МаркианN – Небо ждёт. Притча о будущем (страница 22)
– Теперь ты знаешь Меня и сможешь узнать Меня в Моих. Запомни: ты свободен выбирать. Ты имеешь власть выбрать свой путь сам. Ты видел, есть только два пути: путь жизни, – и Человек указал на дорогу в долину, – и путь смерти, – Человек указал на обрыв. – Ты всегда можешь ошибиться, но если ошибся – остановись, или потеряешь тех, кто тебя любит, и кого любишь ты, потеряешь самого себя, потеряешь Путь. Иди же! Но пусть не печалится сердце твоё: ты не уходишь от Меня, а идёшь навстречу Мне!
– Я Тебя не забуду! – от всего сердца сказал Александр.
– Забудешь, – ответил Сияющий Человек, – но Я напомню о нашей встрече. Иди!
Овечки тихо обступили Александра. Прощаясь, он присел, прижал одну овечку к груди, другая положила ему голову на плечо, а третья сказала:
«Братья… он дышит…»
****
Александр медленно приходил в себя. Он лежал на полу, зажатый с двух сторон объятиями Серафима и Максима. Один обнимал его за плечи и прижимался мокрым лицом к его щеке, другой захлёбывающимся шёпотом славил Бога. Савватий сидел рядом на коленях, с трепетом держал руку Александра и смотрел на его дрожащие ресницы.
– Он живой, – измученным голосом сказал Савватий, вложил небольшое Распятие Александру в ладонь и, бережно сжав её в кулак, утвердил руку капеллана у него на груди.
После встал, пошатываясь, сгрёб в охапку мокрое от пота бельё с постели, отнёс в ванный отсек, затем принёс свежее и перестелил. Братья осторожно подняли Александра с пола и уложили снова в постель.
Александр, часто моргая, медленно открыл глаза и сквозь пелену слёз разглядел их лица. Он еле заметно улыбнулся и сказал:
– Мои любимые овечки!
Он попросил пить. Савватий приподнял его и поднёс к губам полную флягу, но тот отпил только пару глотков и снова упал навзничь без сил.
– Как ты? – спросил Максим.
– Хорошо, – снова улыбнулся Александр. – Как же хорошо! Но… что со мной случилось?
Братья изнурённо смотрели на него, как на чудо. Александр с восхищением вглядывался в их лица.
– Братья любимые мои! У меня было видение! Такое отчётливое! Невероятное! Я видел ангела Божия! Он меня спросил: «Почему ты Меня гонишь?» И я понял, что, может быть, те, которых мы ищем, Богу не враги? Может быть, и они сами сыны Божьи… и наши братья? Но из другого стада?
Его слова шокировали всех. Братья переглянулись. Савватий беспокойно погладил Александра по голове и сказал:
– Наставник, береги силы, ничего не говори. Если тебе стало полегче, то лучше поспи, наберись сил!
Александр восторженно посмотрел на него, и Савватий удивился, какой радостью светился его взгляд.
– Понимаете?! Тогда это всё объясняет! Почему у него были такие добрые глаза! Почему у него такой дар молитвы! Братья… мне надо с ним поговорить!
Александр закрыл глаза и снова провалился в сон. Савватий с болью посмотрел на его измученное лицо, укрыл одеялом и дал знак всем покинуть комнату, сам же тихо вышел и закрыл за собой распашные двери.
– Мой Господь!! – с ужасом произнёс Савватий. – Вы слышали, что он говорил?!
– Он назвал нас любимыми овечками! – поражённо сказал Максим.
– Ну, в этом есть неточность, – сверкнув глазами, подхватил Серафим. – Потому что один из нас – баран.
И посмотрел на Максима. Тот нахмурился и ответил:
– Да. А может быть и не один.
– Ты чуть не сломал ему рёбра во время комплекса реанимационных действий!! – взорвался Серафим.
– Да, я был сильно взволнован, но я всегда знаю, что делаю!
– «Знаю, что делаю», – передёрнул его Серафим. – Единственный из нас, кто знает, что делает – это брат Савватий, не раз убеждаюсь в этом! Ты думаешь, от твоих «реанимационных действий» что-то зависело? Нет! Не от них, а от молитвы брата Саввы!!
– Одно другому не мешает! – отрезал Максим. – На Бога надейся, а сам не плошай!
– Оу, известная «евангельская» поговорка! Где это вообще в Евангелии написано?!
