник для заметок. – Септий рассказал о вещах в своей поясной сумке.

– А что за рюкзак за плечами? Погоди-погоди, откуда у тебя такой ладный рюкзак из выделанной кожи?

– Колдовская тайна.

***

Континент Медрагинис – это не только тёмные леса с монструозными древами, корни которых уходят глубоко вниз, до самого сердца мира. Медрагинис – это могучие гигантские горы-титаны, держащие небо на плечах; крошечные потерянные королевства, забытые и растворившиеся в природе; извечные крутые водопады, переливающиеся в моря и озёра; узенькие тропы, не имеющие конца и ведущие за грань мира. Он многообразен и неповторим в своих проявлениях на столько, что даже всему человечеству вместе взятому не хватит воображения, чтобы постичь его.

Медрагинис создаёт рельеф и творит жизнь по своему уникальному усмотрению. Это целый мир, из которого возникают расы и народы, артефакты и даже боги. Великий и неделимый прародитель общин и цивилизаций, не только людей, рогатых и гномов, но и других, более страшных существ. Это не место в пространстве долины Брадхель, долина Брадхель – *это* место на континенте, ведь на столько велики его размеры. Никто не знает наверняка, породил ли весь мир один Медрагинис и как далеко он выходит за пределы Долины. Знают лишь одно – он таит множество секретов, в бо́льшей части непостижимых для смертного разума, содержит места, как будто вырванные из других миров, и, порой, нарушает свои же законы. Вот почему мудрецы стараются никогда не покидать общин, сумевших обосноваться в Столице.

Преодолев подлесок, команда Вардлена двинулась прямо к Лесу Беспризорных мимо гор, окружавших Объединённое Королевство подобно подушкам голову принцессы.

– Обожаю природу. В лесах вся моя жизнь. – сладким голосом сказала Вета, лаская маленьких зайцев с клеверами в шёрстке, снова взявшихся не пойми откуда.

– Я тоже обожаю, когда она не пакостит. – добавил Вардлен.

– Потеряться в одном из них – незавидная участь. – закончил Септий и сделал первую запись в своём личном дневнике. Колдуны из Десятки часто предупреждали его о изобилующих в Беспризорном Лесу ведьмах, что воруют младенцев для своих тёмных обрядов и омерзительных гоблинах, что воруют младенцев уже у ведьм, но не для обрядов, а просто чтобы поесть. Своё название он заслужил потому, что прослыл лесом без смотрителей, без внимания со стороны людей и заботы таких существ, как эльфы.

Ибо егери, некогда жившие здесь, предпочли перебраться в другое место, а не пожелавшие покидать его, мистическим образом пропали. После этого Король и все власть имущие перестали здесь охотиться.

Чем дальше команда заходила в чащу, тем влажней становился воздух. Внутри Леса царила своя атмосфера: он мог сохранять влагу, несмотря на погоду. Деревья махали ветвями, прощаясь. Кони фырчали им в ответ.

– Так почему мы отправляемся в королевство Киндельбиль? – спросил Септий.

– Честно говоря, я просто не мог оставаться в ОК, поэтому мне пришлось немедля бежать в Лес, а из него уже можно добраться до Киндельбиля, но я всё-таки хотел бы сначала наведаться к Суординам.

– К крестоносцам? Ты уверен? У нас в команде нелюдь, а они там самые жестокие чужоненавистники в Долине. Не жалко ли миледи?

– Ну, в обиду её я точно не дам. Каростиль нам подспорье в этом деле. В любом случае Орден Святого Суорда не посетить мы не можем. Там мы будем в безопасности.

– Поддерживаю, – встрял Местрикель, сухо откашлявшись. – Даже малая поддержка важна.

"Вы-то будете, но Вета точно нет. Сдаться на милость безумным храмовникам и надеяться на их милость, да уж, лучше плана и быть не может." – подумал маг.

Они свернули с торгового пути на другую тропу, ведущую к реке. Теперь деревья нависали сверху, а не стояли по сторонам. Проторенная дорога превратилась в обычную истоптанную землю. Кустарники заслоняли взор.

Мимо заливных лугов, кристальных ручьёв, каменистых насыпей и толстых брёвен лежал их путь в угрюмом Беспризорном Лесу. По вечерам Септий освещал дорогу волшебным светом, а когда его сила истончалась, давил разбросанные под ногами круглые плоды магении, что властна передавать свою силу другим. Искать их не составляло труда – кто под кустами брусники да тролленики не заметит белые шары, по размеру сравнимые с картошкой?

Через гранитные, покрытые лишайником и трещинами арки оставленных давным-давно павильонов, глядели острые большеносые морды зелёных гоблинов и быстрее, чем взмах крыльев ворона, исчезали, не смея показаться на глаза дольше мгновения.

Миновав глубокий родник близ озера Кас, вокруг которого имеют обыкновение собираться плеяды нимф и дриад, они пересекли болота и нарвали рогоза, не заботясь об оскорблении мифического камышового народа. Вета переговорила с дочерьми природы, чтобы убедиться в надёжности дальнейшей дороги. В гневе они страшны и частенько топят зазевавшихся путников, что были слишком глупы или просто уставши и поддались их ласковым речам. Оттого эльфийка строго настрого запретила каждому члену команды приближаться к ним.