Мария Устинова – После развода. В его плену (страница 10)
— Вас зовут Мелания? — он подает руку, чтобы я спустилась. — Не составите компанию мне за столом? Лана, я могу вас так называть?
Он ни разу не улыбнулся.
С близи он привлекательный, в нем есть что-то животное. От самца. Он похож на тигра или леопарда. Красивый, но опасный.
Я не двигаюсь.
Руки дрожат, и я обхватываю запястье, пытаясь это скрыть.
К нам приближается еще один: бородатый здоровяк с буравящим взглядом.
— Влад, на два слова… — вполголоса кидает он. — Ты должен уехать. Денис не отвечает. Отец сказал…
Это мой шанс!
Диканов опускает руку, а я отступаю, пока обо мне не вспомнили.
Мне плевать, что хочет Эдуард!
В конце концов, ему можно сказать, что я
Нужно убираться.
Эти люди опаснее Эдуарда.
Особенно меня пугает второй.
Он что-то говорит Диканову, а сам смотрит на меня. Взгляд пристальный, не моргает. Рассматривает с интересом, как женщину, как кусок мяса. Взгляд скользит по полным губам. Он хочет попробовать мою помаду. Меня. Не просто как мужчина, как хищник.
Вдоль позвоночника проходит волна мурашек.
— Еще объявится. Пусть охрана ищет. Я занят…
— Ей — занят? — агрессивно спрашивает бородач, и кивает на меня.
Взгляд такой, что у меня живот сводит.
— Не твое собачье дело, — огрызается он.
— Сколько ей заплатить, чтобы она под меня легла? — меня обдает его энергетикой. Агрессивной, сильной, готовый только ломать. Я таких мужчин всегда боялась…
Они звери.
Он ведет себя как мужчина, который может сделать с женщиной все. Взгляд кричит: ты никто, детка, и ты моя просто потому, что я хочу.
Я и так уже в тени.
Отступаю со сцены. Заберу сумку и попытаюсь сбежать. Выворачивает только от одного взгляда здоровяка, он как будто облизывал мои губы.
Да и черт с этой сумкой! Там документы Мелании, пусть сама выкручивается!
Главное, выйти.
Где-то там ждет Глеб.
Совру, что все закончилось и я посидела за столом.
И пусть идут к черту…
Бегу к черному ходу, как вдруг дорогу загораживает директор.
— Выпустите меня!
Отсюда я уже вижу дверь.
Но он качает головой.
— Какая ты дура, Алмаз! Думал, ты часто выступаешь в клубах и знаешь, кто сегодня у нас сидит. Ты меня подставляешь. Весь клуб. Девочек. Хочешь, чтобы на нас обиделись, подперли двери, пока мы внутри и сожгли всех?
— Так верните им деньги! — бешусь я, кто им вообще позволил меня продавать. — Я не шлюха!
— Да ну?
— Да!
— Я тебе скажу, кто ты. Девка, много о себе возомнившая. Хочешь уйти? Валяй, — он вдруг поворачивается к выходу и показывает на дверь. — Их охрана уже там, они окружили клуб, Алмаз. И если ты будешь изображать из себя недотрогу, тебя выследят, увезут и выдерут, не спрашивая. Лука Диканов так и поступает, когда девка набивает себе цену! Чтобы корону с дуры сбить!
Лука… Диканов?
Так второй, положивший на меня глаз — его брат?
У меня такой ошарашенный вид, что директор успокаивается.
— Ты как с луны свалилась, Алмаз. Как будто в первый раз в клубе такого уровня. И я бы на твоем месте не рисковал. Так что сделай вид, что ты просто убежала в туалет попудрить носик, и возвращайся, если не хочешь неприятностей.
— Меня правда могут выследить?
Голос дрожит.
Мне нельзя попадать в поле зрения под своим именем! Если они узнают, что меня подослал муж…
Никто не поможет.
— Именно так Лука с тобой и поступит. Будешь благодарить, если живой выпустит.
Бледнею, сжав сумочку.
Я уйду, даже если удастся улизнуть от охраны Дикановых. Меня выследят, а муж не защитит…
И Глеб тоже.
Меня могут подловить рядом с хостелом. Выступать под своим именем я точно не смогу, если он заинтересуется и все-таки раскопает, кто я!
Влад казался более-менее адекватным.
— Ладно, — выдыхаю я. — Я вернусь.
— О, неужели к ней вернулся разум!
— Мне нужно в туалет. Привести себя в порядок.
— Это можно устроить, — директор ведет меня к туалетам.
Я серьезно вляпалась.
Включаю ледяную воду, жду пока запотеет кран и сую под струю узкие ладони. Прижимаю к щекам. Лайфхак, чтобы не повредить сценический макияж. Мгновенно трезвею от холода, сбрасывая дурман сцены и сигаретного дыма.
Если всю ночь петь в клубе, к утру будешь никакая — пьяная от энергетики зала и выжатая до состояния лимона.
Смотрю в настороженные глаза, прислушиваясь к шорохам за дверью.
Меня стерегут.
Если то, что рассказал директор о мужчинах в зале — правда, понимаю, почему он боится.
Наверное, Меланию пропихнули сюда по протекции моего мужа. Это уже говорит о том, что на след могут выйти.
Директор явно не в курсе деталей. Но он — мелкая сошка на самом деле. Есть управляющие и владелец клуба.