Марк Дуал – Междулистье. Том первый. Первородные инстинкты. (страница 14)

Увидев семью Рантов, Мирроль Эмири издала сдавленный всхлип и бросилась вперёд, спотыкаясь о собственные ноги. Её рыдания, хриплые и безутешные, разорвали тишину. Она не бежала – она падала вперёд, пока не врезалась в Лестию и не вцепилась в её юбку, пряча окровавленное лицо в складках ткани.

Широко раскрыв глаза, все смотрели на окровавленное дитя, дрожащее всем телом и прижимающееся к ногам Лестии, и боялись хоть слово произнести. Да и много ли можно было выудить информации из перепуганного и плачущего ребёнка?

Паэлий схватил копьё и бросился за ворота.

– Умоляю тебя, будь осторожен! – крикнула Лестия вслед, крепко прижимая к себе ребёнка.

Она успокаивающе гладила девочку по голове. Неолла кинулась за отцом.

– Неолла! Стой! Вернись сейчас же!

Девочка уже не слышала слов матери. Каждый шаг отдавался в ушах, повторяя биение сердца. Она не знала, чем может помочь, но и оставить отца одного в такой опасности не могла. Впрочем, нагнать его так и не удалось.

Отца она увидела только у ворот дома семьи Эмири. Сам дом был полностью разрушен и сожжён, осталась только огромная куча золы на пепелище. Огонь ничего не пощадил, превратив абсолютно всё в серый порошок. Сложно было представить, как Мирроль спаслась из этого огня!

Паэлий обернулся и увидел Неоллу. Он не проронил ни слова – лишь поджатые губы выдавали его мысли. Качнув головой, он выставил перед собой копьё и медленно двинулся вдоль пепелища, осторожно осматривая двор. Ни единой живой души здесь больше не осталось. От нескольких коров, обычно привязанных у ограды, торчали лишь обугленные ноги. Ни Кенджи, ни Маллы, ни детей не было – даже следов от них. Остались только небольшие выжженные котлованы в земле. Их происхождение Паэлий приобщить мог только к одному. Слишком хорошо были ему знакомы такие котлованы. Эти следы могло оставить лишь пламя дракона. Только драконы никогда ранее, на Большой Земле, не нападали на людей. Они всегда питались на отдалённых пастбищах и равнинах, где обитали дикие животные. Хотя, бог его знает, что ещё могло вырваться из Междулистья. Быть может, всё это сотворили твари куда опаснее драконов…

Паэлий осторожно обходил кусты и даже траву.

– Неолла, опасайся всего, где есть вода, – бросил он дочери достаточно громко, чтобы она услышала.

Девочка отпрянула от ближайшего куста и подбежала к отцу, тут же встав за его спиной. Паэлий, как бы защищающим жестом, прижал дочь к себе.

– Держись позади меня и не отходи ни на шаг!

Они вышли за ворота и сели рядом с забором.

– Пап, как ты думаешь, что здесь произошло? – девочка смотрела перед собой, опасаясь каждого клочка земли.

– Честно говоря, не знаю… – он тяжело вздохнул и потёр ладонями лицо. – Думаю, это куда страшнее, чем твой вчерашний дракон.

– А Саэгли? Думаешь, они живы? – Неолла заозиралась.

– Сейчас я отведу тебя домой и доберусь до них.

– Нет, папочка! Я не отпущу тебя одного. А вдруг там что-нибудь плохое? – она схватила обугленную палку и нахохлилась, будто боевая пичуга, обхватив деревяшку обеими ладошками.

Паэлий усмехнулся и посмотрел на свою повзрослевшую дочь.

– Ты-то меня в обиду не дашь, да?

– Ни за что! – Неолла встала на ноги и сделала несколько шагов к лесу.

Мужчина подскочил к ней и остановил.

– Как я и сказал – ступай следом. И в случае чего, беги без оглядки домой.

Он дождался кивка, и только после этого направился по тропинке к дому Саэгли.

Глава четвёртая. Эллинит Деларон

– Бейрик, ты самый невнимательный из всех моих учеников, которых я ещё могу припомнить, – тяжело вздохнул мастер. – Но я не устаю повторять: я бы и дня не потратил на тебя, если бы не верил в твои возможности. Так, хватит смотреть в окно. Давай показывай, что ты там сочинил?

Бейрик, подмастерье мастера Бэзила, протянул листок бумаги, избегая встречи с суровым взглядом своего учителя. Он не жаждал провести всю вторую половину дня в архивах, поэтому сосредоточил всё своё внимание на новом белоснежном листе бумаги, на котором ему предстояло составить список новоприбывших учеников. Краем глаза он неотрывно следил за Бэзилом, который расхаживал из стороны в сторону и мычал под нос новую мелодию, написанную ко дню рождения эллинита Хиндалина.

– Ага. Так… Это, конечно, не совсем то, что я ожидал от тебя, но эта песня будет весьма уместна, – учитель никогда особо не хвалил своих учеников, считая, что так он даёт им стимул для совершенствования своих талантов. Парень выдохнул.

Следующая фраза наставника заставила его удивлённо вскинуть брови:

– Бейрик, а что ты скажешь, если я предложу тебе представлять наш эллинит на празднике?

