Марк Хансен – Куриный бульон для души. Не могу поверить, что это сделала моя собака! 101 история об удивительных выходках любимых питомцев (страница 20)
Я сразу заметил, что новая собачка боится всего на свете. Стоило мне заговорить с ней, как она начинала скулить. Или убегала в угол и какала. Я постарался говорить более мягко. Тот же результат. Было ясно, что обучение потребует времени, любви и терпения. Я разложил газеты, надеясь, что она поймет, для чего они нужны, и отправился на свои занятия.
Прошло несколько дней. Каждый раз, возвращаясь домой, я поражался количеству и частоте собачьих неожиданностей. Она справляла свои дела на газетах, сопровождая важные события дня собственными коричневыми комментариями. И затем, закончив редакторскую деятельность, продолжала свою работу с усердием, которое никак не соответствовало количеству квадратных метров, имеющихся в крошечных комнатах моего дома. Я купил дополнительные листы бумаги и покрыл ими большую часть пола. Но моя девочка доказала, что она может справиться и с этой задачей. Лужи и кучи были повсюду – урожайность с квадратного фута была поразительной. Моя собака демонстрировала способность захватывать новые территории там, где заканчивались газеты.
Я уговаривал ее и исправлял последствия, любил и поощрял. Я купил совок и швабры. Однако по-прежнему каждую ночь желтые волны заливали пол моей кухни, а постель окружали только что сброшенные наземные мины. Я собирал их совком и вытирал пол. Я дезинфицировал помещение и брызгал освежителем воздуха. Одновременно любящее и ласковое животное повышало эффективность своей работы по заполнению моего жилища отходами собачьей жизнедеятельности.
Ветеринар сказал, что она совершенно здорова, но меня это не убедило. Что-то не сходилось. Я занялся научными наблюдениями. Произвел замеры. Величина выходных данных значительно превышала величину входных. Я знал это совершенно точно. Из моего прекрасного спаниеля, как из рога изобилия, выходило все лишнее. Остался только один вариант, к которому мог прибегнуть зрелый молодой человек двадцати с небольшим лет. Я позвонил маме.
– Мама, ты помнишь того милого маленького спаниеля, который живет у меня несколько месяцев? Да, мама, она выглядит точно так же, как наш первый спаниель, которого ты подарила мне, когда я был маленьким мальчиком. Разве он не был замечательным псом? Представляешь, мой злобный старый домовладелец не позволяет держать в доме собаку (надеюсь, мама купится на эту историю!). Так что, может быть, мне лучше найти для нее хороший дом?..
К счастью, мама пришла мне на помощь. Она сказала, что заберет собаку.
История, которую я рассказал маме, была не совсем честной, но к тому времени я уже перешел на темную сторону от отчаяния.
Итак, я передал собаку маме и умчался на «срочную встречу», прежде чем та успела раскрыть свои уникальные таланты. Я не звонил и не навещал их несколько месяцев. Но когда, наконец, явился в гости, то немедленно натолкнулся на ледяной мамин взгляд. Похоже, все произошло именно так, как я и опасался. Медленно выговаривая слова, мама сказала:
– Как… ты… мог?
Внезапно осознав, что собаки-правонарушителя рядом нет, я спросил папу, что с ней случилось. Он ответил:
– О боже, Билл, эта собака скулила и какала дважды в минуту. К счастью, твоя мама вспомнила, что Мэри, которая живет за углом, давно хотела щенка.
Мэри была старой девой-учительницей. По выходным она приглашала соседских дам к себе на кофе и домашнюю выпечку.
Мама вошла в комнату как раз в тот момент, когда папа заканчивал свою речь:
– …Да, твоя мама забрала эту собаку и отдала ее Мэри.
Ах-ха! Итак, оказывается, я – то самое яблоко, которое, как и положено, упало не слишком далеко от яблони. Глядя «яблоне» в глаза, я произнес таким ханжеским тоном, на какой только был способен:
– Мама… как… ты… могла?
Бедняга спаниель прожил долгую и, предположительно, счастливую жизнь с незамужней учительницей Мэри, о чем мы время от времени узнавали из сообщений других соседей. Но по какой-то причине Мэри больше никогда не приглашала мою маму на кофе и домашнюю выпечку.
Сэм и буйвол
Спаниели по своей природе очень любвеобильны, превосходя в этом всех остальных существ, ибо в жару и в холод, в сырую и в сухую погоду, днем и ночью они не оставят своего Хозяина.
ГРРРР! Я попыталась заставить его замолчать. Мой семилетний кокер-спаниель рычал, подняв голову с кровати. Я положила руку на его белокурый затылок, пытаясь успокоить. Однако вместо этого он снова зарычал и принял сидячее положение, сосредоточив пристальный взгляд на дверях, ведущих во внутренний дворик.
Я взглянула на телефон – три часа ночи. Застонав, я взмолилась:
– Сэм, еще не время вставать!
