Мариза Сеймур – Останься со мной до рассвета (страница 5)

Обхватив ладоням мое лицо, он с щемящей сердце нежностью целует меня, обещая и даруя так много, что я сдаюсь. Я нужна ему.

Ян подхватывает меня на руки и уносит меня сквозь гостиную к широкой закрученной лестнице в вестибюле. Он даже не устает, успешно пройдя все ступеньки. В конце просторного коридора он распахивает массивную дверь хозяйской спальни. Прижимаясь головой к его плечу, оцениваю обстановку и убеждаюсь, что Ян не лгал мне. Женского присутствия здесь нет и в помине.

Пуговицы рубашки рассыпаются по полу, когда Ян рывком снимает ее с меня. Спустя мгновение мы оказываемся на мягких простынях широкой кровати и любим друг друга с еще большей страстью, словно от этого зависит наша жизнь.

– Теперь ты моя, Соня, – серьезно заявляет Ян, прижимая меня к своему боку. Моя голова покоится в ямке на его плече. Если и существует рай, то он прямо здесь и сейчас. – Ты больше не вернешься к Вадиму. Завтра же переберешься ко мне.

Приподнимаюсь и недоверчиво заглядываю в его удивительные глаза. Источника огня поблизости нет, но пламя в них по-прежнему отражается.

– Придумывай, что хочешь. Тяжелую болезнь, головные боли, суицид и пояс верности, СПИД в конце концов. Но Соня, не смей к нему возвращаться, и уж тем более спать с ним. Я не вынесу этого.

Меня напрягают его командирские замашки – он так решил, видите ли. Но я все равно улыбаюсь. Ох, какой он собственник!

Но это все глупости. Вадим заберет дочь. Мне придется сосуществовать с ним.

– Почему же ты спокойно отпустил Ирину? – я рисую пальчиком на его груди свои инициалы. “СЛ”. Девичьи.

– Хотел бы я и сам знать, почему. Когда я все услышал, мне хотелось убивать… Но не Вадима и Ирину, а тебя. Ты столько времени молчала… Спектакль разыграла шикарный, когда момент удобный подвернулся. Могла бы просто рассказать мне.

– А ты бы мне поверил?

Оба знаем, что нет.

– Что будет дальше, Ян? – спрашиваю его, вернув голову на прежнее место – в ямку его сильного плеча.

– Не знаю, Соня. Я подумаю над этим, но только не сейчас.

– Ян, я и представить не могла, что Ирина и Вадим вместе четыре года. Я думала, что у них все началось прошлым летом.

Он поглаживает мою спину в задумчивом молчании.

– И часто он поднимает на тебя руку? – вдруг спрашивает Ян. Неужели хочет пожалеть? Повезло, что нет кровоподтеков и ссадин – Маргарита Алексеевна успела отвести от меня беду. Я не хочу жалости нет. И мне страшно. Я интуитивно сжимаюсь, как перед ударом, но, вспоминаю где я и с кем, и тут же расслабляюсь. Даже в отчаянном приступе гнева Ян никогда не нападет на меня.

– Можешь не отвечать, я и так знаю. Почему ты это терпишь?

– Могу не терпеть и оставить свою дочь у этого монстра, – я чувствую горечь на своих подрагивающих губах. – Ты же понимаешь, что в Органы обращаться бессмысленно, а защитить меня некому. Если бы не свекровь, он бы давно убил меня.

– Соня, тебе нужно быть осторожнее.

– Значит, опять виновата я? – я стремлюсь произнести это со злобным недоумением, но вдруг зеваю.

– Нет. Виноват тот слизняк, за которого ты имела неосторожность выйти замуж. Спи, дорогая. Тебе нужно отдохнуть.

Мои веки смыкаются от усталости. Скоро рассвет, а я еще не сплю. Убеждаю себя, что смогу еще чуть-чуть продержаться, но сон, не спрашивая разрешения, настигает меня, даря беспамятство и темноту. Ян укрывает нас одеялом и легко целует меня в макушку. Сильные руки обнимают меня. Я совершенно точно знаю, что жизнь резко меняется. Теперь я люблю по-настоящему. Тревоги стираются, остаются лишь тишина и спокойствие. Впервые за долгие годы я ощущаю себя в безопасности. Я засыпаю с улыбкой на лице. Ян назвал меня дорогой.

7. Ян

Я зрелый мужчина тридцати шести лет. По крайней мере, я считаю себя таковым до сегодняшней ночи. Похоже, разум покидает меня и я путаю хороший секс с глубоким чувством. Какого черта я вытворяю?

Да, Ирина больно ранила меня, но это не означает, что я должен бросаться в омут с первой попавшейся женщиной. Звезды располагаются по-особенному, и этой женщиной оказывается София Макарская. Милая маленькая Сонечка. Сейчас она, сладко улыбаясь, спит в моих объятиях. Обнаженная, страстная. Великолепная. Она во всем под стать мне. Сколько ночей я провел без сна, запрещая себе думать о ней? А теперь она рядом. В моей постели. Наконец-то.

Лежу и вспоминаю сегодняшнюю встречу.

