Марк Грегсон – Край неба (страница 52)

– Устроим новое голосование.

Некоторые оглядываются на меня. Каждый новый капитан получает недельный иммунитет, но какой смысл ждать, если мне и так известно: бунт точно будет.

– Ладно, – говорю, потирая лоб. – Голосуйте.

Родерик поднимает на меня ошеломленный взгляд. Я принял ужасное решение, но лучше уж поскорее разобраться с этим фарсом и приступить к охоте.

Себастьян возбужденно потирает ручонки.

– Кого предлагаешь? – спрашивает его Китон. – Себя?

– Нет, – сверкает он глазами. – Не себя.

И, пока все смотрят на Элдона, у меня по спине словно пробегает паук. Я знаю, кого он предложит. Кого-то, кого он потом сможет с легкостью свергнуть. Того, кто всецело в его власти.

Еле сдерживая смех, Себастьян произносит:

– Я предлагаю сделать новым капитаном Брайс из Дэймонов.

Глава 28

– Второй голос, – говорит Элдон.

Брайс во все глаза смотрит на Себастьяна. Ожидает увидеть на его лице улыбку или хоть что-то, что выдало бы шутку. Однако Себастьян едва заметно кивает, словно в знак искреннего уважения. Разумеется, Брайс соглашается. Да и какой у нее выбор? Я пристально смотрю на разделившуюся команду. Пока что против меня три голоса.

– Ну же, давайте, – обращается Себастьян к оставшимся. – Выбирайте честного лидера.

– Я голосую за Конрада, – говорит Громила, скрестив на груди руки.

Как странно, что в этой грызне мой самый преданный защитник – тот, с кем мы всю жизнь соперничали. Теперь-то я отчетливо понимаю, что имел в виду Громила, обещая мне «могущественного союзника».

Родерик хочет что-то сказать, но Себастьян перебивает:

– Прежде чем ты слепо проголосуешь, мастер-канонир, тебе следует знать, в каких отношениях состоят Конрад и Китон.

– Что?

– Когда Конрад спас жизнь Китон, она предложила ему пожизненное служение, как и заведено у нее на острове, однако он отверг такую благодарность. Захотел кое-чего другого, чего-то более чувственного.

Я хмуро наблюдаю за Себастьяном. Он врет напропалую, выдумывает и смотрит, какая ложь кого зацепит. Он в отчаянии, ведь это его единственный шанс сместить меня. Я, как могу, сохраняю невозмутимый вид, но мысленно уже выбрасываю его за борт.

– А вот это – чушь крачья, – резко отзывается Китон. – Вранье. Ты лжец.

– Ты позволяешь ему вытворять всякие…

Она быстро подходит и нависает над ним.

– Не стой так близко, – с мерзкой улыбкой требует Себастьян. – Пожалуйста. На тебе его запах.

Китон с трудом сглатывает и вроде бы уже готова отойти, но в последнюю секунду бьет Себастьяна кулаком по лицу. Охнув, тот картинно падает на пол. Брайс вскрикивает.

Элдон кидается к Себастьяну, а Родерик держит Китон.

– Я же едва коснулась его, – в панике говорит она и оборачивается ко мне. – Ты видел. Я легонько…

Элдон встает и оправляет на себе куртку.

– Мастер-канонир, – приказывает он, – отведи ее на гауптвахту.

Родерик стоит как вкопанный.

– Ты не вправе отдавать такие распоряжения, Элдон, – хоть и дрожащим голосом, но все же с вызовом произносит Китон. – Полномочий нет.

– Вообще-то есть, – возражает Брайс, склоняясь над Себастьяном и осматривая его окровавленный нос. – Элдон старший офицер. А насилие в цехе недопустимо. Мне жаль, Китон.

– Но ведь он лжет!

– Ай-ай, у меня кровь, – суча ногами, стонет Себастьян. – Как больно. Брайс, у меня нос сломан? Прошу, скажи, что нет.

– Не двигайся, – велит Элдон, прижимая к его носу платочек. – Все с твоим носом будет хорошо.

– Ты уверен? Она так крепко врезала.

У Китон на глазах выступают слезы.

– Капитан… Конрад, я… я…

Я мучительно растираю лоб:

– Прости, Китон. Они правы. Я ничего не могу сделать. Если только Себастьян не скажет…

– На губу ее! – верещит Себастьян. – Она угроза. Вредитель!

– Что за крачий бред! – горячо жестикулируя, восклицает Китон.

Родерик гладит ее по плечам, но она стряхивает его руки и яростно оборачивается:

– С какой вообще стати Себастьян наплел, будто между мной и Конрадом что-то есть? Тебе-то какое дело?

Родерик молча опускает глаза.

– Ну? – давит на него Китон.

– Родерик ответил бы, – говорит Себастьян, уткнувшись носом в кружевной платок, – но в глубине души он все еще мальчик, который прячется за шуточками. Он хочет тебя, Китон. Сил нет как хочет.

Родерик аж зеленеет.

– Захлопни рот, Себастьян, – зло бросаю я.

Себастьян лишь улыбается.

Китон же удивленно смотрит на Родерика.

– Это правда? То, что он сказал?

– Ч-что? – запинаясь, переспрашивает Родерик. – Нет. Мне… не…

– Китон, – вмешиваюсь я, – прости, но надо, чтобы ты отдала свой голос, пока я не велел Громиле отвести тебя на гауптвахту. За кого голосуешь?

– О, за тебя, разумеется. Я твоя. Ничего не изменилось.

– Вот видите! – победно верещит Себастьян. – Конрад фарширует ее своим корнишоном.

– Так говорят у нас на острове, дерьмоед! – сквозь зубы бросает ему Китон.

– Конрад, – обращается ко мне Брайс, – ее голос не считается. Ударив Себастьяна, Китон лишилась цеховых прав. Ей нельзя голосовать, пока она не покинет гауптвахту. А за удар наказание продлится…

– Шесть часов, – шепотом договариваю за нее.

– Как минимум.

– Жаль, что мы не можем ждать так долго, – притворно сетует Себастьян. – Прости, Китон. Вот бы ты владела собой получше…

– Вы кучка жуликов, – кричит Китон, а Громила хватает ее за плечи. – Пусти! Я сама знаю, где гауптвахта.

– Я все равно тебя провожу.

Клацая подошвами о пол, они уходят по коридору и спускаются по трапу вниз.