В ответ он залаял, и это было не обычное тявканье кокер-спаниеля, а пронзительное «гав»! Потом он спрыгнул с кровати. Полностью проснувшись, я почувствовала приближение опасности. Тут надо сказать, что я живу одна в восьми милях от города в малонаселенном районе Монтаны.
Я потянулась за перцовым баллончиком, который хранила на прикроватной тумбочке. Потом на цыпочках подошла к занавешенным раздвижным стеклянным дверям. Пристроившись с левой стороны, я начала медленно отодвигать штору. Все это время взгляд Сэма ни разу не дрогнул. Еще секунда – и он бросился к двери с яростным лаем. Я отпрыгнула подальше от стекла.
Затем я услышала стоны, доносившиеся с террасы. Сжимая в руке баллончик с перцем, я замерла, готовая распылить его содержимое на врага, подстерегавшего снаружи. Лай Сэма еще усилился, шерсть на его светлой холке встала дыбом. Снова раздались стоны, но никто не появился.
Я выглянула из-за занавески. На террасе никого не было. Яркий лунный свет разливался по двору. Пусто. Я отступила от занавески. И вдруг… Хлоп! Деревянная терраса затряслась, как будто у нас началось землетрясение. Движение прокатилось по полу спальни, заставив нас подпрыгнуть.
И тогда я увидела его. Ночной ветерок развевал его темно-каштановую шерсть, когда он вышел из тени. Затем появился другой, поменьше ростом и, вероятно, помоложе.
– О! – воскликнула я в изумлении.
Два бизона стояли в свете осенней луны. Кажется, они пришли, чтобы поспать несколько часов под моей террасой. Я лишь недавно переехала в маленький городок на границе Йеллоустонского Национального парка и не раз слышала истории о том, как бизоны покидали границы заповедника и путешествовали по окрестностям. И хотя я много раз бывала в Йеллоустоуне и видела этих больших шерстистых животных, но мне и в голову не приходило, что кто-то из них подойдет так близко к моему жилищу.
Очарованная зрелищем, я отступила на террасу. Но прежде, чем я успела потянуться назад, чтобы задвинуть стеклянную дверь, Сэм выскочил в проем, скатился по ступенькам и бросился на бизона. Обезумев, я скомандовала:
– Сэм, ко мне!
Как обычно, он проигнорировал призыв. Через несколько секунд собака и бык уже стояли нос к носу. При этом Сэм продолжал лаять. Ругаясь и угрожая, моя бесстрашная собака набросилась на животное, почти в сто раз превосходящее ее по весу и в три раза по росту.
Младший бизон взвизгнул и отступил назад, удивленный нападением. Старший, более крупный самец, уставился на Сэма и заворчал. Пес снова бросился на быка, мои крики «Вернись сюда!» опять были проигнорированы, а раздражение противника превратилось в ярость. Огромный зверь топнул передним копытом и покачал массивной головой. Я представила себе, как мою собаку пронзает черный рог, как ее поднимают в воздух и трясут до тех пор, пока она не умрет.
Каким-то образом Сэму удалось увернуться от рогов бизона. Должно быть, он наконец понял, с какой опасностью столкнулся, потому что после еще одного злобного рыка отбежал обратно в безопасное место на террасе. Потом просунул свою бежевую голову между поручнями и оттуда снова обругал незваных гостей.
Видимо, устав от непрекращающегося шума, бизоны неуклюже побрели прочь – подальше от домов. Мы с Сэмом наблюдали, как они паслись в нескольких сотнях ярдов от нас, жуя увядающую траву.
Это были не последние буйволы, навестившие нас. Примерно месяц спустя, снежной ночью, я возвращалась с работы. Я уже въезжала на подъездную дорожку, когда фары моего автомобиля выхватили из темноты грандиозную сцену: около двух десятков коров и телят-бизонов укрылись под моим крыльцом. Телята прижались друг к другу, а матери окружили их, защищая свое потомство от холода. Я сидела в своей машине, загипнотизированная невероятным зрелищем: снег, ветер и дикие животные.
Однако как же мне попасть в дом, если эти огромные существа загораживают вход? Самки бизонов весят почти тысячу фунтов; подросшие телята – вдвое меньше. И тут я услышала его – моего защитника, моего сурового собачьего компаньона. У окна гостиной стоял Сэм, серенада кокер-спаниеля неслась из дома в ночную тьму улицы. Десять минут спустя стадо матерей и их детенышей отправилось восвояси, и ведущая самка бизона отвела всех в близлежащие лесные угодья.
Евангельская истина
Мир обнимают верные руки добровольцев.
Из всех собак, которых мы знали раньше, Роммель был самым незабываемым. Одной удивительной, пугающей ночью он спас нас от пожара в доме, потянув за рукав моей пижамы и выведя всех нас в безопасное место.
После этого мы были уверены, что наша сильная немецкая овчарка всегда будет героем, а не жертвой. Так оно и было до одного памятного дня.