Марко Лис – Ученик гоблина 3 (страница 16)

Химера с противным металлическим скрежетом полосовала когтями по шлему гнома, с маниакальным упорством пытаясь отогнуть заклинившее забрало.

Старик облизнул пересохшие губы, не сводя янтарного взгляда с твари.

— Пора, нэк. Пока она отвлечена.

Он поудобнее перехватил посох. Арах вытащил нож, но я видел, как дрожат его пальцы. Я вытер вспотевшие ладони о штаны и крепче сжал рукоять двуручника. Тяжесть металла немного успокаивала, возвращая чувство контроля.

Зуг’Гал медленно поднял руку, готовясь дать сигнал к атаке. Но в этот самый момент скрежет когтей о сталь внезапно прекратился.

Химера замерла.

Её спина неестественно выпрямилась, и я услышал, как один за другим хрустят позвонки — отчётливо и громко, словно детали сложного механизма вставали в пазы. Спутанные волосы медленно поползли в стороны, обнажая бледный затылок. Она не оборачивалась, но стало очевидно, что она уже знает, что мы здесь.

— Де-душ-ка… — раздалось во мраке грота.

Звук шёл отовсюду сразу. Казалось, он рождался не в гортани, а сочился прямо из её груди, из живота. Это был голос Талли, но он двоился и вибрировал.

У меня по спине пробежали мурашки. Жадный старик втянул нас в схватку с неимоверно жутким чудовищем.

Она начала поворачивать голову. Медленно, с хрустом, напоминающим треск ломающегося льда. Её шея вращалась под углом, который не оставлял сомнений в том, что кости и связки больше не держались друг за друга.

Арах не выдержал. Он отшатнулся, неловко зацепив ногой обломок камня. Тот со звонким стуком покатился по полу, эхом отдаваясь в тишине зала.

Я замер, боясь даже дышать. Зуг’Гал окаменел. Даже Химера на мгновение застыла прежде чем обернуться к нам.

Я увидел её лицо. Это всё ещё была Талли — те же скулы, тот же разрез глаз, та же линия губ. Но кожа натянулась так сильно, что под ней отчётливо проступил рельеф черепа. По щекам, словно лишайник, расползлись мелкие серебристо-чёрные чешуйки, тускло поблёскивавшие в полумраке. А глаза превратились в два бездонных чёрных колодца. Ни зрачков, ни белков — только тьма.

К горлу подступил горький ком. Тварь жрала. Не отрываясь, с хрустом и чавканьем, она вминала в себя что-то, и в месиве из крови и растерзанной плоти мелькали клочки чёрного меха.

Она смотрела на нас, не моргая.

— Зуг-Гал… — выдохнуло существо.

— Вы же говорили… — я с трудом заставил себя перевести взгляд на шамана, — что химеры лишены разума!

Шаман молчал. Его лицо перекосило, на нём читалась смесь ужаса и полнейшего замешательства.

— Так не должно быть, нэк… — пробормотал он, и голос его прозвучал на удивление жалко. — Это невозможно. Просто невозможно.

— Она говорит! — прошептал Арах, вжимаясь спиной в холодный валун. — Мастер, она вас узнала!

Наставник судорожно сглотнул, не сводя расширенных зрачков с химеры.

— Сразу три руны седьмой орбиты… разом… — проговорил он, словно в бреду рассуждая сам с собой. — Это за гранью.

Он замолчал, глядя, как Талли делает осторожный шаг вперёд. Камень под её босой ступнёй мгновенно зашипел, повалил густой едкий дым. Гранит плавился, превращаясь в вязкий тёмный шлак.

— Какие руны она поглотила? — я призвал сциллу, активировал руну стихии «огня» и приготовился применить остальные.

— Де-душ-ка… — вновь пророкотала химера. — По-мо-ги…

Талли сделала ещё шаг. Её ноги оставляли на камне исходящие жаром дымящиеся следы.

— Боль-но… — выдохнула тварь, и в этом искажённом звуке послышались настоящие, человеческие слёзы.

— И что теперь делать? — в панике выдохнул Арах.

Зуг’Гал молчал. Великий мастер, знаток древних тайн и охотник за силой, стоял неподвижно, заворожённый и раздавленный увиденным. Он столкнулся с чем-то настолько необычным для себя, что теперь просто не знал, что делать.

Химера сделала ещё один шаг, сокращая расстояние между нами.

— Хо-чу… до-жить… до… расс-ве-та… Ме-нос…

Глава 9

Глядя, как гранит плавится под ногами Талли, я понял, что мирно разойтись вряд ли получится.

