Мария Закрученко – Bookship. Последний книжный магазин во Вселенной (страница 26)

– А вот это правильный вопрос. Что такого сказано в книгах, из-за чего Инквизиция вдруг взялась за… как же они это называли… ах да, «окончательное решение книжного вопроса». Так что?

– Земля.

Дик говорит это очень тихо, но старая душа корабля слышит его.

– Одна из причин. Прародина человечества, которой, говорят, не было никогда.

– Вот поэтому я и здесь! – Дик срывается с шепота почти на крик. – Капитан обещала привезти меня сюда, потому что здесь я могу узнать… Корабль, дело серьезное, я должен встретиться здесь с людьми, которые… В общем, я думаю… они знают кое-что про Землю. Я хотел обменяться с ними информацией, понимаешь, я ученый… Короче! Корабль, отдай мне книгу, которую у меня забрала капитан!

– И в этом все дело? – удивляется голограмма. – Так иди и возьми.

Дик идет по узкому длинному коридору в ту часть корабля, где не бывал раньше и, если честно, куда никогда бы добровольно не сунулся, – в той стороне каюта капитана. Стены голубовато светятся от его провожатого, и все немного напоминает сон. Остается только надеяться, что не кошмар… Голограмма замирает напротив стены. Дик приближается и… да, это стена корабля, прочная, даже швы не видны. И что дальше? Юноша смотрит на голограмму, ожидая подсказки.

– Ты сам знаешь, что делать, – говорит ИИ.

И Дик вдруг понимает… Да, он действительно знает… Нащупывает невидимый шов между пластинами и стучит по нему трижды. Ждет три секунды и повторяет слева и справа. Панель раздвигается, и Дик на мгновение замирает, где-то внутри горла тонет крик.

Там не одна книга.

Дик понимает, что времени у него нет совсем, поэтому хватает ту, за которой пришел, – он сразу ее видит, как среди толпы незнакомцев видишь родного человека. Срабатывает сигнализация, но голограмма проводит рукой в воздухе, и звук стихает. Дик держит книгу обеими руками, словно не может на нее насмотреться. Тысяча мыслей вихрем врывается в его голову. Он может успеть… он должен успеть!

– Дик, можешь сделать мне одолжение? – вдруг просит его корабль. – Внеси ID книги в каталог. Я не могу сделать это сам. Это очень важно.

– Конечно, корабль! Это самое малое из того, что я могу для тебя… но не сейчас! Мне нужно бежать, очень мало времени! Но я сделаю это сразу, как вернусь! Ты же прикроешь меня, если капитан…

– Если она задаст прямой вопрос про книгу, я не смогу не сказать ей правду. Но если она спросит, куда ты делся, я скажу то, что знаю: вышел погулять по станции.

– Спасибо, корабль!

Дик уже давно никому не был благодарен настолько, чтобы быть готовым сделать абсолютно все, что попросят, взамен! Но нужно торопиться. Он отплатит кораблю потом. Интересно, кстати, зачем ему ID давно пропавшей книги? И зачем этот номер пытались стереть? Нет, стоп, как книга вообще получила ID у Инквизиции?! Эти вопросы приходят Дику, пока он бежит мимо рубки, по нижней палубе, убирая книгу в сумку на ходу, и их он тоже подумает потом. Он не боится, что его поймают в метрополии с книгой, – ведь он будет вести себя тихо, не привлечет ничьего внимания, будет следовать инструкции с форума и его никто не поймает. И потом, столичные ни за что не снизойдут до него, такого ужасно провинциального. В большой толпе всем на тебя плевать, особенно если ты маленький и неважный. Дик будет таким, сколько потребуется, ради науки, ради Земли! Он ныряет в рукав перехода и в несколько прыжков оказывается в зале вылета.

– Зря мы сюда пришли, – бурчит Йохан. – Три часа – это что вообще? Даже не напиться, даже морду никому не набить!

– Заткнись и получай то удовольствие, которое имеешь! – говорит Петра, плюхая на стойку две фляги-непроливайки. – Ну, за нас!

Йохан беззвучно чокается с ней, делает глоток… и чуть не выплевывает горючую смесь.

– Да ладно, не так уж плохо, – говорит Петра, облизывая губы.

– Нет, Петра! – придушенно отвечает Йохан, прокашлявшись. Он указывает на зеркало над стойкой. – Пацан! Я его сейчас видел!

Экипаж Bookship синхронно вскакивает из-за стойки и выбегает из бара, и бармен только качает головой – заплатили и ладно. Почти полные фляги прибирает, продаст еще разок!

Когда Дик выходит из зала прилетов и вылетов, то попадает в такой сильный людской поток, что его сносит к стене. На ходу он пытается прочитать инструкцию, как добраться на конференцию, но сам отвлекается на яркие, никогда ранее не виданные одежды и таких же ярких и громких людей, на красивых девушек, непонятно как здесь оказавшихся, которые и головы в его сторону не повернут. А информация… информация здесь повсюду. Сами стены тут, кажется, живые: показывают, кричат, перебивают друг друга. Вот красивая девушка со стены на несколько уровней в высоту улыбается, подмигивает и предлагает весело провести время. Вот реклама новой разработки имплантов, которые вживляются вам прямо в мозг, спешите, скидка действует только до… Биржевая сводка пробегает красной строкой по центральному уровню, словно отрубает красивой девушке голову, но та ничего не замечает и продолжает улыбаться… А над всем этим, уходя ввысь и вдаль, сияет недостижимый купол метрополии, который видно из любой части станции, даже с того дна, на котором находится Дик.

