Марко Мургус – Стальной Амулет (страница 6)

Около семи часов провели они подобным образом, пока высокие двери Расколотого Зала не распахнули с силой, протащившей их по всей полуокружности петель и ударив об стены. Триф мгновенно открыл глаза, но увидеть вошедшего не смог, так как они с Септием были в дальней от входа части Зала. Валуны и стоячие каменные плиты заслоняли его.

– Септий! – громко раздалось под потолком Зала, будто сказал это не человек, а гигант.

Триф остался на месте, Септий тоже – медитация ограждала его от всех внешних раздражителей. Наконец пришедший вышел к магам, и Триф разглядел его: невысокий мужчина средних лет старше их обоих в фиолетовом балахоне, на котором изображены золотые солнца и шипастые круги; взгляд выдавал в нём пережившего многое колдуна, нетерпящего промедлений или непочтительного к себе отношения. Лицо его скорее скривится в недовольной гримасе, чем изобразит улыбку. Его пытливые глаза обгладывали висящего над землёй Септия.

Триф открыл рот, чтобы предупредить пришедшего о медитации своего учителя, но не успел, ведь тот, в свою очередь, сделал жест в сторону Трифа, от которого ученик ученика на время потерял дар речи. После незнакомец взглянул на Септия и на секунду закрыл глаза. В тот же момент Септий очнулся и, потеряв равновесие, неуклюже кувыркнулся в воздухе, а после упал на влажный валун под ним. Хоть расстояние между ним и камнем не было большим (порядка одного метра), Септий глухо вскрикнул от боли и неожиданного грубого разрыва хрупкой нити медитации. Такая внезапная психическая атака встревожила мага, он большими от страха глазами оглядел всё вокруг. Эту атаку можно сравнить с ударом под дых дремлющему вратнику, причём в то место, где у вратника нет брони.

– Мастер Кироальт, рад видеть вас здесь. – растерянно сказал Септий, глубоко вдыхая через каждое слово и оправляясь от перенесённого психического удара наряду с телесным.

– Чем это вы здесь занимаетесь? – надменно бросил Кироальт.

– Мы медитируем, господин. – ответил за своего учителя Триф, осознав что к ним пожаловал маг из Десятки. Он не хотел струхнуть пред лицом такого важного посетителя.

– Медитация важна лишь пока нет насущных проблем. А у нас проблема есть, – сказал он, медленно приближаясь к валуну Септия. – Известно ли вам о пропаже Алруданеса?

– Нет, господин. – ответил за Септия Триф, не осознавая, что сохранил своему учителю жизнь. Ведь если бы Кироальт сконцентрировался на точно таком же ответе, но из уст Септия, то он обязательно распознал бы ложь и обнаружил бы человека, непосредственно относившегося к краже. И никакие ментальные ловушки не смогли бы помочь Септию укрыть правду. В нашем же случае Септию крупно повезло, игра продолжалась, и он прямо сейчас прилагал невероятные усилия, чтобы сохранить внешнее и внутренне спокойствие перед лицом великого мага.

– Я не тебя спрашивал!

Последовала долгая испытующая пауза.

– Теперь-то знаете. Мне поручили найти вора и привести к Королю. Я, безусловно, найду этих несчастных глупцов, сколь бы их ни было и *где* бы они ни были. Но также я поручаю эту задачу вам, дабы ускорить процесс на сколько это возможно. – невозмутимо оттарабанил он. – Вам всё ясно?

– Да, господин. – промямлил Септий.

– Тогда к делу. – сказал Кироальт и запахнул голову широкой частью балахона, отчего в ту же секунду исчез.

Триф подбежал к месту, где стоял маг, и проверил землю ногой: Кироальт пропал, как будто его здесь и не было.

– У Короля украли меч?

– Да, – недовольно сказал Септий, слезая с валуна и потирая ушибленный бок. – Урок окончен, я должен идти.

По пути к выходу из Академии он отчаянно выбрасывал из головы мысли об Вардлене и том самом украденном мече, который он держал своими руками, ведь Кироальт мог сию минуту быть рядом, скрывшись в тени и читать мысли Септия, чтобы узнать недосказанное. А мог и следовать за Септием по пятам, запоминая каждую деталь языка его тела и присматриваясь к каждому его действию. Септий не позволял себе недооценивать способности магов из Десятки – своих мудрых учителей – и до дрожи боялся, что ему придётся встать с ними по разные стороны, а уж тем более противостоять им.

Но кошмар сбылся.

Септий уже состоял во вражеской для Королевства команде, даже если само Королевство и колдуны в частности не догадывалась об этом. Идти против обезличенных монстров – это просто страшно, но идти против своих же учителей – это страшно вдвойне и к тому же подло. Построенная по крупицам жизнь и карьера волшебника рушилась из-за выходки друга, пусть и лучшего и знакомого с детства.

