Мария Жукова-Гладкова – Игра с огнем (страница 21)
Мама появилась примерно через полчаса и замерла на пороге своего кабинета при виде меня.
– Аня, что случилось?
– Где Яна? – спросила я.
– Ее нет.
– То есть как нет?!
– Ой, Анечка, это не то, что ты подумала. Она, конечно, жива. Но ее нужно было вывезти из больницы.
– Чтобы ее не посадили в тюрьму?
– Нет. То есть, конечно, да. Но тут к ней пытались прорваться какие-то неприятные личности. Требовали вернуть деньги.
– Компенсации за убитых ею родственников или какие-то другие деньги?
– Родственники тоже приходили, но это не проблема. Папа сказал, что с родственниками он быстро все решит.
«Интересно, как?»
– А тут Яну стали доставать какие-то Славины кредиторы. Вроде Слава брал кредиты. Но при чем здесь Яна? Они же не были женаты. Если Слава набрал кредитов, то их возврата можно требовать у его родственников – если вообще можно. У него есть мать и брат. Это я точно знаю. Но эти типы почему-то хотели получить деньги у Яны.
Насколько я знала, Слава не брал, а давал кредиты, то есть возглавлял кредитный отдел банка. И во многих случаях его слово было решающим. Я, как уже неоднократно говорила, не испытывала теплых чувств к своей сестрице, но тут я на самом деле не понимала, почему Яна должна расплачиваться по кредитам, которые Слава выдал людям, по каким-то причинам неспособным их вернуть. И мать Славы по ним, по-моему, расплачиваться не должна. Но желание банка вернуть деньги мне было понятно. Может, просто пугают? А вдруг люди решат заплатить, чтобы от них отстали?
– Ты понимаешь, что Яна не сможет скрываться вечно? – спросила я.
– Но пока папа решает ее проблемы, ей лучше… не показываться.
– А если папа не решит проблемы?
– Но теперь у нас будут деньги! Тетя Майя согласилась на продажу бабушкиной квартиры.
«Разве? По-моему, она как раз против».
– Конечно, Аня, мы поможем тебе с ипотекой. Я завтра поеду туда, чтобы посмотреть книги по медицине. И вообще что там есть.
– А папы было недостаточно?
– Что-то увидел он, что-то замечу я. Выберу себе украшения. Папа сказал, что ты уже выбрала?
Я кивнула.
– Аня, ты же понимаешь, что нам придется что-то продать сейчас. Нам нужны деньги. Там антикварная мебель, редкие книги. Я даже не представляю размеры сумм. Конечно, вся посуда, белье – это тебе. Тетя Майя все правильно сказала. И мебель возьмешь, какая тебе подходит. Папа сказал, что ты выбрала шкаф, сервант и комод? Может, еще что-то? Столы там огромные, но стулья тебе, наверное, нужны? Но там много того, что не нужно никому в нашей семье. И у папы, и у меня есть всякие пациенты, мы найдем людей, которые это все оценят и не обманут. Покупателя на квартиру мы тоже начнем искать сразу же – и объясним ситуацию. Да и завтра покупатель не появится. Но через полгода все должно быть готово к продаже. Таким образом мы решим массу проблем.
– А какие еще проблемы нужно решать, кроме Яниных?
– Папе надо расплатиться с теми женщинами… Ты их видела на поминках по дедушке. То есть решить вопрос раз и навсегда – чтобы они больше не требовали денег. Юрист уже подготовил документы.
– Папа хочет один раз заплатить и навсегда забыть о своих детях?
Мама кивнула. Хотя мамина позиция в данном вопросе мне была понятна. Это не дедушка, который тянул и законных, и незаконнорожденных детей.
– Еще что? – устало спросила я.
– У меня есть долги, – вздохнула мама. – Папа обещал по ним заплатить.
– А у тебя откуда долги?
– Анечка, понимаешь, я хотела быстро заработать…
– Насколько я знаю, ты вкалываешь без выходных, берешь дежурства, читаешь лекции, пишешь статьи, участвуешь в каких-то конференциях, симпозиумах…
Мама устало кивнула. Я вопросительно посмотрела на нее.
– Я играла в быстрые лотереи, Аня. Больше не играю, – тут же добавила она. – Ты помнишь, что я всегда покупала лотерейные билеты? Мы с отцом еще ругались по этому поводу.
Я кивнула. И я еще помнила, что мама ни разу ничего не выиграла. Но покупку лотерейных билетов (по билету за раз, хотя и каждую неделю) нельзя назвать гэмблинг-зависимостью[3].
Мама пояснила мне, что нездоровая страсть к азартным играм чаще наблюдается у мужчин, но у женщин она принимает более тяжелые формы. Женщины втягиваются в опасное увлечение в три раза быстрее и тяжелее поддаются лечению. Помощь психиатра или психотерапевта требуется примерно пяти процентам играющих в азартные игры, когда страсть принимает уже патологические формы. Каждый третий пациент из этих пяти процентов женского пола. Подавляющее большинство зависимых женщин – это дамы в зрелом возрасте, а количество зависимых мужчин примерно одинаково распределяется в возрастной категории от двадцати одного года до пятидесяти пяти лет. Это пагубное увлечение у женщин возникает из-за личных проблем, от которых они пытаются уйти в игру, игромания часто сопровождается депрессией. С другой стороны, многие мужчины-игроманы также страдают алкоголизмом. Большинство игроманов, как мужчин, так и женщин, пережили болезненный развод или разводились несколько раз.
