Мария Сакрытина – Пешка королевы (страница 80)

– Я слышала, ты отличился сегодня на занятии, Элвин.

Хэв ухмыльнулся. Адель ткнула его локтем. Хотела незаметно, а получилось наоборот. Зато альв опустил взгляд. Все давным-давно знали (даже я), иногда смотреть на королеву опасно.

– Госпожа, я всего лишь нарисовал схему.

– Какую?

Я замялся. Что она хочет? Чтобы я ее сейчас повторил?

Шериада протянула руку.

– Блокнот, Элвин. Ты же сначала нарисовал черновик, не так ли?

Я достал блокнот и принялся листать, пытаясь найти эскиз, но королева ждать не стала: она буквально вырвала его у меня.

Увиденное ее не порадовало.

– Понятно…

– Миледи, мастер Скен действительно попросил Элвина нарисовать схему. И он сам захотел ее испытать, – сказала вдруг Адель. – Не вина Элвина, что схема сработала.

– Да, Аластер всегда был глуп, – пробормотала Шериада.

– Так вот кто нас учит? Глупцы, – в тон ей произнес Криденс.

Шериада тут же повернулась к нему.

– Что ты сказал?

– Прости, миледи, если тебе неприятно это слышать, – отозвался Криденс. Уверен, не только я смотрел на него в изумлении. Да, Криденс мог говорить за глаза о королеве неприятные вещи. Но не он ли просил меня на Острове вести себя осмотрительно? – Однако этот же демонолог чуть не скормил Элвина высшему демону месяц назад. А сегодня додумался сунуться в его схему, заверяя нас всех, что «она точно не сработает, ведь этот идиот и раньше ничего не умел». На месте Элвина я бы вызвал его на дуэль хотя бы за эту фразу.

Шериада усмехнулась и вернула мне блокнот.

– Куда ты его отправил, Элвин?

– Миледи?

Шериада устало посмотрела на меня.

– О каком месте ты думал, когда рисовал ту схему?

– Эстий, госпожа.

Шериада хмыкнула.

– Правда? Ну, пусть там пока и остается. Сам идиот. Тебе понравился этот мир, как я слышала?

– Да, госпожа.

– Неплохой выбор.

И тут оно началось. Гвардейцы снова возникли из воздуха, а близнецы и еще с десяток волшебников за соседними столами вдруг закатили глаза и забились в конвульсиях. Это было похоже на эпилептический припадок, поэтому я не удивился, когда Фэй, а за ним и другие целители вскочили.

– Сидеть, – приказала Шериада. Ее голос разнесся по веранде, после чего наступила тишина. Такая, что слышно было, как хрипят несчастные. Одногруппники смотрели на них, но никто не пытался помочь, даже когда те один за другим стали падать из кресел на мраморный пол. Прежде белый, он очень скоро окрасился кровью.

– Миледи, пожалуйста! – воскликнул Фэй. В такие моменты он становился на удивление смелым.

– Бесполезно, это цуорка. От нее нет противоядия, и всасывается она быстро, – равнодушно ответила Шериада. Она спокойно попивала кофе и наблюдала.

Все наблюдали. До тех пор, пока отравленные не затихли. Тогда гвардейцы быстро унесли тела, слуги отмыли кровь, а тишина очень скоро наполнилась сначала шепотом, а потом и приглушенными разговорами.

– Что ж. – Шериада с улыбкой посмотрела на наш стол. – Жду вас всех на балу, господа. Друзья моего ученика – мои почетные гости.

– З-зачем? – выпалил я. Меня трясло так сильно, что я начал заикаться. – Эт-то лишь п-потому, что их р-родственники п-пошли п-против тебя?

– Чьи? – нахмурилась Шериада. – А? Да, конечно. Так оно здесь и происходит, Элвин.

– Тогда неудивительно, что против тебя восстают!

Криденс больно ударил меня ногой под столом, но я больше не мог держать язык за зубами.

– Если ты убиваешь невинных людей лишь потому, что в их роду кто-то тебя предал – это же безумие!

– Хватит, Элвин. Тебе не стоит рассуждать о вещах, в которых ты не смыслишь. К тому же, ты портишь своим друзьям аппетит.

– А трупы за соседним столом его не испортили?

– Хватит! – она поймала мой взгляд, и я почувствовал, как онемел мой язык. – Я не учу тебя демонологии. И ты не учи меня, как нужно править. Хорошего дня, господа. Прошу простить моего ученика, он слишком долго общался с Руаданом, а это, знаете ли, развращает.

С этими словами она исчезла – растворилась в воздухе, как и ее гвардейцы за пару минут до этого.

– Боги, Элвин, – произнес Сэв, качая головой. – Это было о-о-очень глупо. Даже для тебя.

Заклятие королевы еще действовало, иначе я бы не смолчал.

«Один выбор», – говорил Антоний. После той демонстрации я понял: вот что ждет Алию. Действительно, только один.

Я вызвал его в Королевские сады сразу после факультативов, ни на одном из которых так и не смог сосредоточиться. Меня еще долго не отпускала дрожь.

– Я согласен.

– На что? – спросил Антоний, оглядываясь. Я, конечно, окружил беседку щитами, на мой взгляд, достаточно надежными. – Что происходит? Что-то с Алианой?

– С ней все в порядке. Антоний, ты предлагал мне, и я согласен.

Он наконец сел и, прищурившись, посмотрел на меня. Видно, что сказанное мной его обрадовало.

– Умница, Элвин. Что ж, смотри, что тебе нужно будет сделать…

Глава 14

За день до бала у меня отчаянно разболелась голова. Мигрень не отпускала даже ночью, я чувствовал ее во сне. Как будто меня самого отравили. Во рту действительно держался стойкий сладковатый привкус, но по сравнению с болью это казалось мелочью.

Я и раньше не раз просыпался с тяжелой головой, но такой сильной мигрени у меня еще не было. Я с трудом мог сосредоточиться, чтобы читать, а от еды меня тошнило.

Обеспокоенный Ори варил укрепляющее зелье, от которого мне становилось только хуже.

Последний вечер с Алией сократился до поцелуя второпях и ее извинения: «Прости, нас совсем завалили работой». Если честно, я вздохнул с облегчением: к тому моменту даже тусклый свет меня раздражал.

Наутро перед балом я с трудом выгнал себя на тренировку. Наверное, зря: пробежка меня чуть не убила. Весь в испарине, задыхаясь, я кое-как приполз в общежитие, где Ори напоил меня тонизирующим зельем. Легче стало, но ненадолго.

– Ты странно выглядишь, – спустя два часа, за завтраком заметил Криденс. Нам предстояло потратить пару часов на изучение нюансов нуклийского праздничного этикета. Я уже изучил книги о нем от корки до корки, и сомневался, что Ворон расскажет что-то новое.

– Давай не будем терять время, Виета. Я буду счастлив, если ты покажешь мне поклон даме перед танцем.

Криденс не ответил. Он подошел ближе и уставился на меня.

– Любопытно… Элвин, а твоя подвеска работает?

Голова снова словно взорвалась от боли – в тысячный, наверное, раз. Я чувствовал себя таким разбитым, что с трудом мог сосредоточиться даже на разговоре. Зачем Криденс пристает ко мне с какой-то подвеской?

– Что?

Он указал на ворот моей рубашки.

– А… – выдохнул я – Да, конечно.

– Уверен?