Мария Власова – Мой злодей 2 (страница 45)

– Держи, – шепнула Вероника, незаметно достала из декольте скомканный конверт и вручила его мне.

– Это то, что я думаю? – с неодобрением взглянула на нее, приглядевшись к адресатам.

– Не выкладывай козырь заранее, – посоветовала девушка и подтолкнула коляску со мной в нужную сторону. – Я бы тебе помогла, но мне с Куртом нужно пойти на поклон к матери.

– Знаю, я справлюсь, – заверила ее, не особо чувствуя эту уверенность, но так хотя бы ее успокоила.

– Да поможет нам Святая, – пробормотала девушка и побежала обратно в коридор видимо на поиски своего незадачливого жениха. Проследила за ней взглядом и заметила, что парни стоят с отцом в углу и выслушивают его нравоучения, словно нашкодившие дети. Если модельер пытается что-то колко отвечать отцу, то Анри слушает молча, не отрывая от меня взгляда. Такого притягательного и одновременно пугающего взгляда, что по моей спине проходятся холодные мурашки. Нужно поторапливаться, долго удерживать его господин Карвалье не сможет, а если злодей встрянет в этот важный разговор, у меня точно ничего не получится.

Господин Фабиант, посол курнейцев в Романии представляет собой весьма внушительного человека. Настолько, что слухи о его возможной отставке из-за плохого самочувствия, вызванного почтенным возрастом, кажутся не просто преувеличенными, а полной небылицей.

У каждой расы свои особенности: у курнейцев густая растительность и преобладают темные волосы и глаза, зато кожа как-то неестественно бледная; у романейцев же в основном карие глаза и каштановые, с отливами до ярко рыжего, волосы; у Мостового альянса все не так, издавна считалось, что их наследники светловолосые и голубоглазые, но альянс так разросся, что эти черты перестали преобладать. Так что неудивительно, что мы с отцом больше походим на курнейцев, хотя наш род из Мостового альянса. Так вот главным внешним качеством посла курнейцев являлся весьма внушительный рост и мощное телосложение, даже в его почтенном возрасте. Он возвышался над своими собеседниками, даже слегка согнувшись, чтобы опереться на крепкую трость с причудливыми надписями на ней. Строгий костюм, тяготеющий к классике, длинные для мужчины волосы, связанные в тугую косу, достающую до поясницы, в них проглядывает седина, но все же назвать этого мужчину стариком язык не повернётся. Да, как-то не так я себе его представляла. Зато одного из его собеседников я узнала сразу: отца Виолет де Мате, самого крупного оружейника в Романии. Он ещё тайком продает оружие в Мостовой альянс под видом поставок на свой же завод, который расположен как их представительство в Мостовом альянсе. Вот уж как думала о нем, так и оказался мерзким низеньким мужичком, которого так и хочется пнуть, но мараться из-за такой дряни не хочется. Такой же кудрявый, как и дочь, с острым, похожим на клюв, носом и мерзкими маленькими, черными глазенками, как у крысы. Ничего примечательного, но тоже выходец из Мостового альянса. Когда-то люди оттуда массово бежали, чтобы не попасть под религиозные гонения, а теперь спонсируют их войну оружием. Как говорится: деньги не пахнут.

– Господин Фабиант! – позвала мужчину, состроив на лице радостную улыбку, стараясь отыграть щенячий восторг, но в меру.

– Леди… Карвалье? – неуверенно повернулся ко мне посол, явно шокированный.

Мы не встречались раньше, так что, скорее всего, он узнал меня по коляске. Да уж, вряд ли есть кто-то ещё в Романии, кто более заметен, чем я на этих светских раутах.

– Прекрасный вечер, господа, – приветливо кивнула послу и его спутникам, стараясь улыбаться так же обаятельно, как и Сью.

– Несомненно, – улыбнулся гнусно Мате, с каким-то интересом наблюдающий за мной и послом.

– Все в честь моей кузины, так что не может быть иначе, – продолжила светскую беседу.

– Она просто прекрасный человек, неудивительно, что ваши дочери так дружны с ней.

– Да? – как-то рассеянно повторил Мате, пока Фабиант продолжал молчать, изучая меня взглядом. Вполне возможно, что наша переписка… Хотя если писала Элла, точно переписывала на чистовик, так что она только условно «наша»… Наша переписка заинтересовала господина посла. Мы поиграли в гляделки, оценивая друг друга как противника, пока нас не перебили.

– Вы что-то хотели? – спросил Мате, обращаясь, скорее всего, ко мне.

– Хотели обсудить то, что описали мне в письме? – не дав мне ответить, отчеканил курнеец, и мне захотелось его ударить чем-то по голове. Зачем он упомянул о письме перед Мате?! Чтобы меня спровоцировать? Ладно, нельзя теряться, выберу роль полегче и обыграю их.

– Да и да, – улыбнулась почти кокетливо мужчинам. – Отец попросил обсудить наше будущее сотрудничество. Как я написала в письме, мы ищем новые рынки для своей продукции.

