Мария Зотова – Москва купеческая. Как купцы себе и нам столицу построили (страница 32)
Тимофей Саввич, отец Саввы, был самым младшим сыном основателя династии и родился, когда семья уже выкупила себя из крепостной зависимости. Он унаследовал фабрику в Никольском (современный город Орехово-Зуево), которая успешно работала и постоянно расширялась. Морозовские фабрики представляли собой отдельные городки со всей необходимой для жизни инфраструктурой. Дома и казармы для рабочих, больницы, школы, пекарни, магазины, электростанции и даже молочные фермы – все, чтобы сделать жизнь многочисленных работников более комфортной. Бывшие морозовские здания сохраняются и в наши дни.
Часто, говоря об условиях труда у Морозовых, вспоминают о высоких штрафах, которые брали с рабочих за проступки. Действительно, несмотря на довольно высокую зарплату, в итоге от нее могла остаться лишь малая часть. В основном штрафы платили те, кто не выходил на работу или плохо выполнял свои обязанности, вырабатывал некачественный товар. Деньги, которыми наказывали работника, поступали в специальный фонд, из которого оказывалась помощь нуждающимся и выплачивались компенсации за полученные на производстве увечья.
Практически на всех фабриках существовала одна и та же проблема – работники по воскресеньям, в свой единственный выходной, злоупотребляли алкоголем, других развлечений особенно и не было. В случае, если работник не выходил на фабрику в понедельник, его прощали. Но если он не появлялся и во вторник, его ждали штрафные санкции.
Несмотря на кажущуюся справедливость такого решения, со стороны работников было много недовольства, которое периодически приводило к забастовкам. Морозовы, как владельцы фабрики, близко к сердцу воспринимали упреки работников. Они придерживались консервативного, авторитарного стиля управления, считали, что делают многое для обеспечения комфортных условий труда, и не понимали причины возмущений.
В 1885 году недовольство работников достигло критической точки – 7 января началась знаменитая Морозовская стачка, окончившаяся прибытием отрядов казаков и трех батальонов пехоты, массовыми арестами и приведшая к серьезным изменениям всей промышленной сферы. Ситуация для экономики Российской империи в то время была тяжелой. Русско-турецкая война, хронические неурожаи, война в США между Севером и Югом, которая привела к подорожанию хлопка, – все это повлияло на работу фабрик. Переработки, штрафы, перебои с зарплатой заставили работников выйти с требованиями. В качестве основных пунктов они указывали сокращение рабочего дня, увеличение заработной платы, увольнение мастеров, превысивших полномочия, удешевление продуктов в харчевных лавках при фабрике.
В марте 1885 года, вскоре после стачки, был принят закон, запрещающий труд детей до 12 лет и ограничивающий восемью часами дневной труд для подростков 12–15 лет.
Тимофей Саввич тяжело воспринял случившуюся стачку и решил немедленно продать фабрику, сокрушаясь, что надо было сделать это гораздо раньше, вложить деньги в банк и спокойно жить дальше. Его жена Мария Федоровна убедила его не спешить с решением и взяла управление в свои руки. Это произошло еще за шесть лет до смерти мужа (который в будущем составил завещание, в котором все имущество должно было быть передано ей).
Напротив своего московского дома она открыла фабричную контору, чтобы постоянно быть в курсе событий. Ежедневно к ней на обед приходили приказчики и крупные заказчики, с которыми она в непринужденной обстановке решала основные вопросы. В итоге к моменту ее смерти капитал «Товарищества Никольской мануфактуры» увеличился с 5 до 30 миллионов рублей.
Детские годы
Детство Саввы, его брата и сестер проходило в Трехсвятительском переулке, в доме, приобретенном Тимофеем Саввичем у купца Василия Кокорева. В здании раньше располагался один из первых общедоступных московских музеев Москвы «Кокоревская галерея», которая закрылась из-за финансовых проблем. По Москве ходили легенды, что у дома Морозовых – позолоченная крыша, что вряд ли являлось правдой, но давало представление о роскошном убранстве особняка.
Задние было построено в 1860-е годы в районе Ивановской горки. Из него открывался совершенно замечательный вид на Москву. Савва вспоминал, что в детстве они любили из своих окон любоваться закатами над Кремлем. Тимофей Саввич приобрел у Кокорева дом вместе со всей обстановкой (а для обустройства галереи Василий Александрович денег не пожалел). Но в итоге новые владельцы сохранили только убранство Белой гостиной, остальная мебель показалась слишком вычурной и была заменена.
