Мария Власова – Мой злодей 2 (страница 26)

– Почему? – искренне удивился Анри, мягко улыбнулся и вытер пальцем слёзы с моей щеки. – Ты ведь в этом не виновата. К тому же, как бы плохо мне не было, мысль о тебе согревала меня. Я даже Крису рассказывал о святой, что спасает меня. Он не верил, а я всегда знал – ты существуешь. А теперь ты здесь, – у него, сбившись, перехватило дыхание, и я узнала в нем того мальчишку с крыши, для которого была всем: надеждой, любовью, другом и самим родным человеком в этом мире.

Он говорил все это, глядя на меня так… А я чувствовала, что не заслужила: ни этого влюбленного взгляда, ни всех тех моментов, когда его согревала одна мысль обо мне. Я не спасала его, жестокую судьбу не сумела изменить. Он справился бы и сам, я всего лишь дала ему надежду и веру в ту самую святую, и тем самым изменила его, пускай и не сильно. Анри несомненно разочаруется, когда я открою ему всю правду. Когда узнает, что я – это всего лишь я. Не святая, не его спасение, а дура, влюбившаяся в персонажа книги… в него.

– И я не отпущу тебя больше никогда, – он улыбнулся, взгляд уверен. Не отпустит, разве что, если узнает, что его спасительница совсем не такая, как в его фантазиях.

В глазах защипало, я обернулась, подтягивая одеяло и делая вид, что пытаюсь укутаться получше. Позволила ему обнять себя со спины и прижать к своей груди. Мы сидели так несколько минут, думая каждый о чем-то своем, при этом я чувствовала себя совершенно спокойной в его объятиях. Мне даже нравилось, что граф не давал мне отстраниться, но в то же время было грустно. Меня не покидало чувство, как будто я стою на краю пропасти и готовлюсь спрыгнуть в нее, и спасительного парашюта у меня нет.

– Твоя очередь, расскажи что-то о себе. О своей семье, например, – предложил Анри.

– Семье? – хрипло переспросила и закашлялась. – Говорить особо нечего.

– Расскажи, – мягко настоял он, попутно укрывая меня сильнее.

– Мама бросила меня, когда я была ребенком. Отца я никогда не знала. Меня воспитывала бабушка, она умерла незадолго до того, как я попала сюда.

– И давно ты здесь? – после паузы спросил он.

– Месяц, два… – рассеянно ответила. Мысли все роились в голове, мне не хотелось говорить, он заставлял меня.

– Как же ты тогда являлась мне, когда я был ребенком? – продолжил допрос Анри и не дал мне отодвинуться, когда я захотела прекратить эти объятия.

– Сны, ты мне снишься, – выдохнула, с трудом вывернувшись, и тяжело задышала, прижав голову к спинке дивана.

– Это поэтому ты во сне зовешь меня? Я тебе снюсь, и во сне ты попадаешь в моё прошлое? – спросил он, не давая мне отдохнуть от своего напора.

– Да? Нет? Не знаю! – отмахнулась от него, закрыв глаза рукой. – Я ничего не знаю, все же я обыкновенная швея. Отпусти меня.

Анри резко выдохнул и стремительно поднялся на ноги. Навернул несколько кругов вокруг бочки с древесиной, явно думая о чем-то своем. Солнце поднималось из-за горизонта все выше, растворяя своим светом магию ночи, и я начала казнить себя. Не зря ли я ему рассказала о кошмарах? Вдруг он захочет использовать их и меня? Граф внезапно остановился и, посмотрев на свои часы, метнул взгляд на меня.

– Ты ведь уже видела кошмар, в котором я убил графиню, не так ли? А тот случай на крыше или на балу? Ты помнишь? Знаешь? – начал засыпать он меня вопросами, но я растерялась и приняла другое решение.

– Уже рассвет, я замерзла, отвези меня домой, – потребовала, как можно резче, потупив взгляд.

– Анна! – вскрикнул он, и у меня сдали нервы.

– Что ты от меня хочешь? Да, ты мне снишься в кошмарах, раз за разом, день за днем… Я не знаю, ты понимаешь? Я не знаю, в какой части твоей жизни я появлялась или ещё появляюсь! Но в одном уверена, что бы я ни сделала, что во сне, что наяву, это не важно. Я ничего не могу изменить, как бы не пыталась.

– Так этим ты занимаешься, меняешь меня? – сколько иронии и сарказма для одной меня, аж душно. И эта его самодовольная улыбка раздражает. А может все дело в этом ледяном взгляде? От него так больно.

– Я спасаю тебя, даже если ты сам против этого, – произнесла с ледяной интонацией. – Спасаю от зла.

– Но разве я не твой злодей? Разве то, что я убил графиню не доказывает, что у тебя не получается спасать меня от зла? – спросил вдруг он абсолютно серьёзно, заставив меня вздрогнуть от замораживающего взгляда. – Зачем меня спасать, Анна?

– Это не… – начала говорить, но осеклась под его взглядом. – Я не то имела в виду!

– Я делал кое-что похуже. Намного хуже, чем небольшие развлечения графини в подвале, – сказал он прямо, и я застыла, не зная, что и сказать. – Веришь мне?

