Мария Сидней – С любовью, Джульетты (страница 4)

– Дерзости? – Дана тоже усмехнулась, – В каких словах ты услышал дерзость?

– Я почувствовал, – Джесси уже который раз нагло осмотрел Дану с головы до ног, задержав внимание на голых ногах. Красавицу бесила его невоспитанность. Она хотела быстрее закончить с этим недоразумением.

– Хватит! – повысила голос Дана, – Я не собираюсь тратить на тебя свое время.

– Только что сама задавала мне вопросы, а уже не хочешь разговаривать. Мне не нравятся хочу/не хочу. Будешь так ломаться со своим парнем. Кстати, он у тебя есть?

– Я не собираюсь все это выслушивать, – Дана направилась к выходу.

Джесси засмеялся и опрокинулся назад. Дана оглянулась: ее взбесило, что он развалился на кровати, которая стоит в ЕЕ комнате. Возмущение одолело девушку, и она вернулась на прежнее место.

– Встань с кровати! – потребовала художница.

– Это моя кровать, – парень потянулся, сладко причмокнув, – буду на ней делать, что захочу. Если ты понимаешь, о чем я.

– Она не твоя! На ней должна спать девушка.

– Разумеется, – Джесси лукаво посмотрел на Дану. Она поняла, что он имеет в виду, – но я только приехал и этой ночью хочу поспать один. Хотя ты можешь составить мне компанию. Ты довольно симпатичная.

Дана закипела от возмущения. Какой-то грязный тип разлегся в ее комнате и смеет говорить разные пошлости. Девушка подошла к нему и схватила за рукав, пытаясь поднять с кровати.

– Прошу без рук, красотка. Я не твоя собственность, – Джесси осторожно вырвался.

– Вставай с кровати и пошли к коменданту! – приказала Дана, – Ты не будешь тут жить. Моей соседкой должна быть девушка.

– Видимо, меня за нее и приняли, – спокойно сообщил Джесси.

– Что? – Дана рассмеялась, – Неудивительно, с такими длинными волосами. Лежит тут строит из себя альфа-самца, а самого приняли за девчонку.

Джесси ничуть не задели слова Даны. Он сел на кровати, оперевшись на руки. В его живых карих глазах заиграли огоньки.

– Теперь ты открыто дерзишь, – заметил парень, – но, ничего, мне нравятся дерзкие девчонки.

– Какая я невоспитанная девочка. Ох, постой, – Дана театрально приложила палец к губе, – моя соседка тоже не отличается воспитанностью. Она тоже плохая девочка, не так ли?

– Некоторые думают, что мое имя женское. Видимо, здесь нас распределяли, не посмотрев в паспорт, – разъяснил Джесси, – слушай, я тут подумал, что мне не хочется жить с такой, как ты. Студенческая жизнь должна протекать с удовольствием, а ты мне удовольствие доставить не сможешь. Твой парень, точно, затюкан твоими претензиями. Пилишь его, наверное, каждый день.

– Мой парень самый счастливый на свете, а ты, я вижу, из тех парней, которые обижены девушкой и теперь ненавидят весь женский род. Мне тебя жаль.

На этот раз Джесси не смог сохранить беззаботное выражение лица. Мышцы его лица напряглись, а широкие скулы дернулись. Он злобно посмотрел на Дану. Она тоже не отставала и одарила парня самоуверенным взглядом. Потом Джесси рассмеялся фальшивым смехом.

– Мне жаль твоего парня.

– Я ему передам, – Дана ухмыльнулась, – пошли до коменданта. Он должен во всем разобраться.

Глава 3. В доме с врагом

Говорят, сны отражают то, что человек хочет больше всего на свете. Если верить данной теории, главным желанием Таи было превратиться в амазонку в коротеньком платьице из звериной шкуры и вместе с соратницами брать в плен и пытать любопытных мужчин, которые любили подглядывать за повседневным бытом женского племени.

– Поверить не могу: она спит! – сквозь сон Тая услышала пронзительный женский голос, – Вставай, бездельница!

Тая недовольно цокнула и слегка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть и запомнить, кто прервал ее сон, и потом отомстить. Перед ней стояла стройная загорелая женщина с выжженными белыми волосами. Ее голубые от природы глаза потемнели и злобно сверкали.

– Уже два часа дня, а ты все еще валяешься в кровати, – укорила Таю женщина и стянула с нее одеяло, – чтобы через минуту была на кухне!

Тая сморщилась и отвернулась к стенке. Другого приветствия от строгой мачехи она и не ожидала. Лариса не сказала дочери мужа ни одного доброго слова, а только осуждала и ворчала. С первого дня переезда девушка почувствовала негатив мачехи и решила обходить ее стороной, избегая всякого контакта, но Лариса сама находила поводы для разговора, в основном это были укоры и замечания.

– С приездом, – из вежливости сказала Тая, прибыв на кухню ровно через минуту, – как отдохнули?

