Мария Власова – Мой злодей 2 (страница 44)

– Сью? – повторила, когда она мне не ответила.

– Простите, у меня полно гостей, я пойду, – совсем непохожим на себя голосом заявила Сюзанна. Затем все так же, не отрывая взгляда от Армана, быстро ретировалась, пару раз оглянувшись на нас, и исчезла в толпе.

– Что это с ней? – удивлённо спросила и взглянула на модельера с подозрением. Ее смутило его сходство с Людвигом? Почему?

– Умом тронулась от моей неземной красоты? – предположил Арман, ни секунды не сомневаясь в своей безупречности.

– Тоже мне распрекрасный принц, – фыркнула, скидывая его руку со своего плеча.

– Ну что же, пойдем, наведем шороху в этой дыре? – ничуть не растерялся Арман и приобнял меня со спины, как-то уж больно вольно. А не слишком ли много он на себя берет?!

– Руки убрал, – рыкнул Анри, чуть толкнув модельера от меня. Мои плечи тут же освободили, но радости это не вызвало. Два петуха, а мужчины сейчас напоминали именно их, наступали друг на друга явно не с добрыми намерениями. Дождалась, из-за меня мужики драться собрались! Однако почему-то подобное вызывает исключительно раздражение, а не повышение самооценки.

– С чего бы это? – однозначно нарывался Арман.

– Я очень не люблю, когда кто-то трогает моё, а эта женщина моя, – не сводя взгляда с оппонента, обманчиво спокойным голосом произнес Анри.

Мамочки, как у меня сердце-то забилось от этой фразы, щеки раскраснелись, как у подростка, выдавая моё смущение с головой. Будь я более независимой или не такой опытной в женских романах, визжала бы от восторга. Но даже весь мой книжный опыт не помог справиться с эффектом от его слов, действующих, как горячая сковородка на сливочное масло, заставляя просто таять. Мозгами, конечно, понимаю, что когда мужик говорит, что ты ему принадлежишь — это не очень хорошо, но чертовы гормоны тела Рианны… Ах, какой же он сексуальный сейчас, так бы расцеловала, да не заслужил.

– А она вообще в курсе, что твоя? – продолжил бесить его Арман под мой мысленный стон.

Конечно я в курсе! И ничего против этого не имею, вот только бы это утверждение было взаимным, а пока что тут равными условиями и не пахнет. Если я ему позволю, он и в дальнейшем будет делать, что вздумается. Как ему в голову пришло – дарить всяким бабам украшения?! Нет, мне рога никто еще не наставлял, и злодей не посмеет. Хотя меня больше бесят недомолвки и это его «на то была причина» и галстук. Галстук бесит больше всего! Какого тёмного он того же цвета, что и платье Сью? Что за дурацкое совпадение? А если это не совпадение? Меня сейчас разорвет от злости и ревности.

– Может, пойдем, я замерзла, – безразличным тоном сказала этим двум петухам и те на удивление сразу зашевелились. Оба принялись снимать свои пиджаки и соревноваться, кто быстрее укроет меня от холода.

– Смотри, не простудись, – то ли нежно, то ли осуждающе сказал Анри с уже знакомым мне хмурым выражением лица. Такое впечатление, что ему заботиться обо мне в тягость, честное слово. Или ему так не нравится мысль, что он может меня потерять?

Поэтому злится на меня и на себя заодно, что недоглядел? Он же обожает все держать под своим контролем, а тут и причина есть для его деспотизма – моё не шибко крепкое здоровье. Заболею сегодня, и он меня будет всегда укутывать, как неопытная мать дитя — почти до варки в собственном соку.

– Совершенно забыл о том, что сами вы не в состоянии одеваться по погоде, – деловито заявил модельер, очень заботливо пытаясь укутать меня в свой синий пиджак, пускай и в своем стиле, – В следующий раз сошью ещё и полушубок.

У Армана бы получилось меня укутать, если бы Анри не опередил его. Они снова чуть не подрались из-за такой мелочи, что уже и забавлять перестало, просто надоело подобное наблюдать. Стянула с плеч пиджаки и бросила их обратно во владельцев, сбивая спесь с этих петухов.

– Заверяю вас, господа: вы последние у кого бы я просила помощи согреться, – улыбнулась им холодно и оглянулась на отца. – Папа, помоги.

– Сейчас, Рианна, – взволнованно буркнул господин Карвалье, нервно косясь на Армана, словно он какой разбойник с большой дороги.

Да что это с ними такое? Папин пиджак я приняла с удовольствием, большой и теплый, закуталась в него и плевать, что к платью совсем не подходит. Дернула рычажок управления, намереваясь объехать графа, загораживающего мне путь в зал, но остановилась. Из зала к нам буквально пулей выбежала Вероника. Румяная, растрёпанная, но довольно милая, она ухватилась за поручень моего кресла и тяжело задышала, как после бега.

– Ты чего? – удивленно спросила, пока девушка тяжело дышала, не в силах говорить.

