Марк Кано – Красные гиганты. История советского баскетбола (страница 61)
Де ла Круз: «Я очень хорошо помню этот матч, потому что он был очень зрелищным. Со мной в команде был Сантильяна, очень умный игрок. У нас с Санти была отличная слаженная игра, мы отлично играли в паре. Это был красивый матч» [162].
Но на этом сюрпризы не закончились. В тот же день Югославия также потерпела неожиданное поражение от Израиля, в состав которого вошел героический игрок Мики Беркович, которое должно было стать решающим. Второй этап начался с важного матча СССР – Югославия. Учитывая, что обе команды уже проиграли по одному разу, а в финал выходили команды, занявшие первое и второе места в группе, у проигравшего было очень мало шансов на квалификацию. СССР, похоже, не был в лучшей форме: последняя победа советской команды над югославской была в 1972 году.
Хомичус: «Трудно сказать, было ли место пресловутому ”югославскому синдрому“, как писали в газетах. Конечно, я сыграл в той партии всего пару минут, когда все уже было решено» [168, с. 55].
Игра началась с неточностей с обеих сторон, и преимущество югославов, полученное в начале, было быстро сведено на нет. СССР ушел на перерыв с преимуществом в семь очков (41:34), тогда выделились Белов, Едешко и Мышкин. Во второй половине игры проявил себя Сергей Тараканов, чье присутствие до этого момента было скорее показательным. Однако он вышел на первый план, набрав 18 очков, а всего за игру – 21. Он помог своей команде вырваться, забив несколько ключевых мячей, когда югославы грозили сократить отставание до психологического барьера в десять очков.
Но в итоге – чистая победа СССР (96:77): «Меня с Югославией тренер выпустил за 3 минуты до перерыва и я сразу забил с фолом. У меня никакого комплекса игр с ними не было, в отличие от моих старших товарищей. Я просто не боялся бросать, а югославы никогда не играли в защите хорошо, они как бы провоцировали: бросай, но если не попадешь – мы вас накажем. Я бросил 11 раз и попал 10. Хотел бы посмотреть эту игру, но нигде найти не могу!» [58].
СССР выиграл и следующие матчи: с небольшим перевесом у Чехословакии (+5), вполне уверенно у Израиля (+21) и вновь с некоторыми трудностями у хозяев – Италии – со счетом 90:84 в последнем групповом матче, причем большой вклад внесли Мышкин (25 очков) и Ткаченко (21). Победа над итальянцами предотвратила равенство в четверке между Израилем, Югославией, Италией и самим СССР, что не позволило бы ему выйти в финал против хозяев.
Учитывая победу Израиля над Югославией в первом туре, соперником в борьбе за золото неожиданно стал Израиль с Мики Берковичем и Моти Ароэсти. Интересно, что, учитывая плохие отношения (или их полное отсутствие?) между двумя странами, СССР даже не сообщил в прессе, кто будет их соперником. Финал не был богат на события. Превосходство советских игроков было настолько очевидным, что не оставляло сопернику никаких шансов, и они едва удержались в перерыве (47:38). Во второй половине благодаря доминированию Ткаченко (29 очков), которого хорошо поддерживали Тараканов (22) и Сергей Белов (еще 22), СССР увеличил разницу почти до 30 очков. Небольшая расслабленность на последних минутах позволила избежать скандального результата (98:76). Для сборной Израиля, несмотря на явное поражение, серебряная медаль стала огромным достижением, которое до сих пор является их лучшим результатом на международных соревнованиях. Мики Беркович был признан лучшим игроком турнира.
Даже с учетом неожиданного поражения СССР в матче против Испании исход турнира мог быть только положительным. После нескольких лет неспособности обыграть Югославию, стали возникать сомнения, что это вообще возможно. Однако СССР сделал это очень уверенно, вернув себе долгожданное континентальное первенство. 35-летний Сергей Белов завершил турнир фантастически и был по праву включен в сильнейший квинтет вместе с Ткаченко, который, в свою очередь, был самым мощным центровым на континенте в то время, а также лучшим игроком Европы.
Кроме того, очень хорошо вписался в команду молодой двухметровый форвард Сергей Тараканов, показавший отличную игру за счет своего меткого броска из-за пределов площадки и навыку передвижения без мяча. Для двух сильнейших игроков команды – Едешко и Жармухамедова – этот турнир стал последним, хотя они этого еще не знали. Они провели свои последние минуты в майках с надписью СССР и попрощались со сборной наилучшим образом, завоевав золото. Таким образом, ставки на Олимпиаду в Москве были высоки. Словно после долгих лет скитаний по пустыне советские спортсмены нашли оазис с чистой водой. Югославский синдром остался позади… или все-таки нет?