Савватий с трудом стоял, облокотившись на спинку одного из стульев, стоявших вокруг обеденного стола. Он больше не мог слушать их перепалку и решил её остановить.
– Братья, что вы скажете об этом видении ангела Александру?
Серафим и Максим замолчали и посмотрели на него.
– Это состояние клинической смерти, – сказал Максим. – Наверное, он побывал на «том свете».
– Не верю я в это. Это – не ортодоксальная теория! – сказал Серафим. – Нет никакого «того света», а есть «воскресение мёртвых и жизнь будущего века». Во время клинической смерти мозг ещё жив, он продолжает работать и показывает человеку картинки из его жизни, что было в его опыте.
– Но, брат Серафим… – настороженно произнёс Савватий, – то, что ему сказал ангел, не является тем, что было в опыте Наставника. Он сказал… противоположное! То, что он сказал, делает нашу миссию бессмысленной!
Как гром, зазвучал вызов псифона на запястье у Савватия. Он вздрогнул и посмотрел на экран.
– Это Владыка…
И принял вызов.
Владыка сразу после короткого приветствия спросил:
«Дети мои, с вами ничего не случилось? Сердце моё неспокойно».
– Да, Высокопреосвященнейший Владыка, случилось, – тяжело ответил Савватий. – Простите, что не сказали вам сразу… Сейчас раннее утро, мы боялись вас беспокоить…
«Святой Боже… что?»
– Отцу Александру в магнекаре стало плохо, он потерял сознание. После, уже в гостинице, его состояние ухудшилось, и он пережил клиническую смерть.
«Милостивый Господь… как он сейчас? Он жив?»
– Да, Владыка, он спит. Сейчас его состоянию ничего не угрожает.
«Надеюсь, вы выполнили инструкцию?»
– Да, Владыка. Мы не стали обращаться за медицинской помощью. Ему были введены необходимые инъекции и выполнен непрямой массаж сердца.
Максим шёпотом попросил:
– Скажи, что мы молились об его исцелении!
Савва отрицательно замотал головой.
Владыка сказал:
«Я почувствовал это… Как же это с ним произошло?»
– Точно понять не можем. После сеанса связи с вами он потерял сознание. Когда он пришёл в себя после клинической смерти, то сообщил, что имел видение ангела, который ему сказал, что… что противоречащий и обольщённый… они не то, что мы думаем… что возможно, – Савватий зажмурился, чтобы сказать это, – они – наши братья по вере, но «из другого стада». Владыка, мы просим пояснить это, так как пока дальнейшее выполнение миссии невозможно. Мы не можем их ликвидировать!
«Святый Боже… – после длительной паузы произнёс Владыка. – Очень тяжёлое известие… Отец Александр в большей опасности, чем я думал. Он лично встречался с противоречащим, его сознание какое-то время было под его полным контролем. Хотя отец Александр и смог вырвать свою душу из его чар через молитву и некоторые решительные действия, но, очевидно, инфернальная сила такова, что даже если дверь в ад и закрыта, то всё равно из-под неё поддувает. Это видение – тактическая уловка противника, чтобы защититься, ведь он почуял вашу силу и решимость. Это очень тяжёлое искушение. Отец Александр в очень большой опасности! Враг нанёс по нему направленный удар! Если видения будут повторяться, или если вы увидите, что его поведение изменится, прошу сразу мне доложить. В любое время! Держитесь, дети мои! На вас с надеждой взирают многие, ибо от вашей миссии зависит жизнь мира. Времени осталось немного. Да благословит и укрепит вас Господь, да защитит от провокаций дьявола!»
– Мы услышали, Владыка, – сдавленно сказал Савватий. – Благодарим Вас за Ваши святые молитвы!
Псифон отключился. Лицом Савватий был белый, как мел. Он обвёл перепуганными глазами братьев и сказал:
– Нам надо установить дежурство, пока он не проснётся. Первые два часа с ним я, затем – брат Максим, затем – брат Серафим…
– Не согласен, – сказал Серафим. – Тебе немедленно надо отдохнуть. Первый – я, за мной – брат Максим, за ним уж ты.
И Серафим двинулся к дверям.
– Брат Серафим, – сухо сказал Савва. – Ты слышал, что сказал Владыка?
Серафим остановился и обернулся.
– Я слышал.
– И ты помнишь, что любимый отец Александр попросил сделать нас для него… в случае чего?