Септий шёл по дороге к дому алхимика, сильно волнуясь, осмысливая каждый шаг. Все вещи из жилища он уже взял, теперь же хотел купить необходимых в дороге зелий. За Трифа он переживал не менее, чем за себя. Он ни при каких обстоятельствах не хотел втягивать его в эту клятую кабалу, затягивающую петлю на шее каждого причастного. Он допускал мысли о том, что ему придётся вместе с Вардленом покинуть Королевство, но Трифу – ученику ученика – предстояло ещё многому научиться, прежде чем отправиться в смертельно опасное путешествие по необъятным землям континента Медрагинис. Септий корил Вардлена за его легкомысленность и неугомонность. Вопрошал, почему нельзя остановиться, остаться с уже имеющимся, зачем нужно обязательно обрекать себя и окружение на погибель?

Глава V За матёрым псом

Вардлен резко крутанулся и, завидев на расстоянии вытянутой руки отряд ищеек, пустился бежать, чуть не споткнувшись от стремительного рывка.

Они кинулись за ним, на ходу выкрикивая "Стоять!", "Не уйдёшь!", "Держи мерзавца!".

Вардлен нёсся так быстро, что белые, серые и бежевые стены вокруг превратились в одну расплывчатую мазню. Ему виделся только стремительно приближающийся арочный проём в конце улицы, – и там стояли два стражника! Благо, горожане пока не успели высыпать на улицы, а потому он припустил ещё сильней.

Рыцарь перехватил ножны, готовясь встретить двух заметивших его городовых.

Не уменьшая скорости (что в данный момент было бы невероятно тяжело), Вардлен протаранил их на ходу: правому он ударил ножнами в кадык, а левому попал в висок кулаком. Почти не замедлившись, Вардлен продолжил бежать. Лишь после кулак пронзила острая боль.

Пробежав ещё метров десять, Вардлен крепко врезался в стену – проход из арки сразу вёл на перпендикулярную улицу. Здесь уже бродили горожане, а сзади по-прежнему нагонял отряд стражи с алебардами. Вардлен сумел оторваться от них в начале, но столкновение со стеной сильно его замедлило. К этому прибавилась нещадная боль в боку.

Однако приближающийся топот сапог заставил заглушить боль – Вардлен снова бежит.

– С дороги! В сторону! – как сумасшедший крикнул Вардлен, и люди как от огня отпрыгнули к стенам, освободив проход. Рыцарь пробежал ещё три улицы: в боку кололо так, будто туда воткнули десяток кинжалов.

Рубаха Вардлена насквозь промокла. Он выбежал на переулок: слева – тёмный маленький туннель, спереди – лестница вниз, справа – низкая стена.

Поколебавшись секунду, Вардлен бросился к лестнице. Справа от неё стояли деревянные перила, перепрыгнув через которые, рыцарь полетел вниз три метра. Жёстко приземлившись в кустах с цветами, Вардлен кувыркнулся, смяв красные бутоны, и мысленно поблагодарил Бога за то, что не успел надеть броню. Не дожидаясь стражи, он побежал дальше, бок ужасно болел, Вардлен задыхался. Казалось ноги просто отваляться, пробеги он ещё хоть несколько метров. В силу покатого строения улицы можно было легко спуститься вниз, но Вардлен предпочёл взобраться повыше по наружному каркасу деревянного дома. Залезая по коричневым балкам, он запачкал белую стену, но всё-таки очутился наверху.

Стража потеряла след, и Вардлен беспрепятственно преодолел несколько кварталов по крышам.

На одной из кровель промелькнула фигура в чёрном одеянии, но рыцарь, не спеша, принялся дальше залезать на А-образные крыши и потом скатываться с них.

Крыши закончились, он спустился вниз и как назло увидел прямо перед собой две спины ищеек в чёрной одежде. Они держали копья и разговаривали.

Вардлен тихо поплёлся назад, надеясь уйти незамеченным, но один заметил его краем глаза. Тогда рыцарь, одним могучим скачком преодолев два метра, ударил в живот первого стражника, а второму впечатал кулак в лицо, после добавив сверху удар жёсткими ножнами. Спереди между людей показались другие надзиратели, они заметили Вардлена и пустились к нему.

"Чтоб вы сдохли" – плюнул он и также сорвался с места. Он завернул за угол, после ещё за один, а потом, смешавшись с небольшой толпой, замедлился у овощной лавки, вновь тяжело дыша. Поодаль от прилавков пьянчуга мочился на стену, неуклюже привалившись к ней.

Толстый продавец с помидором в руке внезапно закричал: "Он здесь! Сюда!"

– Сейчас ты станешь калекой, жирный ублюдок, – Вардлен сделал шаг, чтобы преподать урок нерадивому торговцу, но топот сапог сзади не оставил никакого выбора – он снова бежит.

Теперь одного беглеца преследует уже целый взвод солдат. После непродолжительной, но ожесточённой погони перед измождённым рыцарем явилась узенькая, как расщелина, улочка, в которой не разойдутся даже два ребёнка.

Рискнув, Вардлен боком протиснулся внутрь, ободрав кожу на плече. Вереница стражников последовала за ним, а рыцарь, уже выбравшись из проёма, отпихнул какого-то бедно одетого простолюдина и, взяв, видимо ему принадлежавшую лестницу, намертво вставил её между двух стен. Преградив путь стражникам, он пару раз ударил по лестнице ногой, чтобы та покрепче встала в проём и таким образом поймал их в ловушку.