Мария Соловьева – Инара (страница 14)
– И что дальше? – подала голос девушка с Минорой, задумчиво остановившись над телом женщины в лоскутах когда–то шикарного платья.
– Всё то же самое. Ищем живых, – отозвался кто–то.
– Это я поняла. А потом? Нас слишком мало. У нас нет еды, нет связи, нет лекарств. Малышке нужны подгузники.
– Подгузники? Серьезно? Во нашла заботу! Радуйся, что жива! – ответил один из верных Фисару мужчин.
– Представь себе, это важно! Возьми и неси ее, и пусть она тебе спину обмочит! – огрызнулась девушка.
– Вот ещё! Ты баба, это твоя забота, мне малявка вообще не нужна!
– И мне не нужна, я вообще не собиралась заводить собственных детей!
– Помолчите все, – повелительным жестом Фисар успокоил спорщиков, а потом подошел к девушке и взял её за плечи.
У неё оказались тёмно–карие бархатные глаза и непослушные волосы, которые липли ей на круглые щеки и почему–то раздражали Фисара. Но он улыбнулся и мягко спросил:
– Как тебя зовут, сестра?
– Лиара.
– Красивое имя. Слушай, сестра Лиара. Ты – единственная выжившая женщина. Неизвестно, сколько еще мы вас найдем и спасем. Ты и эта кроха, – он коснулся пальцем головки Миноры, – самое большое сокровище уцелевшего населения. Без вас не будет жизни. Клянусь, мы все будем вас оберегать и защищать. Но нужно немного потерпеть.
Он вынул из кармана капсулу и протянул Лиаре:
– Вот. Возьми в знак искренности моих слов. Ты уже получала восстановительную таблетку и второй не положено. Возможно, я сейчас у кого–то отнимаю жизнь. Но я не могу рисковать тобой и Минорой. Глотай. Прямо сейчас.
Он смотрел ей в глаза, не моргая и ждал, пока она, завороженная его голосом, медленно разомкнёт потрескавшиеся губы и проглотит капсулу. Как только это произошло, он погладил её по голове и шепотом, чтобы не слышали остальные, пообещал:
– Клянусь, ты будешь самой главной из женщин в новом мире. Я буду любить тебя, и ты будешь любить меня, будешь беречь и растить мою дочь Минору и, если надо, зубами порвёшь любого, кто скажет хоть слово против меня или против неё. Договорились?
Лиара молча кивнула, глядя горящими глазами сквозь развалины, куда-то в прекрасный новый мир, где она только что по воле Спасителя стала самой главной из женщин.
Глава 15
Назир
На этот раз Ковур Дисуро был точен, как главный технолог на фабрике синтепасты. Не успел Назир коснуться дверного уведомителя, как на пороге возник торговец с небольшим свёртком, упакованным в гермоплёнку.
– Прошу, как и договаривались, всё по списку, – он улыбался, но явно не планировал приглашать Назира внутрь.
Назир взвесил пакет на ладони, кивнул и убрал в рюкзак.
– Нужна какая-то еще помощь на обратный путь? – осведомился Дисуро.
– Если ничего не изменилось в уговоре, то справлюсь.
– Раньше полуночи вам все равно не покинуть город, но я, к сожалению, не могу пригласить вас на бокал вина.
– Не стоит извиняться. Вы и так делаете достаточно много для нас.
– Куда пойдёте? По улицам бродить – не лучший вариант.
– Солёный сахар мне пришелся по душе.
– Прекрасный выбор! Есть еще деньги? Могу одолжить в счет будущих встреч.
– Есть.
– Тогда удачи. Ваш пропуск активен до полуночи, не забудьте.
– Ваххар джиблар! – стукнул Назир правым кулаком по левому плечу.
– Джиблар ваххар! – повторил жест Дисуро и закрыл дверь.
Назир широко шагнул со ступеньки, врезался в невысокого патрульного и тихо ругнулся. Он почти привык не удивляться этой девушке.
– Это было ваше приветствие? – прищурившись, спросила Инара.
– Да.
– Неосторожно.
– Патрулей в это время здесь нет, люди ещё не гуляют, и вообще везде, кроме нескольких нижних районов всем плевать на всех.
– Не всем. Мне, например, не плевать.
– Ну да, ты особенная. Лучшая ищейка.
– Хотел обидеть? Не удалось. Говорят, раньше ищейками называли специальных собак. И они работали лучше людей. Я стану лучше отца.
– Почему это?
– Потому что буду справедливее.
– Вон оно как… и в чем будет твоя справедливость?
– Я сдержу слово и не буду тебя арестовывать.
– Это сильно. Тронут. Честно. – Назир осмотрелся. – Может, посидим где-нибудь? Я смогу покинуть город только в полночь.
– Серьезно? – хмыкнула она, – Я с тобой за одним столом? Ты ничего не попутал, джибл?
– Видимо, попутал. Ну, хорошо. Благодарю тебя за то, что поверила мне.
– А я ещё до конца не поверила. Ну-ка, покажи, что ты унесешь из Алмарана? – Инара требовательно протянула руку.
Назир вздохнул и достал сверток. На голубой гермопленке светился алым медицинский символ – рука, держащая сердце.
– Нужно открыть.
– Нельзя. Там вакуумная упаковка с хладогентом и ещё изоляционный слой.
– А вдруг это не лекарство, а взрывчатка?
– Серьезно? – усмехнулся Назир. – Ты считаешь, джиблы строят города внутри гор исключительно с помощью импортной алмаранской взрывчатки? Да такими объемами наших ходоков тут было бы больше, чем населения верхнего города! Военную историю не изучала, что ли?
Инара смутилась.
– Ладно.
– Могу идти?
– Нет, конечно! Я должна знать, как именно ты покинешь город. Чтобы перекрыть ход. Так что провожу торжественно.
– И будешь со мной все эти, – он посмотрел на хронометр, – три с половиной часа?
Инара вздохнула.
Тут Назир вдруг хлопнул себя по лбу:
– Забыл! Совсем забыл! Заболтала ты меня. – Он стал копаться в недрах рюкзака, – Вот, это тебе.
На его ладони лежал, переливаясь зеленой биренитовой крошкой, медальон в форме капли.
– Это… что? – опешила Инара.
– Бери-бери! – Назир взял её руку и вложил медальон. – В знак так сказать неубийства друг друга.