Марко Лис – Ученик гоблина 3 (страница 18)

Они выходили группами, по четыре бойца в каждой. Пять таких четвёрок быстро и слаженно рассредоточивались по периметру, перекрывая все пути к отступлению.

Впереди каждой группы шли двое воинов, скрытых за ростовыми щитами. Эти угловатые, массивные щиты из тусклой стали, смыкались краями, образуя сплошную стену. Ростом гномы уступали человеку, но за счёт ширины плеч и веса лат каждый из них казался неподвижной скалой.

За спинами щитоносцев укрывались стрелки. Это были не привычные лучники в кожаных куртках. Передо мной стояли такие же закованные в сталь машины убийства. Короткие, неестественно массивные арбалеты с рычажными механизмами взвода они держали наизготовку, уложив приклады на кромки щитов напарников. Болты с гранёными наконечниками были готовы сорваться к цели.

Но сильнее всего меня насторожил четвёртый боец в каждом звене.

Эти выглядели странно, даже на фоне своих тяжелобронированных собратьев. У них не было ни секир, ни арбалетов.

В руках они сжимали длинные, матово-чёрные трубки с непонятными выступами и утолщениями у основания. Ни тетивы, ни плечей — просто полые стержни из неизвестного сплава. В памяти всплыли обрывки слухов о гномьих Высших и их «громовом» артефактном оружии, способном пробивать даже самую плотную магическую защиту.

Если это были они, то дело принимало совсем скверный оборот… для химеры.

Я мысленно улыбнулся — всегда приятно избавиться от проблемы чужими руками, самому не прилагая для этого никаких усилий.

Гномы двигались в абсолютной тишине. Слышался только мерный шелест стали о сталь при каждом шаге.

Наконец, щиты последних четвёрок лязгнули, окончательно сомкнувшись в единый полукруг, который отрезал нас от выхода.

Химера наблюдала за ними с не меньшим интересом. Она подобно заинтересованной кошке поочерёдно наклоняла голову в разные стороны, пытаясь поймать фокус.

Я слегка приподнял двуручник повыше, чтобы более явно обозначить свою позицию и дать понять, что химера мне вовсе не союзник.

Но гномы не оценили жест.

В тишине грота раздался короткий щелчок. Кто-то из командиров звеньев подал сигнал, стукнув по металлу щита. В то же мгновение замерший строй пришёл в движение.

Группы начали плавно расходиться, расширяя охват. Те, что стояли по флангам, взяли на прицел химеру. А две центральные четвёрки, не опуская щитов, синхронно довернули арбалеты в нашу сторону.

Один из гномов с «громовой трубкой» качнул своим странным оружием, наводя его на Зуг’Гала.

— Эй, — подал голос старик. — Мы здесь не ради драки с Подгорными воинами. Мы…

Вот только гномы по-прежнему смотрели на химеру сквозь прицел арбалетов.

И точно так же смотрели на нас.

И никто из них, кажется, не собирался спрашивать, на чьей мы стороне.

Глава 10

Зуг’Гал ещё раз попытался достучаться до гномов.

— Мы не враги вам! — голос старика звучал на удивление спокойно, но я слышал в нём металлические нотки, которые обычно предвещали скорую вспышку ярости. — Эта тварь не имеет к нам никакого отношения. Забирайте её и делайте что хотите. Мы лишь хотим спокойно пройти.

Гоблин врал. Но гномы, кажется, понимали это.

Ему никто не ответил.

Командир подгорного отряда, тот, что стоял в центре строя, резко стукнул металлической перчаткой по кромке щита. Звук получился глухим, но в тишине грота он прокатился под сводами, многократно усиливаясь эхом.

Гномы отреагировали на сигнал и синхронно вскинули оружие. Те, что с чёрными матовыми трубками, взяли нас на прицел. Арбалетчики переложили болты. Щитоносцы на полшага выдвинулись вперёд, плотнее смыкая строй.

Зуг’Гал дёрнулся первым. Он не стал дожидаться атаки.

Его рука скользнула в широкий рукав балахона и вынырнула обратно, сжимая что-то. Это была тонкая прямоугольная пластина, похожая на кусок застывшего стекла, покрытая мельчайшими письменами. Она мерцала бледно-голубым, и свет этот пульсировал в мерном такте.

Старик разломил её одним резким движением.

Раздался хруст и обе половинки артефакта полетели в разные стороны — одна влево, другая вправо. Они упали на пол примерно в трёх шагах от Зуг’Гала, и в тот же миг воздух между ними задрожал, натягиваясь едва заметной, мерцающей пеленой.