– Замечательно, – Лариса сложила руки на груди, – мы прекрасно отдохнули, и я надеялась, что мое прекрасное настроение сохранится и в городе. Увы, оно исчезло.

Тая села за стол, ожидая на завтрак сочную порцию упреков от Ларисы. На кухне были лишь они: Артем Викторович сразу поехал на работу, а Артемка лег спать после утомительной дороги. Тая знала, что, даже если она сейчас не спросит, почему у мачехи испортилось настроение, она все равно об этом расскажет, поэтому девушка набрала в легкие побольше воздуха и приготовилась.

– Не хочешь, спросить, почему у меня пропало настроение? – нахмурилась Лариса.

– Спрашиваю, – пожала плечами Тая. Ей хотелось поскорее все выслушать и уйти на репетицию.

– У тебя глаза есть?

– А Вы считаете, что нет? – издала смешок Тая.

– Видимо, нет!

– Если Вы так считаете, это значит, что у вас нет глаз, потому что мои на месте, а Вы их не видите.

– Ты еще грубишь! – Лариса с яростью бросила кухонное полотенце на стол. Непонятно, зачем она вообще держала его в руках, – Почему весь дом грязный? Ты видела, сколько пыли на первом этаже? Ее там быть не должно.

– А я здесь при чем? – не поняла Тая, – Говорите это Вере.

Ларисе посчастливилось играть в доме роль обожаемой жены, от роли домохозяйки она отгородилась. Все домашние работы выполняла Вера, сорокалетняя горничная, которая приходила раз в два дня и наводила чистоту. Тае нравилась Вера, а той нравилась Тая. Они в первую же встречу почувствовали друг в друге товарищей, которые приговорены к участи выслушивать оскорбления королевы Ларисы.

Тая вдруг подумала, что горничная давно не появлялась в коттедже. Скорее всего, девушка просто не успевала с ней встретиться, потому что все время проводила в студии.

– Вера не должна передо мной отчитываться во время своего отпуска, – не унималась Лариса.

– Она в отпуске? – Тая немного обиделась, что никто ей об этом не сообщил, даже сама Вера.

– Да, я отпустила ее в тот день, когда мы уезжали.

– Почему мне не сказали?

– С какой стати я должна тебе докладывать, когда мои работники уходят в отпуск?

– Потому что я думала, что Вера работает. Если бы знала, что она в отпуске, прибралась бы дома.

– Но ты этого не сделала! – напомнила Лариса.

– Мне еще раз повторить почему?

– Если захочу, то повторишь! Здесь мои правила. Возьми все необходимое в подсобке и прибери дом.

– Я должна быть в студии через час.

– Меня это не волнует. Ты загрязнила дом, ты и убирай.

– В таком случае, приберусь только на кухне и в ванной, потому что в другие комнаты я не заходила.

Лариса вспыхнула, готовая выругаться еще больше, но Тая проигнорировала ее и покинула кухню. Вслед себе она услышала множество оскорблений, но не стала принимать их близко к сердцу. Юная поэтесса чувствовала некий долг за то, что живет в этом месте, поэтому не стала бы закатывать истерики, что не будет прибирать дом, но, когда Лариса приказала ей это сделать, как Золушке, девушка взбунтовалась. Все-таки она живет здесь на правах гостьи, а не в качестве запасной прислуги.

Не лучше день начался и у Даны. Объяснение коменданта по поводу ошибки не было неожиданным: как и предполагал Джесси, его приняла за девушку. Молодой человек прислал заявление на предоставление комнаты в общежитии по электронной почте, на собрание он не явился, поэтому мыслей на счет того, что Джесси Скотт может оказаться парнем, при распределении не возникло. Но не это заставило Дану выйти из себя, а заявление, что свободных мест нет, и, пока они не появятся, ребятам придется жить вместе.

– Да это незаконно! – возмущалась Дана, поднимаясь по лестнице. Она с такой силой ступала по бедным ступенькам, что громкий звук раздавался по всему этажу.

– Что незаконно? – не понял Джесси, спешивший следом за соседкой. Его забавляло, как девушка возмущается: в этом было что-то трогательно детское.

– Что они поселили в одну комнату парня и девушку!

– У тебя проблемы не только с головой, но и со знанием закона? – усмехнулся парень, – В нашей стране не наказывают людей противоположного пола, если они живут вместе.

– Я знаю, – огрызнулась Дана, – ладно, пусть то, что парень и девушка, незнакомые парень и девушка, живут в одной комнате, это законно, но это может привести к незаконным действиям.

– К каким это интересно? – Джесси нагнал Дану, чтобы посмеяться над ее забавным лицом.

– Да ко всяким! – всплеснулась руками Дана и нахмурилась, пытаясь придумать незаконные действия, – Мы будем постоянно шуметь, это будет мешать соседям. Что на это скажет комендант? Да ничего! Потому что он в этом будет виноват.

– Каким образом мы будем шуметь? – парень лукаво взглянул на Дану.

– Таким, что будем постоянно ругаться, – поспешила развеять мечты парня красавица, – ты мне уже противен, что же будет потом?