Мария Скоробогатова – Поляна белых цветов (страница 6)

семнадцатая…

– Джен! Дженнифер, постой!

Она вздрогнула и подняла голову. Из маленького продуктового магазинчика, того, что с

вывеской «У Милтона», выбегала Мэйси. Под дождём её русые волосы быстро намокли и

прилипли к щекам, но она, кажется, не замечала этого. Розовые щеки, широкая улыбка.

– Привет! – Мэйси подбежала и чмокнула её в щеку. От неё пахло корицей и мокрой

шерстью. – Ты чего мокнешь? Забыла зонт?

– Привыкла, – Джен позволила себя обнять. – Ты чего носишься?

– За булочками, – Мэйси помахала бумажным пакетом. – Мама решила испечь свой

знаменитый яблочный пирог, а корицы дома не оказалось. Ты как? Давно тебя не видно

было. Я уже начала волноваться.

– Нормально, – автоматически ответила Джен. – В магазин иду, продукты кончились. С

голоду не помру.

– О, давай вместе! – Мэйси подхватила её под руку. – Я провожу до супермаркета, мне

всё равно в ту сторону. Слушай, ты слышала про нового парня?

– Какого ещё парня? – спросила Джен без особого интереса.

– Ну, который в доме Харрисонов поселился! Говорят, из самого Сиэтла приехал,

богатенький, на крутой тачке. Машина у него – во! – Мэйси развела руками, показывая

размер. – Черная, низкая, прям как в кино. И сам ничего такой. Высокий, светленький,

только взгляд какой-то… тяжелый. Я вчера мимо проходила, а он на меня так посмотрел,

что я ай-яй-яй! – она театрально передернула плечами. – Как будто раздел и обратно не

одел. Жуть!

– Может, он просто не привык к маленьким городам, – Джен пожала плечами. – Люди из

города вообще странные.

– Ну да, ну да, – Мэйси хитро прищурилась. – А ты, я смотрю, повеселела. Случилось

чего? Познакомилась с кем?

– Мэйс, вечно ты со своими фантазиями.

– Ладно-ладно, – Мэйси засмеялась. – Но ты имей в виду: если что, я первая узнаю.

Слушай, мне сюда, – она кивнула на аптеку. – Забегу на секунду. Ты давай, не пропадай.

Заходи в гости! Мама будет рада. А то она всё про тебя спрашивает.

– Ага, – кивнула Джен, зная, что не зайдет.

Не потому что не любила Мэйси, а потому что чужие семьи, чужие уютные дома с запахом

пирогов были для неё как открытая рана. Слишком больно.

Она пошла дальше. Дождь то усиливался, то стихал, но не прекращался ни на минуту.

Супермаркет встретил её стерильным светом и запахом моющего средства. Дженнифер

взяла тележку и побрела по рядам, механически кидая в корзину самое необходимое:

молоко, хлеб, яйца, макароны, банку томатного соуса, ещё одну банку кофе. Овощи? Надо

бы. Она взяла пакет яблок, глянула на ценник и поморщилась – дорого.

Но мама всегда говорила, что яблоки надо есть. «Витамины, Дженнифер, они нужны

каждый день». Мама бы купила. Она положила яблоки в тележку.

На кассе стояла миссис Хейл. Та самая. Дженнифер внутренне сжалась, но бежать было

поздно.

– Дорогая! – миссис Хейл всплеснула руками, едва не уронив кошелек. Кошелек был

старый, потертый, с медной застежкой. – Как я рада тебя видеть! А я всё смотрю в окно,

думаю: ну почему огонь у неё горит, а самой не видно? Жива ли, здорова ли? Как ты? Как

себя чувствуешь?

– Нормально, миссис Хейл, – Джен улыбнулась дежурной улыбкой, которая не касалась

глаз. – Всё хорошо. Работаю.

– А я волнуюсь, – старушка покачала головой, и её седые кудряшки качнулись. – Одна в

таком доме. Это ж надо! Ты бы завела собаку, что ли. Или кота. Веселее было бы. А то всё

одна да одна… Это ж не дело для молодой девушки. Замуж тебе надо!

– Подумаю, – пообещала Джен, расплачиваясь за продукты и стараясь поскорее

закончить разговор.

– Ты заходи, если что! – крикнула миссис Хейл вдогонку. – Я всегда рада! И пирожков

дам!

Дженнифер вышла из магазина с двумя тяжелыми пакетами. Руки резало от ручек. Дождь

снова усилился, крупные капли застучали по капюшону. Она прошла пару шагов и

остановилась.

Аптека. Надо бы взять таблетки, пока не забыла.

Но ноги будто сами собой свернули в другую сторону.

Книжный. «Книжная лавка Харрисона» с облупившейся вывеской и витриной, где пылились

старые издания. Внутри горел теплый, желтоватый свет, такой уютный и манящий в этом

сером дне.

Мэйси сегодня утром трещала про нового продавца. «Такой красавчик! Все девушки наши

уже глаза стерли».