В доме часто принимали гостей. Приемным днем был вторник, но близкие друзья и родственники приезжали в любой день, особенно по субботам и в праздничные дни. Морозовы общались и с другими купеческими семьями. Со многими они состояли в родственных отношениях. Для подрастающих молодых людей устраивались отдельные праздники, главной целью которых было знакомство девушек и юношей для будущего сватовства.
Мария Федоровна продолжала жить в доме вплоть до своей смерти. Во флигелях были устроены художественные мастерские для младшего сына Сергея, увлекавшегося искусством. В одной из них жил и работал художник Исаак Левитан. Сейчас здание находится в частных руках, и подойти к нему близко довольно проблематично.
Вступление в семейное дело
После окончания гимназии Савва поступил в Императорский московский университет на физико-математический факультет, а затем продолжил учебу в Кембриджском университете, где предполагалось изучать химию. Но поездка в Великобританию была прервана известием о Морозовской стачке, и Савва срочно возвратился в Россию.
Когда Мария Федоровна взяла управление фабрикой на себя, она назначила своих сыновей Савву и Сергея директорами предприятия, но ключевые вопросы продолжала решать самостоятельно. Савва Тимофеевич взял на себя социальную часть – озаботился строительством более комфортных домов для рабочих, разработал план по увеличению зарплаты и сокращению рабочего дня. Однако в этих вопросах он встретил сопротивление со стороны Марии Федоровны, выступавшей за более строгий и жесткий подход к управлению.
Еще одной заботой родителей стал будущий брак Саввы Тимофеевича. Они считали, что ему просто необходимо жениться на хорошей девушке, которая смогла бы образумить его своевольный, бурный характер. Савву знакомили с девушками, среди которых были Мария и Татьяна Крестовниковы, друзья семьи.
Особенно близкие отношения сложились у Саввы с Марией. Он начал испытывать к ней влюбленность во время совместного отдыха семей в Крыму. Молодые люди много гуляли, читали книги, разговаривали. Но ни к чему серьезному эти теплые чувства не привели.
Скандальная невеста
В 1888 году Савва все-таки женился. И брак этот вызвал самые горячие обсуждения в обществе, спровоцировал разлад внутри семьи Морозовых и непонимание со стороны родителей. В этом был весь Савва Тимофеевич. Дело в том, что его супругой стала Зинаида Григорьевна Морозова, жена его двоюродного племянника Сергея Викуловича!
Зинаида Григорьевна родилась в семье фабриканта из Зуева, купца второй гильдии Григория Ефимовича Зимина. Ее семья была не такой богатой, как Морозовы, но довольно преуспевающей. Зинаида получила домашнее образование, увлекалась музыкой и театром. В юности девушка работала за ткацким станком на фабрике своего отца. Это могло быть вызвано и нехваткой рабочей силы, и желанием родителей научить дочь азам производственного процесса, что было не редкостью для купеческих семей.
Яркая, незаурядная, с прекрасным чувством юмора и очень амбициозная, Зинаида мечтала многого добиться в жизни. Довольно быстро она поняла, что брак с Сергеем Викуловичем Морозовым, за которого ее выдали замуж в 17 лет, не поможет ей в достижении целей. Отношения между супругами были хорошими, дружескими, но о любви речи не шло. Сергей Викулович, по воспоминаниям Зинаиды, и сам говорил, что он ей не пара.
Неизвестно, как дальше развивались бы отношения между супругами, если бы в 1887 году они не отправились на отдых в Крым, где у Морозовых была дача в Мисхоре. Там Зинаида Григорьевна и Савва Тимофеевич поняли, что между ними существуют сильные чувства. Савва предложил ей развестись и выйти замуж за него, но Зинаида долго не могла решиться на этот шаг. Развод означал позор для ее семьи, осуждение родственников и друзей. Все лето она проплакала, но все же решилась – развод состоялся в том же 1887 году.
А в 1888 году она вышла замуж за Савву. Следующие годы были для них очень счастливыми. Морозов очень ценил в своей супруге прямоту, трезвый ум, упорство и врожденный вкус. У супругов родилось четверо детей. Первые годы они проживали в доме на Большой Никитской, а к десятилетию со дня свадьбы Савва Тимофеевич построил для семьи роскошный готический особняк на Спиридоновке.
Готический особняк на Спиридоновке
Над проектом работал архитектор Франц Шехтель, который часто выполнял заказы купеческих семей, знал их вкус и возможности. Готический стиль для особняка был выбран не случайно. Савва помнил, что в молодости английская готика произвела на него сильное впечатление. Дом поражал своей роскошью – и дорогой отделкой, и самым современным оснащением.