– Я же знала про женщин отца, Аня, – вздохнула мама. – О разводе мы оба даже не думали. Нас устраивала совместная жизнь, и он не собирался уходить ни к одной из своих женщин. Ты видела только двоих – тех, которые родили от него детей. Но были и другие. Всегда была какая-то женщина, а то и две одновременно. И у деда твоего всегда была какая-то женщина. Мы это неоднократно обсуждали с твоей бабушкой. Она для себя приняла решение закрывать глаза. Я тоже приняла – и увлеклась наукой. Я же ученый с мировым именем. Меня приглашают в университеты Европы и США, на конференции и симпозиумы – это ты правильно заметила. И раньше я туда ездила, чтобы отвлечься. А потом стала ездить и из-за денег. Мне же требовались деньги на игру.
Она пояснила, что типичной женщине, увлекшейся азартными играми, больше сорока лет, ее работа ей не нравится, у нее не сложилась личная жизнь и у нее есть ребенок. Мама – не совсем типичный представитель. Ей нравится ее работа. Но она несчастна в личной жизни.
Механизм болезненного пристрастия очень часто запускается игрой онлайн с мгновенным выигрышем. Женщина решает попробовать «один разочек». И сразу же выигрывает! Остановиться очень сложно. Зарегистрировано немало случаев огромных долгов после такого «успешного» участия в какой-то онлайн-игре с мгновенным выигрышем. Выигрыш был один (или два-три), а долги легко могут превысить годовой доход. Моя мама, впервые поучаствовав в онлайн-игре, получила выигрыш. Столько лет покупала лотерейные билеты – и ничего не выигрывала, а тут раз – и сразу деньги, пусть и небольшие. Вероятно, программа специально настроена таким образом.
– Это был единственный выигрыш? – спросила я.
– Нет. Но выигрывала я в самом начале. Еще два раза. А потом после перерыва. Наверное, так и задумано разработчиками – чтобы люди возвращались к ним.
Количество регулярно играющих в онлайн-игры и делающих ставки на тотализаторе в развитых странах в настоящее время составляет пятнадцать процентов от всего населения. Соответствующие исследования проводились в Европе и США. И количество зависимых от тотализатора растет во всем мире. Ведь если раньше нужно было идти в бюро, то теперь ставку можно сделать, не выходя из дома или в терминале, который стоит в ближайшем к дому супермаркете.
После проведения исследований было официально признано, что, например, в Великобритании проблема увлеченности азартными играми затронула одного человека из ста. Реальные цифры могут быть гораздо выше. Совершенно определенно, что наблюдается рост количества зависимых. Британская медицинская ассоциация предупредила о надвигающейся эпидемии азартных игр, которая охватит и мужчин, и женщин, и детей. Ученые в США говорят о том, что в самое ближайшее время один из десяти американцев будет страдать игровой зависимостью. Это число гораздо больше, чем количество героиновых наркоманов. Аналогичных данных по России нет. Какие-то запреты вводятся, но бизнес, в особенности подпольный, всегда опережает законодателей на несколько шагов.
– Ты лечилась от игровой зависимости? – спросила я.
– Да, – кивнула мать. – Твой отец вовремя заметил, что мне уже требуется профессиональная помощь. Он хороший специалист. Я ему очень благодарна. Несмотря на всех своих баб, он всегда возвращался в семью. И я вылечилась только благодаря ему.
– Тебя отец сам лечил?
– Нет, я была в клинике в Прибалтике. На работе никто не знает. Отец все помог оформить – как будто я еду на полгода работать и преподавать. И стоило это очень прилично. К счастью, у меня не наследственное пристрастие к игре.
– А бывает наследственное?
– Да, и оно очень плохо лечится. Я прочитала массу литературы на тему. Могу читать лекции и об игровой зависимости.
Уже доказано, что любовь и пристрастие к определенным игрушкам, играм или вещам являются генетической чертой, с большой вероятностью передающейся по наследству. Можно ожидать от ребенка любви к тем куклам или тем машинкам, в которые играли его мать и отец. На поведение и отношение детей влияют поведение и отношение родителей, и они закладываются в подсознание. Большая вероятность стать игроманом у тех, у кого от такой зависимости страдал отец.
Участие в любых играх родителей, членов семьи, знакомых также может способствовать развитию игромании. Семейные традиции играть в любые, даже безобидные игры (домино, карты, монополия и другие) – это очень плохо. Если ребенка к ним привлекали с самого детства, если он видел, как родители и бабушки с дедушками во что-то играли каждые выходные, то повышается риск развития этой зависимости, причем как в подростковом возрасте, так и после того, как человек станет взрослым.