Мария Сакрытина – Пешка королевы (страница 81)

Я с трудом подавил желание коснуться оникса – последнее время он и правда был на удивление холодным. С другой стороны, в последнее время я мог позаботиться о себе и сам.

– Да. Криденс, ради бога, отстань.

– Руну покажи.

– Ну что еще?

Я вздрогнул, когда он схватил меня за руку и уставился на запястье, где могла бы гореть руна Шериады, если бы меня и правда отравили. Но кожа оставалась чистой.

– Странно… Ты выглядишь совершенно больным, Элвин. Все в порядке?

– Да. Это от волнения.

Криденса моя ложь успокоила. Он вернулся в кресло и улыбнулся.

– Брось, нуклийский бал не так уж страшен. С кем ты идешь?

– Адель, – я потер виски. Не помогло.

– Шэнь? Отличный выбор, она тебя точно в обиду не даст.

– Я сам себя в обиду не дам.

– Да-да, все время забываю, что ты теперь могущественный маг, – рассмеялся Криденс. – Тебе придется танцевать с королевой. Ты умеешь танцевать?

Это заняло куда больше двух часов: Криденс заставил меня сначала показать тот самый поклон даме, потом мы репетировали танец, а после Виета зачем-то углубился в яды и охранные заклинания.

– У нас на балах травят всех и всегда. Смотри, что пьешь, ешь и чем дышишь. Некоторые дамы используют ядовитые духи, да и лорды тоже.

– Зачем? – устало поинтересовался я.

Криденс пожал плечами.

– Мало ли. Причин хватает. Мы в Нуклии, Элвин. Хоть и в Междумирье, но традиции нуклийские. Тут все всех травят. Поэтому, кстати, королева танцует только с братом, секретарем, да вот еще тебе выпала честь. С Повелителем тоже, конечно, но я слышал, что его не будет.

– А почему секретарь? – я потянулся за водой. В горле неожиданно пересохло.

– Почему что? – Криденс, в отличие от меня, пил вино. И умудрялся совершенно не пьянеть.

– Ты назвал брата – конечно, он верен королеве. А секретарь почему? Что обеспечивает его верность?

– А твою? – с усмешкой поинтересовался Криденс.

– Тина.

Мгновение во взгляде Криденса мелькнуло нечто, что я бы не смог описать, даже если бы хотел. Потом он спокойно ответил:

– Нуал верен королеве, потому что без нее не может колдовать. Только не говори, что не знал!

Откуда? В книгах о таком не писали.

– Ты живешь с закрытыми глазами и заткнутыми ушами? – рассмеялся Криденс. – Нуал родился магом и был очень неплохим теоретиком. Я слышал, он до сих проводит эксперименты, но только благодаря милости Сиренитти. Она привязала его к себе, к своей магии. Думаю, этим она спасла ему жизнь.

Я нахмурился.

– А что случилось? Почему он потерял способность колдовать? Слишком много потратил силы на заклинание?

– Ты такой наивный, Элвин! Нуала оскопили. Его собственные братья.

Я подумал, что ослышался. Или неверно понял нуклийский.

– Что?

– Ты все слышал, Элвин. Дом Нуала – чье имя стерто из памяти Нуклия по приказу Сиренитти – отличался весьма жестокими традициями. Даже по нашим меркам. Что произошло, знает только сам Нуал и королева, остальные давно мертвы.

– Боже…

Криденс с такой жалостью посмотрел на меня, будто я был испуганным ребенком, и продолжил:

– Сиренитти всегда относилась к Нуалу с особой симпатией. Она его выходила. Она – отличный целитель, знаешь ли. А потом убила его братьев одного за другим. И прикончила отца, но уж эту-то историю ты слышал.

Я кивнул.

– Но разве… волшебники без магии… Я думал, они обречены.

Криденс поморщился.

– Большинство – да. Сиренитти пыталась исцелить Нуала, но до конца так и не смогла, поэтому привязала к себе. Не как волшебника с печатью, а как равного. У нее бездонный потенциал, она может себе такое позволить. И поэтому Нуал – единственный, кто всегда знает, что с королевой и где она. Но что касается обреченности, тут ты неправ. Например, если ты однажды встретишь толстяка в черном в Нуклии или Междумирье – знай, что это маг, утративший силу. С некоторыми это происходит из-за несчастного случая, а не королевского наказания. Такие при должном уходе выживают. Им разрешается носить черное, и они еще способны пользоваться чужими схемами или написанными заклинаниями, но сам понимаешь, что это за жизнь. В деканате Арлисса таких, кстати, много. Думаю, Сиренитти дала им работу из жалости. Но с Нуалом, как ты понимаешь, история другая. Он все еще маг, но мастером мы его больше не зовем.

Нуал оказался легок на помине и появился как раз после урока с Криденсом. Странно, что он в дверях с Вороном не столкнулся. Королевский секретарь лично привез мне парадный костюм от портного и в ответ на мое приветствие сказал:

– Сиренитти волнуется, что лорд Виета не окажется достаточно убедительным преподавателем. Прости, Элвин, но мне придется тебя проверить.

Я только вздохнул. Голова болела безумно, но приходилось улыбаться и изо всех сил делать вид, что все в порядке.

Нуал тем временем оглядел библиотеку: Ори привел его, как и Адель, ко мне – я же как раз приводил в порядок конспекты.

– Теперь понятно, куда пропали все книги по демонологии из королевского хранилища. А ведь клялась: «Я не трогала!» В глаза мне смотрела, – Нуал покачал головой и рассмеялся.

Я поклонился.

– Ее Величество слишком любезна. Добрый день, мастер Нуал, я рад тебя видеть.

Вряд ли мои слова его обманули.

– Добрый, Элвин. Я тоже рад, ты даже не представляешь, насколько! Я уже лет сто из кабинета не выбирался, – он снова огляделся. – Здесь всегда так жарко?

Я кивнул, не вполне понимая, можно ли жаловаться. Он ведь каждое мое слово передаст королеве.

Нуал округлил глаза.

– Теперь понимаю, почему лорды сюда не очень-то рвутся. Невыносимая духота!

«А может, потому, что их здесь травят?»

– К ней привыкаешь, – солгал я. – Кофе, господин?

– В такую жару? – ужаснулся Нуал. – Благодарю покорно!

– Тогда пройдем на веранду, там прохладнее. И мороженое наверняка тебя освежит. Ори, будь добр.

– Зови меня по имени, Элвин, пожалуйста. А веранда будет очень кстати. – Нуал поймал мой взгляд и снова улыбнулся.

Через пять минут мы уже сидели на веранде и смотрели на вечерний сад. Чем выше поднимались солнца, тем ярче пахли альвийские розы.

– Все как она любит, – пробормотал Нуал. – Даже цветы.

Я улыбнулся. Нуал поймал мой взгляд.

– Сиренитти тебя хвалит. Говорит, твои успехи ошеломляют. Тебя можно поздравить?

– Пока не с чем, гос… Нуал. – Я отвел взгляд, якобы залюбовавшись розами. Если честно, я их уже видеть не мог, в Арлиссе они повсюду! – Чем больше я читаю, тем больше понимаю, сколько еще предстоит узнать.

– И это великолепно, правда? Сколько еще схем можно создать, какими изящными могут быть сложнейшие заклинания, как сделать их проще… Я говорил, что я теоретик?

Я кивнул. Нуал смущенно улыбнулся и продолжил:

– Сиренитти обмолвилась, что казнила при тебе предателей. Она действительно это сделала?