– Вот и ты, я уже заждалась! – возмутилась она, резко выдохнув и, совсем не как леди, замахав руками на свое румяное лицо, будто бы это поможет сделать его не таким красным.

– Что с тобой случилось? Ты что бежала?

– Ага, – рассеянно кивнула дочь графини, – от потенциальных женихов. Как никогда понимаю, почему мама их от меня отгоняла, чистого вида стервятники, набросились и чуть не обглодали как кость. Но это не важно, а ты как? Готова?

– К чему готова? – поинтересовался Анри, и Вероника, очевидно не заметившая его до этого, подпрыгнула на месте, как ужаленная.

– Граф, и вы здесь? – испуганно пискнула она, совсем забыв о своей актерской игре и выдавая меня с головой. Пришлось ее слегка стукнуть локтем, чтобы она перестала походить на отличницу, которая впервые списывает. – И вы… – взгляд девушки уперся в подозрительно молчавшего Армана и, похоже, там и затерялся, заставив ее приоткрыть рот от удивления.

– Стоит признать, в этот раз ваша работа, леди Карвалье, сделала чудеса, и на модели все же задерживается взгляд – вот что значит хороший специалист. Однако кое-что всё же портит всю картину – глупое выражение ее лица. Но боюсь, здесь природа постаралась, этого никакой специалист не изменит.

– Арман? – нахмурилась моя подруга, наконец поняв, кто перед ней, смотря на мужчину с явным шоком.

– Узнала? – обрадовался мужчина с таким видом, словно сейчас обязан услышать комплимент в свою сторону.

– Вы наконец-то умылись и даже узнали, что мальчики не носят платья? Что же, похвально! Осталось убрать ваши ужасные манеры, и вы начнете походить на человека, – въедливо ответила ему Вероника, вызвав у меня усталый стон.

О, Солнце, опять! Опять они завели свою старую песню, сейчас распалятся и ничего вокруг замечать не будут, скандаля друг с другом до посинения.

– А вы вроде не мальчик, а платья вам совсем не идут, только делают страшнее, – ничуть не растерялся мужчина.

– Мои женихи так не считают!

– Да вашим женихам, как, впрочем, любому здравому мужчине нужны от вас исключительно деньги и титул графа Затморского! – не унимался Арман, определенно перегибая палку.

Вероника задрожала то ли от гнева, то ли от сдерживаемых слёз и сжала кулаки. Неужели бросится на него с кулаками? Нет, этого допустить нельзя, их же сразу заметят, и репутация обоих пострадает.

– Вероника, мы спешим, – напомнила девушке, с опаской косясь на пару.

– Куда вы спешите? – не унялся Анри в свою очередь. Да что же такое, он то тихий настолько, что незаметен, то, как чёрт из табакерки.

– Пойдем, – взяла себя в руки дочь графа, отвела взгляд от модельера. Я разогнала коляску, но поехать мне не дали.

– Анна, – шикнул на меня один наглый злодей, преградив дорогу.

– Как ты ее назвал? – влез Арман.

– Не твоё дело, – рыкнул Анри, явно не желая тратить на мужчину своего времени.

Кто-нибудь, спасите меня! На диво спаситель нашёлся сразу. Господин Карвалье, молчавший до этого момента, скорее от шока, чем от безразличия, оживился.

– Молодые люди, можно вас на секундочку? – слегка угрожающим тоном коснулся мужчин отец. Рядом с ними он выглядит забавно, как такой небольшой оживший мячик, что даже в гневе выглядит безобидно.

Парни не особо хотели получать от него выговор, но сдались, а в это время мы с Вероникой уже скрылись в зале. Как раз подошли следующие гости, преодолев препятствие в виде ковра с галькой, так что у нашей перепалки точно были бы свидетели, и никто не стал учинять скандал.

В зале было также помпезно. Роскошные люстры, гобелены. На полу мрамор, по которому колеса немного скользят, на стенах тоже мрамор, от чего вся эта обстановка кажется помпезной, формальной и не жилой. Мы словно оказались в каком-то музее, официальном здании, но не в доме. Даже в особняке Карвалье было куда уютней, а находиться здесь было неприятно. Обстановка здесь ничем не уступала королевскому дворцу, но вызывала при этом куда больше негативных эмоций. Может, я просто предвзята и вижу лишь то, что хочу?

Народу в зале была тьма, куда больше, чем я надеялась. Пары кружили в танцах под музыку живого оркестра, состоящего из полусотни музыкантов и находящегося в специальной нише на уровне второго этажа. Фуршетный столы, чтобы не мешать гостям, находились по обе стороны от входа. По всему залу как тараканы бегали слуги в парадной униформе черного цвета с белыми воротниками или фартуками. Сью нигде не было видно, что было как нельзя кстати.

– Где он? – спросила у Вероники, пока та судорожно металась взглядом по толпе.

– Вот он, рядом со стариком Мате, – кивнула девушка куда-то вправо, – возле стола.

Все внутри задрожало от страха и предвкушения. А что, если у меня ничего не получится? Нет, таким шансом нужно воспользоваться, пока лишних ушей рядом нет.