Он смотрел на меня долго, пробирающим до костей взглядом. И вроде как я должна была вскочить, сказать, что не верю, что он не такой плохой… Или же сказать себе, что смогу его изменить, сделаю из злодейского главного героя душечку… Но нет. Поздно его перевоспитывать. Поздно надеяться, что он будет хорошим. Он не изменится – вот что он говорит, смотря на меня этим холодным безжизненным взглядом. Будь я понаивней, не поняла, осталась в своей розовой мечте, сказала: «Не верю!» и бросилась бы ему на шею. Обрадовалась, что он мне наконец-то открылся хоть как-то, и утопилась в самообмане и… пропала в нем, в своих чувствах.

Я уже чувствовала что-то подобное, тогда было так же, когда бабуля умерла. То же ощущение, у меня вырвали из грудной клетки сердце и на моих глазах сжимают его, рвут на части, даже не осознавая этого.

“Я все поняла, осознала, что я не должна была… Не должна была тебя бросать!”– сказала та, что родила меня на свет, заливаясь лживыми слезами и выдирая остатки моего сердца.

“Ты же простишь меня?” – имела наглость спросить она, смотря на меня своими всегда холодными для меня глазами.

Лгала, она, конечно же, лгала. Ради наследства, квартиры, ради той, кого она любила больше меня, называла «доченькой», по утрам кормила завтраком, а вечерами укладывала спать. Я так хотела… Так мечтала, что она когда-то скажет эти слова… Вернется, обнимет и наконец-то вспомнит, что я тоже ее дочь, а не досадная ошибка, от которой оказалось сложно избавиться.

Что-то потекло по моей щеке к подбородку, назову это дождем. Отвернулась, чувствуя, как воздух в легких сперло, так что не продохнуть.

– Верю, – беззаботно улыбнулась, но как назло охрипший голос сдал меня со всеми потрохами.

Анри долго смотрел на меня, точно хотел запомнить выражение моего лица, когда я ответила ему, а затем отвернулся. Посмотрел на рассвет и безжизненно произнес:

– Это хорошо, так проще.

Я не успела понять, к чему он это сказал, когда раздался первый взрыв. Потом ещё, ещё, началась канонада. Вскрикнула, зажав уши, а Анри даже не шелохнулся. И вдали, и совсем рядом с морским причалом пылали огромные корабли. Сразу за чередой взрывов послышались крики, топот, все спешили узнать, что происходит. На крыше показался Маркус, но он не торопился подходить или говорить что-то, а наоборот, будто бы сторожил дверь.

– Анри, что происходит? – испуганно вскрикнула, смотря, как где-то вдали с ужасным ревом и скрежетом пошёл ко дну один из кораблей. Громадный, чем-то похожий на Титаник, а может ещё больше. Он со страшной стремительностью погружался в воду, и с его борта прыгали люди, обрекая себя на смерть то ли прыжком с огромной высоты, то ли падением в холодные октябрьские воды.

– Я же говорил, что разберусь с приказом короля, – сказал Анри совсем неуместную, как мне показалось, фразу.

Что с ним? У него шок? Что происходит? Крики на улице усилились, под кожу пробрались ужас и паника, и фигура совершенно спокойного Анри казалась неуместной.

– Что? – обернулась на помощника, надеясь получить хоть какой-то вразумительный ответ. – Маркус, на Романию напали? Мостовой альянс?

– Нет, госпожа, – растерянно оглянулся на хозяина парень.

– Анна, – позвал Анри, и я сразу обернулась, не заметив, как он подошёл так близко.

– Что происходит? – испугано прошептала, схватив его за руку.

– Я обещал тебе разобраться со ссылкой в Новую Романию.

– Что? Причем тут… – не поняла его, не захотела понимать.

– Никто не отправится в Новую Романию в ближайшие полгода, раньше корабли необходимого размера не построить, – холодно повторил он, явственно выделяя каждое слово.

Его лицо стало похоже на маску, а от взгляда меня как будто в ледяную воду окунули, даже дыхание перехватило.

– Ты…? – сдавленно хрипнула и снова метнулась взглядом к морю. – Но там же… люди.

– Сопутствующий ущерб, – произнес, перебив меня и смотря куда-то вдаль. Он повторил, как чужие слова. Голос его не дрогнул, но плечи как-то обессиленно опустились.

Глава 10. Непривычная забота

Бывают такие дни, которые хочется провести в кровати. Наедине со своими мыслями, разобраться в себе и выстроить план действий… План, серьёзно?! Да хоть что-то вразумительное пришло бы в голову, и то бы было хорошо. В моем мире у меня таких моментов было не так много, и я всегда знала, как занять мысли чем-то другим, отвлечься от насущных проблем. Хочется отключиться от своих проблем за чтением новой книжки, оставшись с ней наедине и завернувшись в одеяло. Но одиночество, когда ты Рианна де Карвалье – роскошь. Да и читать книгу, когда находишься внутри нее, как-то глупо. Особенно учитывая, что читать нечего. Как говорится: все книги уже прочитаны до нас.