Я не успел обрадоваться.

Потому что сцилла, только что послушно вращавшаяся перед моей грудью, вдруг замерцала. Её фрагменты дёрнулись, словно их скрутило невидимой рукой. Орбиты пошли рябью, искажаясь в пространстве. Я смотрел, как они сплющиваются, вытягиваются, будто их свет преломился проходя сквозь мутное стекло.

Я попытался удержать её. Мысленно вцепился в нашу связь.

Но сцилла взорвалась. Совсем беззвучно, вспышкой света. Она полыхнула перед глазами, и тысячи мельчайших осколков разлетелись в стороны, осыпаясь на камень и угасая, не долетев до пола. Вместе с ними исчезло пламя, оплетавшее мои руки до самых плеч. Крылья, которые я успел расправить, готовясь к бою, тоже осыпались подобием пепла.

Магия полностью ушла.

Я мысленно потянулся к рунам, пытаясь хотя бы почувствовать их присутствие, но сцилла не отзывалась. На месте рунного сердца ощущалась лишь абсолютная, давящая пустота.

Рядом жалобно пискнул Арах.

Я обернулся. Полуухий стоял, уставившись перед собой выпученными глазами. Его сцилла исчезла точно так же. Разлетелась осколками, оставив гоблина с арбалетом и коротким кинжалом в дрожащей руке.

— Что… что вы сделали⁈ — завизжал Арах, и в голосе его слышалась животная паника.

Зуг’Гал не обратил на него внимания.

При этом вокруг старика всё так же мерцали рунные щиты.

Я заметил это не сразу. Слишком был ошарашен собственной беспомощностью. Но когда первый арбалетный болт влетел в невидимый барьер и завяз в нём, замерев в дюйме от лица учителя, до меня дошло.

Магия старика не пропала.

Болт повис в воздухе, дрожа, словно в него вцепились сотни невидимых нитей, а затем медленно осел на пол, звякнув металлом о камень.

Арах тоже это увидел.

Его глаза забегали, пальцы судорожно зашарили за пазухой. Я не понял, что он ищет, пока он не выудил оттуда точно такую же тонкую пластину, какую только что разломил учитель. Только поменьше.

Хрустнуло и пластина рассыпалась в пальцах Араха, осыпаясь мелкими блёстками. Гоблин замер, втянув голову в плечи, и уставился на свои руки.

Гномы с трубками нажали на спуск.

Я ждал раскатистого грома. Ждал, что воздух взорвётся и нас размажет по стенам.

Но вместо этого раздались лишь громкие щелчки.

Трубки сработали — механизмы внутри них щёлкнули, что-то явственно провернулось, но магия, которая должна была вырваться из чёрных жерл, погасла, даже не успев родиться. Несколько гномов удивлённо переглянулись, перезарядили оружие и попробовали снова.

Снова тот же сухой щелчок. И тишина.

— Уловки не спасут вас, воры, — хмыкнул один из гномов. — Мы с радостью заплатим железную цену гнусным расхитителям наших святынь.

Гномы перестроились.

Увидев, что громовые трубки совсем бесполезны, они быстро и слаженно убрали их за спины. На смену пришло обычное оружие ближнего боя. Секиры с широкими лезвиями, боевые молоты с гранёными бойками, короткие, но широкие мечи, больше похожие на разделочные ножи для крупной дичи.

Щитоносцы сомкнули строй, прикрывая перестроение. Арбалетчики по-прежнему не собирались отказываться от своего оружия, они прятались за щитоносцами и ждали момента, когда барьеры Зуг’Гала ослабнут.

Командир гномов снова ударил по щиту.

Два коротких, резких удара.

Их строй двинулся на нас.

Шаг. Шаг. И ещё шаг.

Навстречу железной стене учитель бросил склянку. Та разбилась о щит и ядовитое облако вмиг заставило плотный строй распасться.

Первыми рванули двое гномов с секирами. Их целью был Зуг’Гал. Они поняли насколько серьёзную угрозу он для них представлял. Несмотря на тяжесть доспехов, гномы двигались быстро, и когда лезвия секир врубились в невидимый барьер, воздух наполнился низким гулом.

Щиты старика выдержали.

Секиры отскочили, высекая снопы искр, а гномов отбросило назад, на их же товарищей. Но я заметил, как тусклее стал голубоватый свет вокруг учителя. Барьер дрогнул, но он не рухнул, а лишь просел.