Ткаченко. Икона советского баскетбола
Гомельский: «Увидев впервые в 1973 году центрового из Киева Володю Ткаченко, я в полном смысле слова был ошарашен: огромные плечи, рельефные мышцы, скорость… азарт. По-моему, уже тогда в нем было сантиметров 217, и парень еще рос. Честно говоря, такие ребята мне еще не попадались <…> Я сразу понял, что такая удивительная мощь в сочетании с другими качествами обещает нам появление настоящей звезды» [28, с. Ткаченко].
К концу 1970-х годов центровой Владимир Петрович Ткаченко стал одним из флагманов советской команды и, без сомнения, самым узнаваемым ее образом за рубежом. Его внушительные 220 см и умение забивать с близкого расстояния от кольца без промаха были идеальным воплощением игрока ”советского катка“: может быть, не очень привлекательного внешне, но очень эффективного.
Ткаченко родился в 1957 году в Сочи (РСФСР) и уже в двенадцать лет выделялся своим необычным ростом – 188 см: «Правда, в детстве я больше отдавал предпочтение футболу, неплохо стоял в воротах. А потом меня заметил баскетбольный тренер Владимир Ельдин и определил в спортивную школу. Заметил в прямом смысле этого слова – уже в 13 лет я вымахал под 190 сантиметров. С игровым амплуа вопросов не было – только центровой. Через год я уже входил в юношескую сборную Сочи» [132].
Естественно, вскоре им заинтересовались и лучшие клубы СССР, и в пятнадцать лет он покинул родной Сочи: «Летом 1972-го на первенстве Краснодарского края среди школьников я был признан лучшим центровым и попал в поле зрения селекционеров. Вернувшись домой, почти одновременно получил приглашения из ЦСКА, ленинградского «Спартака» и киевского «Строителя». Наша семья хотя и жила на Северном Кавказе, но имела глубокие украинские корни. Поэтому и Киев нам был как-то ближе. На состоявшемся семейном совете решили, что мне надо ехать в ”Строитель“. 1973 год я встречал уже в одной из киевских ДЮСШ, где моим тренером стал Михаил Фурман. В следующем году в составе ”Строителя“ выиграл бронзу союзного первенства» [116].
Будущий спортсмен продолжал расти, и к пятнадцати годам он уже доминировал на Евробаскете U16 в Италии, набирая в среднем 24 очка за игру, в том числе 29 и в матче за золотые медали против Испании. Его превосходство было настолько, можно сказать, вызывающим, что на следующий год, несмотря на юный возраст, он был приглашен в юниорскую сборную. Она выступала на Евробаскете в Орлеане, Ткаченко получил мало минут игры в команде, занявшей всего лишь пятое место. Однако его продвижение по карьерной лестнице было стремительным, и уже в 1974 году, в возрасте шестнадцати лет, он регулярно выходил на площадку в составе первой команды. Вскоре перед ним откроются и двери старшей сборной: «Моя первая поездка за границу была в 1974 или 1975 году, в капиталистическую страну, кажется, я ездил на турнир в Америку. У меня было полностью советское воспитание, поэтому США казались совершенно другим миром. Мне говорили думать только о баскетболе, но я еще успел и сувениры купить, о столкновении идеологий я тогда особо не задумывался» [132].
С 1974 года Кондрашин брал его на некоторые турниры, но только в 1976 году, на Олимпийских играх в Монреале, он попал в число двенадцати лучших. В восемнадцать лет он стал стартовым центровым в сборной, но не смог избежать поражения в матче с Югославией. Уже в то время он заинтересовал московский ЦСКА, который остро нуждался в таком активном центровом игроке. Но Володе было очень комфортно в Киеве, и, будучи студентом университета, он смог противостоять натиску «Красной Армии». В любом случае «Строитель», имея в составе дуэт Ткаченко – Белостенный, станет одной из самых грозных команд СССР.
Учитывая обычную для Советского Союза сдержанность, контакты выдающегося баскетболиста с зарубежной прессой были очень ограничены, что, вероятно, способствовало созданию вокруг его фигуры ореола мистики. Действительно, первое известное интервью западным СМИ, в котором фигурировало имя Ткаченко, было опубликовано во французском журнале Maxibasket в феврале 1983 года. Жан Боже говорил: «Я чувствую себя совершенно растерянным перед встречей с Эверестом баскетбола, зная все неудачные попытки иностранной прессы поговорить с ним. Ходит слух, что власти блокировали любые подходы к нему, потому что не хотели показывать Западу глупое цирковое чудовище». После интервью он заключил: «В итоге он оказался далеко не глупым. Я не понимаю, почему советская власть так прячет игроков вроде Ткаченко или Семёнову, это помогло бы им избавиться от комплексов, вызванных их ростом» [169].