Я сам себе не поверил, когда увидел ее сегодня в своей гостиной.

Стою спиной ко входу, и думаю, что это Ирина вернуться хочет. Но передо мной предстает Соня в мокром свитере, облепившем ее высокую полную грудь и узкую талию. С длинных каштановых с легким осветлением волос стекает вода. Когда она подходит ко мне, я еле отрываю взгляд от ее покачивающихся округлых бедер. Джинсы скрипят от влаги. Только Соня может выглядеть так соблазнительно в столь тривиальной одежде.

Похоже, шторм бушует не только внутри меня. Погода со мной солидарна. В этот темный час посреди бурлящего океана гнева и отчаяния ко мне является ангел. Я не ждал помощи, не ждал света. Надеялся провести эту черную ночь в одиночестве и утопить ее в виски. Когда Соня спросила об Ирине, резко одергиваю себя. Ну и дурак же я. Соня Макарская – это черт в юбке и далеко не ангел. Нет, эта женщина скорее пришла добить меня и посмеяться над моей слабостью.

Я жил с одной верой в семью. Для меня не было ничего важнее и дороже сына и жены. Митя – моя маленькая копия, и во всем старался походить на меня. Такой же шумный, непоседливый, смешной и очень способный, какой и я был в его возрасте.

Ирина же это живое воплощение мечты любого мужчины. Я помнил то лето в Мексике, когда неожиданно для себя познакомился с длинноногой русской красоткой на пляжной вечеринке. Влюбился в нее с первого же взгляда, позволив ей делать со мной все, что она пожелает. Золотоволосая богиня могла повести одной бровью, и все мужчины вокруг падали к ее стройным щиколоткам в босоножках от «Гуччи». Но каким-то чудесным образом она выбрала меня. Девять лет мы были неразлучны. Во всяком случае, мне так казалось. Она вышла за меня замуж, забеременев. Сказать, что я был счастлив – ничего не сказать. Ирина и наш общий ребенок – это все, о чем я мог мечтать.

После рождения Мити я стал замечать, что веселый нрав красавицы остепенился. Из буйной дочки эпатажного модельера со временем она превратилась в жену банкира, идеально исполняя свою роль. Правда, и отношения наши стали спокойнее. Не было взрывоопасной страсти. Мне приходилось себя в буквальном смысле сдерживать, чтобы ей было хорошо, иначе она быстро уставала. Я списывал все на то, что после родов женщины меняются и был согласен даже на те жалкие крошки любви, что Ирина мне давала, ведь я был без ума от нее.

Проблемы начались около четырех лет назад, когда она заявила, что не намерена больше спать со мной в одной кровати. Оказывается, у нее жуткие мигрени и она не высыпается, потому что я то чересчур горячий, то храплю, то пристаю в те дни, когда ей не хочется. Я смирился даже с этим, оборудовав гостевые комнаты в особняке и пентхаусе под спальню для жены, словно мы были чертовы английские аристократы девятнадцатого века. Правда, из своих спален я показательно выкинул предыдущие кровати и установил новые, на которые могли и пять человек разместиться, даже не задевая друг друга. Ирина проигнорировала подобный намек и продолжала спать одна. Иногда мне удавалось соблазнить ее. Поначалу она имитировала свою страсть и оргазмы, потом и этого делать перестала. А за последний год секс у нас случился не больше пяти раз, и это больше походило на изнасилование. Я чувствовал себя совершенно больным и ни на что неспособным. Откровенные разговоры с женой ни к чему не приводили, и я почти смирился. Черт, мне уже тогда нужно было бить тревогу и нанять частных детективов, как это было популярно в наших кругах среди неверных супругов.

А вчера ад разверзся под ногами, когда хрупкая София Макарская ворвалась в библиотеку своего же дома, где я собирался обсудить с Вадимом нашу совместную покупку одной судоходной компании. Она в самом деле не могла видеть меня, ведь я в это время наливал виски у бара за дверью. Правда, слышать мне это не мешало.

София первоклассная женщина. Я едва верю, что она работала официанткой, обронившей поднос на Вадима. Она всегда ходит с достоинством королевы. Красный цвет удивительно ей идет. Длинное платье без бретелек с кокетливым вырезом на груди обнажало плечи и спину. Атласная ткань обтягивала ее идеальную без единого изъяна фигуру от груди до колен, расширяясь к низу. Женщины обычно едва дышали в таких платьях, а она уверенно ходила на высоченных каблуках, эротично покачивая бедрами и уделяя внимание каждому гостью. Платье совершенно не доставляло ей неудобств, словно она родилась в красном от «Валентино». София – женщина из области фантастики. В двадцать шесть лет она выглядит и старше и младше своего возраста. Веселая и печальная одновременно. Простая и очень сложная. Официантка из бедного района Питера и, как оказалось, дочка какого-то олигарха из Княжьего озера. Я всегда думал о том, как повезло Макарскому. Бедняга, наверняка не вылезал из постели. И совершенно неудивительно, что он женился на ней так скоропалительно. Ни у кого из их окружения язык не поворачивался задать вопрос, что же золотой мальчик Вадим нашел в бедной девочке Софии. Это и так слишком очевидно.