– Куда прешь! – оглушает Дика крик в ухо.

Юноша поспешно отступает с дороги, отходит в сторону, пытаясь слиться со стеной. Он еще не привык к сумбуру и разноголосице людей и экранов, а универсальные значки и сокращения с направлениями, принятые во всем космосе, здесь будто специально спрятаны. Дик случайно замечает изображение: фигурка, которую как бы сплющивает с двух сторон вертикальными пластинами. Лифт! Он идет к нему, наконец-то обретя направление, когда его подхватывают под локти с двух сторон – не вырваться.

– Привет, дружочек!

– Ну и с фига ли ты покинул корабль?

Петра улыбается, Йохан хмурится, как всегда, и Дик чуть не стонет вслух. Надо же было так глупо попасться!

– Слушайте, прикройте! – молит юноша. – У меня здесь дело жизни и смерти!

– Какое? – Петра склоняет голову набок.

– Не могу сказать… Но капитан обещала…

– Раз жизни и смерти, я тебя прям здесь убью, и больше никаких проблем не будет! – рычит Йохан. – Капитан приказала тебе сидеть и не высовываться на борту! Опять собираешься нарушить прямой приказ?

– Она даже не узнает! Я быстро! Клянусь! Йохан, Петра, пожалуйста!

– Кажется, он так и не понял смысл слова «приказ», – Йохан обращается к Петре, словно Дика рядом нет.

– Да, теорию явно подтянуть нужно, – вторит ему Петра.

– И я даже знаю где!

Бармен как раз сливает в один галлон алкогольные настойки из нескольких других, значительно опустошенных (ну и что, что разные по крепости, только лучше будет, когда настоится!), когда метнувшаяся наружу парочка возвращается, таща с собой еще одного.

– Эй, а где…

Йохан не успевает возмутиться, как на стойке перед ними возникают оставленные фляги-непроливайки. Бармен знает, что в таких случаях лучше не спорить.

– Молодому человеку то же самое? – интересуется он.

– Нет, – бурчит Дик.

– Да, – хором отвечают Петра и Йохан.

Не проходит и минуты, как очередная фляга пружинит, подпрыгивая, перед Диком.

– Пацан, когда старшие по званию ставят тебе выпивку, отказываться невежливо, – говорит Йохан.

Под пристальным взглядом экипажа Bookship Дик делает осторожный глоток. В горло плеснули огня. Дик еле сдерживается, чтобы не выплюнуть, но делает над собой усилие и проглатывает гремучую смесь. Йохан и Петра хлопают его по плечам с обеих сторон, словно целый корабль приземляется Дику на спину. Он никогда не пил алкоголь, но в баре лучше в таких вещах не признаваться.

– У вас есть звания? – удивляется Дик, отдышавшись.

– А то ж. Я старший лейтенант, а она… допустим, сержант.

Петра, успевшая сделать глоток, фыркает, обдав Дика с Йоханом слабеньким алкогольным фонтаном.

– И давно вы оба на… корабле? – решает спросить Дик, пока Йохан настроен разговорчиво.

– Давно.

– А ты, Петра?

– Интересно, у них есть что съедобное?

Девушка вскакивает и убегает в другой конец зала посмотреть меню.

– Петра не любит говорить о прошлом, все, что есть у нее, – это сейчас.

– Как ты попал на корабль? – не сдается Дик.

– Скажем так, я выручил капитана, она выручила меня. А потом… как-то сработались.

– Ты помогаешь ей с… ну, знаешь… с особым грузом? – решается Дик.

– Так, еду тут лучше не брать, – заявляет вернувшаяся Петра. – В меню есть крысы, но это точно сублимат. Не собираюсь переплачивать за подделку.

– Каким еще особым грузом? – не обращая внимания, продолжает Йохан.

– Кни…

Дик понижает голос и скорее показывает, чем говорит, но и этого хватает, чтобы Йохан и Петра прижали его голову к стойке. Йохан улыбается бармену, тот ухмыляется в ответ. Двое старших решили приколоться над молодым, тут это сплошь и рядом.

– Это не спишешь даже на то, что ты с планеты третьего класса, – продолжая неестественно улыбаться, говорит Йохан. – Значит, будем тебя манерам учить. Нет никакого особого груза. Мы этим не занимаемся.

– Не произноси это слово, никогда, особенно здесь! – вторит его тону Петра. – Людей убивают и за меньшее! А тут везде уши и глаза!

– А не фнал ак а угому, – придушенно шепчет Дик и повторяет, когда Йохан ослабляет хватку: – Я не знал, как по-другому. Сказать.

– А ты вообще не говори, за умного сойдешь. На вот, выпей еще!