Пальцы сильнее сжались на рукояти двуручника. Страх никуда не делся, но он прояснял мысли, а не туманил их. Я заставил себя дышать ровно.

Сцилла отозвалась на мысленный призыв, её сегменты вспыхнули один за другим.

Первой по привычке активировал руну стихии огня. Магическое пламя будто плёнка охватило мои руки от кончиков пальцев до самых плеч. Следом запустил руну стихии «воздуха» и за моей спиной шумно распахнулись кожистые крылья.

Руну «плоти» я оставил нетронутой, приберегая на случай близкого контакта. Как показала стычка с орком-отступником, против серьёзных соперников она даже на средней дистанции не гарантирует сколько-то стоящий результат.

Пока я готовился, старик не двигался. Он стоял, вперившись в химеру пустым взглядом. Зуг’Гал словно выпал из реальности — либо просчитывал варианты, либо шок оказался сильнее его воли.

Арах, в отличие от наставника, действовал.

Гоблин осторожно сместился влево, к стене, стараясь не производить лишнего шума. Он тоже призвал свою сциллу. В одной руке он сжимал кинжал, в другой держал взведённый арбалет. Болт был наложен и механизм готов был отправить его в полёт, стоило лишь нажать на спусковую скобу.

Полуухий не хотел провоцировать тварь, но и застигнутым врасплох не планировал оказаться.

Химера сделала ещё несколько шагов навстречу.

С каждым её движением воздух в пещере становился будто горячее. Одна из рун точно была огненной. Сквозь полупрозрачную кожу на её руках и шее пульсировал багровый свет. Казалось, что по венам Талли текло жидкое пламя, просвечивая сквозь плоть, как лава сквозь трещины в породе. В этой стихии я ей явно не ровня. Слишком велика разница рунных орбит.

О природе двух других поглощённых рун оставалось только гадать, и эта неизвестность сильно нервировала.

— Стой!

Зуг’Гал словно очнулся. Его голос эхом прокатился под сводами грота. Старик шагнул вперёд, выставив раскрытую ладонь, будто собирался остановить химеру голыми руками.

И она замерла.

Её когтистые лапы застыли в шаге от расплавленного следа. Она вперила в шамана свой чудовищный взгляд с чернотой бездны.

— Де-душ-ка…

Голос Талли, двоящийся и вибрирующий, прозвучал на удивление жалобно. По её щекам, размывая мелкие серебристые чешуйки, покатились густые, маслянисто-чёрные слёзы. Они падали на пол, шипели и оставляли тёмные пятна.

Я заметил, как уголки губ старика дёрнулись.

— Пойдёшь ко мне в ученики, нэк? — произнёс он, стараясь придать голосу мягкость, которая совершенно не вязалась с его обликом.

Я едва не поперхнулся.

Хитрый старый лис решил приручить химеру. Неужели он хотел сохранить руны седьмой орбиты внутри неё и сделать её своим оружием. Глупее и опаснее затею было сложно представить. Это всё равно что пытаться подчинить своей воле бушующий лесной пожар.

Химера склонила голову набок. Под неестественным углом, буквально положив её себе на плечо, и несколько секунд не моргала, глядя на учителя. Тот, приняв её молчание за сомнение, повторил вопрос громче, с нажимом:

— В ученики, Талли. Станешь сильной. Сильнее всех.

Девушка-чудовище улыбнулась. Губы разошлись, обнажая ряды острых, как иглы, зубов. Она медленно подняла когтистую руку и провела по лицу, размазывая по щекам угольные слёзы.

А в следующий миг рванула к Зуг’Галу.

Скорость была колоссальной. Я едва успел заметить багровый шлейф, словно мазком протянувшийся от места, где секунду назад находились её ноги. Химера нанесла прямой, сокрушительный удар когтистой лапой в голову старика.

ХЛОП!

Раздался громкий звук, похожий на лопнувший пузырь, высвобождая огромное давление. В дюйме от лица шамана вспыхнул рунный щит. Магия поглотила удар и оттолкнула руку существа в сторону. Когти соскользнули по невидимому барьеру, высекая снопы искр. Но химера, будто совсем не опасаясь ответного удара, замахнулась снова, открывая корпус.

— Нет! — выкрикнул шаман, когда увидел, что я сорвался с места.

Но я уже не слушал. Жадность старика затмила ему разум, а я увидел шанс поставить точку в сражении. Тварь нужно прикончить прямо сейчас.

Создав крыльями мощный воздушный поток, я ускорился.