– А день полон сюрпризов! Ещё менее минуты назад вы и не думали делать мне такое предложение. Чего такого я успел сделать? – Бейрик усмехнулся.

– Что может тебе ответить такой старик, как я? – отрывисто ответил мастер, делая вид, что ему срочно что-то понадобилось в ящике стола. – Мои кости не позволяют теперь путешествовать на такие далёкие расстояния. Да и ты, как мне стало известно, давно мечтаешь там побывать.

– И кто же, если можно поинтересоваться, распространяет такие слухи? Не Малони ли? – Бейрик поднялся и начал помогать мастеру разложить папки с бумагами.

– Ты просто ответь: да или нет? – донеслось из-под стола.

– Это честь для меня, мастер Бэзил. Я постараюсь оправдать ваше доверие, – подмастерье решил не отказываться от такого лестного предложения. – Но, надеюсь, вы не одного меня посылаете?

Он умоляюще сложил ладони вместе.

– С тобой поедет Люмилия.

– О, только не она! – едва не завыл Бейрик от отчаяния. – Кто угодно, но не она!

Парню не нравилась эта рыжеволосая бестия, постоянно сующая свой нос везде, где только можно.

Люмилия, как и сам Бейрик, была одним из выпускников «Школы музыки». Только вот, в отличие от него, её мастер Бэзил всегда брал на праздники вместе с оркестром. Вот и теперь она снова будет несколько дней надоедать своими воспоминаниями о былых празднествах. Уж этого она не упустит. Ей всегда в удовольствие было ткнуть Бейрика носом в его происхождение – тем более, что он единственный ученик, не имевший благородных кровей.

Мастер Бэзил взял его к себе на воспитание в следствие чудовищного кораблекрушения. Родители Бейрика погибли, но он сам умудрился выжить. Волны вынесли его почти бездыханное тело на берег, где он был обнаружен местными жителями. В то время Бэзил прогуливался по берегу со своей женой Вардой. Когда он увидел, что мальчик сам встал на ноги и пошёл прочь от берега, без единого крика или всхлипа, то осознал, какая сила таится в этом маленьком существе. Ведь он, пятилетний мальчуган, пережил чудовищное кораблекрушение, остался один одинёшенек, и не сломался!

Парень уже тогда понимал, что никто о нём не позаботится кроме него самого. Бэзил и Варда, не имевшие своего дитя, посчитали это благодатью небес и усыновили его. Когда Бейрик подрос и решил пойти по стопам своего «отца», то сразу был переведён на общие права – стал одним из подмастерьев.

Несмотря на то, что подмастерья отрекаются от всего прошлого и посвящают жизнь музыке, пареньку никогда не давали забыть, кто он есть на самом деле. Сын рыбака! Отнюдь не сын аристократической или королевской семьи, которому дозволительно было бы заниматься музыкой. Та же Люмилия не упускала шанса напомнить ему о его принадлежности к низшим слоям общества.

Вот и теперь она будет рассказывать ему о том, как было хорошо на том или ином празднике, как она прекрасно отыграла то или иное произведение и так далее и тому подобное. Из-за всего этого представившаяся возможность побывать на празднике в столице становилась не такой уж и привлекательной. С другой стороны, тот факт, что он будет представлять самого отца, давал возможность избежать её компании – если, конечно, это вообще было возможно.

– Люмилия отправляется по моим личным поручениям в школу музыки в Хиндалин, – учитель отвлёк его от мрачных мыслей. – Сегодня вечером прибудет корабль, а завтра вы с Люмилией и ещё несколькими подмастерьями отправитесь в столицу. За ужином я объявлю весь список. Тебе хватит времени, чтобы собраться?

Мастер хрустнул пальцами, после чего взял со стола несколько листов и протянул их Бейрику.

– Вот композиции, которые вы будете исполнять на празднике. Это вроде бы всё, что я хотел тебе сказать. Встретимся за ужином.

Парень поклонился и выпорхнул в коридор.

– Что это так обрадовало Бейрика? Он просто светится от счастья! – спросила вошедшая женщина, бросив короткий взгляд вслед выскочившему парню. – А вот ты, муженёк, сегодня забыл про обед! И парнишку не удосужился отпустить.

Женщина сердито нахмурилась.

– Вот, садись и поешь, а то и так уже кости просвечивают, – она принялась накладывать ему тарелку. – Того глядишь стиральной доской скоро станешь.

– О, как ты кстати, Варда! Как ты считаешь, я принял правильное решение, доверив сыну представлять нашу школу в Хиндалине? – дав знак, что она и так уже положила дневную норму еды, Бэзил лукаво облизнулся.

– Да он уже год не вылезает из твоего кабинета. Всё старается доказать тебе, что стал взрослым. Поползли слухи, что ты собираешься сделать его своим преемником. И я, честно говоря, ничего плохого в этом не вижу. Сейчас, после войны, и так мало осталось школ, а способных учеников тем более. Многие из наших лучших учеников разъехались по всей Аминадоре. Тебе следовало бы приглядеться к оставшимся подмастерьям, и решить, кто из них достоин получить звание мастера. – Она села напротив и взяла его руки в свои. – Но если хочешь знать моё мнение, то думаю, что Бейрика я бы поставила одним из первых.