– Неужели у Карвалье дела идут настолько плохо, что они планируют сбежать к аборигенам? – хохотнул Мате, отпивая из бокала и плохо отыгрывая безразличие.

– А вы, похоже, так и не научились воспитанию, господин Мате, – жестко осадил курнеец оружейника. Я на месте кудрявого уже бы сбежала под таким грозным взглядом, а он молодец – держится. Мате только примирительно поднял руки и сделал вид, что его очень заинтересовал фуршетный стол, но при этом он далеко от нас не отошёл, разумеется, намереваясь подслушать.

– Так, где ваш отец? – чуть сузил глаза посол, переведя взгляд на меня. Боже, какой он здоровый, а я на коляске перед ним чувствую себя такой хрупкой и беспомощной, что аж тошно.

– Он занят, – улыбнулась все так же невинно. – Это я хотела поговорить с вами насчет расширения компании, раньше принадлежащей моей матери «Л.К.».

– Я слышал о ней, в прошлом она была очень популярна, моя покойная жена тоже пользовалась этой косметикой. Говорила, что она аптечная, лечит ее, – глаза мужчины на мгновение стали темнее ночи. Он сжал свою трость так, что древесина жалобно заскрипела. По телу пошли мурашки, о том, что посол тоже вдовец, как отец, я знала из той информации, что достала Вероника, но все равно прониклась к нему состраданием. – В любом случае это все в прошлом.

– Вот именно, производство становится нерентабельным, и отец поручил мне справиться с этой проблемой.

Старик скептически приподнял бровь, почти в лоб демонстрируя, что сильно сомневается, что я смогу. Словно я и впрямь собираюсь заниматься компаний косметики! Если я и займусь ей, то превращу в сетевую косметику, секту похожую на те, что в моем мире ходят по домам и суют журналы, за которые еще платить надо, чтобы купить из них косметику. Вот тогда эта компания действительно будет рентабельна, а пока что мне это не интересно.

– И как же? – сделал вид, что заинтересовался мужчина. – И причем здесь я.

– Все просто, – улыбнулась ему самой наивной улыбкой из моего арсенала, – ребрендингом и переориентацией.

– Ребре… Чем? – слегка оторопел посол.

– Я собираюсь сделать из «Л.К.» не косметическую, а фармацевтическую компанию.

Моя мать из семьи аптекарей, поэтому ее косметика была столь полезна, пускай и дорога, а сейчас из-за наплыва дешевых заменителей из альянса потеряла свои рынки сбыта. «Л.К.» — это бренд, гарантия качества. У нас уже есть в арсенале все оборудование для изготовления лекарств, штат для их разработки уже почти сформирован, осталось за малым – найти место для нового завода и прежде всего рынок сбыта для лекарств.

– Фармацевтический завод? Вы действительно думаете, что кто-то может изготовлять лекарства в промышленных масштабах? – влез в наш разговор третий мужчина, в котором я с трудом узнала Фанта – аптечного магната столицы и отца Кортни Фант ещё одной подручной Сью. – Только в аптеках опытный аптекарь может составить лекарство в правильной дозировке в зависимости от возраста и веса человека. Это немыслимо! Врачи не допустят этого!

– Именно для этого я собрала у себя всех ведущих врачей, опытным путем они найдут приемлемую универсальную дозу лекарств или разработают новые, – спокойно ответила, будто бы не замечая, как мужчина взбесился. – В любом случае мы с отцом думаем, что открытие завода в Курней – отличная идея. Насколько знаю, там лекарства очень бы пригодились.

– Это нонсенс, а если Мостовой альянс узнает об этом? Вы провоцируете войну! – слишком громко, чтобы его не услышали остальные, взвизгнул Фант. Ещё бы он не визжал, я же буду его прямым конкурентом. Вокруг тут же поднялся шум, всем вдруг стало интересно, о чем разговор, а это не очень мне на руку.

– О чем вы? – отыграла искренне удивление на пятёрочку, как и святую невинность. – Отец написал письмо Мостовому альянсу с предложением разместить у них свой завод, но они отказали, курнейцы же сказали, что подумают.

О том, что письмо послу Мостового альянса я писала сама, своим куриным почерком, так ещё и максимально нелепо, чтобы его приняли за дурацкую шутку и даже не стали читать, уточнять не стала. Фант набрал воздуху, чтобы сказать ещё что-то, но его жестом остановил Мате.

– Действительно подумают? – вновь сощурился оружейник.

– Это сложный вопрос, – улизнул от ответа посол.

– Так почему же вы решили открыть этот свой завод не здесь, если собрались использовать на нем лучших врачей нашей страны? – укоризненно поинтересовался Мате, делая вид, что это всего лишь светская беседа. – Неужели Карвалье настолько не патриот своей страны, что предпочитает открыть завод на территории охваченного войной государства, так ещё и доверить его… леди.