Мария Сакрытина – Пешка королевы (страница 79)

Адель улыбнулась, и я тут же почувствовал угрызения совести.

– Спасибо. Уверена, это будет не так плохо, как ты думаешь.

Я попытался убедить ее, что ничего подобного не думаю, но она не стала слушать. Допила шоколад, улыбнулась и с достоинством настоящей леди удалилась.

После ее ухода я наконец пообедал и с удовольствием погрузился в демонологию, мир которой мне нравился все больше и больше. Какой там один блокнот! Я два, а иногда и три исписывал только за вечер.

Но о демонологии я могу рассказывать вечно – боюсь, вас это лишь утомит.

Около пяти часов жаркого, душного вечера в Междумирье в библиотеку ворвался Нил. Оттолкнул Ори, сгреб меня за плечи, поставил на ноги и крепко обнял.

– Я боялся, что больше тебя не увижу. Ты мог бы хоть строчку мне написать? Мы же друзья!

Наверное, хотя его забота начинала меня тяготить. Но после Рая мне больше не хотелось терять друзей, поэтому я извинился. И покаянно выслушал все претензии Нила, хоть мне и хотелось попросить его уйти, чтобы я мог вернуться к книгам.

А утром меня дожидалась записка от Тони – я не сразу вспомнил, кто это – с гневным текстом: «Ты разбиваешь сердце моей сестре?! Убью!»

Мое собственное сердце екнуло: я забыл вчера навестить Алию. Что она могла подумать?

Конечно, я тут же бросился к ней – порталом, который Тони, вероятно, с легкостью, перехватил.

– Моя сестра прорыдала всю ночь. – Мы снова были в Королевских садах, но не в ресторане, как прошлый раз, а в тщательно окруженной щитами беседке. – И я не приволок тебя к ней лишь по одной причине – она просила тебя не тревожить. Я слышал, у тебя тоже есть сестра, Элвин. Ты должен меня понимать!

– Слышал? От кого?

Тони только усмехнулся. Впрочем, он сейчас волновал меня меньше всего.

– Алия в порядке? Я сейчас же с ней поговорю, – я встал, но Тони покачал головой.

– Сядь. Поговоришь. Обязательно. Но сначала послушай меня. Повелительница тебе доверяет. Однако если бы ты рассказал ей про Алиану, сестры уже не было бы в живых. Итак, что ты намерен делать?

Я замер.

– А что я могу сделать? Я люблю Алию и хочу ей помочь, но не знаю, как.

– Это же просто, – голос Тони звучал холодно – полагаю, как и у любого нуклийского мага, который взялся бы объяснять новичку вроде меня, как устроен заговор. – Очень просто. В живых останется кто-то один: или Алиана, или Сиренитти.

Наверное, я побледнел, потому что Тони вдруг рассмеялся – обидно и презрительно.

– Не делай такое несчастное лицо, Элвин. Ты не можешь этого не понимать. И так уж случилось, что ты – единственный, кого Сиренитти к себе подпускает. Кроме ее брата и секретаря, но эти двое, увы, преданы королеве, у них нет причин ее убивать. У тебя есть.

– Нет, – сказал я.

Тони поймал мой взгляд и прищурился.

– Значит, умрет моя сестра.

Согласись я с ним, и он убил бы меня тут же, на месте. Но тогда это даже не пришло мне в голову.

– Нет!

– Да. Придется выбирать, демонолог.

– Нет! У меня тоже есть сестра, и если что-то пойдет не так…

– С тобой… Элвин, посмотри на меня. Хватит праздновать труса. С тобой все пройдет как по маслу. Сиренитти тебе доверяет, тебе нужно всего лишь кое-что подмешать ей в еду или напиток.

Он говорил про яд. Я пришел в ужас.

– Она же целитель! Она прекрасно разбирается…

– В ядах? О да, конечно. И в этом ее слабость. Есть яд, который смертелен только для нее. Если его по ошибке или по ее приказу выпьешь ты, ничего не случится. Он соединится с ее магией и противоядиями, которые она ежедневно принимает. И лишь тогда превратится в яд. Успокойся, мы все продумали.

– Но она же Повелительница! Ее нельзя так просто убить!

– Тише, – Тони оглянулся, как будто вокруг не было с десяток его щитов. – Да, это ее только ослабит. Тебе даже не придется ее убивать, это сделаю я. Подумай: потом ты и Алиана сможете быть вместе. И с твоей сестрой ничего не случится.

«Да, – думал я. – Мне не придется спрашивать ничье разрешение, чтобы забрать Тину с Острова. И маму. В Эстий, где им ничего не будет угрожать. А новый Повелитель Нуклия будет лоялен к Тони, а значит, к Алие и ко мне».

Но я все же попытался возразить:

– Повелитель демонов предлагает мне покровительство. Если я его приму, я могу забрать Алию, и не придется никого убивать.

Тони отмахнулся.

– Не выход. На тебе будет печать Руадана. И Повелитель ни за что не откажет Сиренитти в такой мелочи, как мятежная девчонка, пусть она и любовница его демонолога. Ты ведь и так будешь у него на крючке. Понимаешь?

Я понимал – отлично понимал, что Тони очень хочется если не примерить Венец, то уж точно встать у руля власти хотя бы в качестве серого кардинала. Как и любому нуклийскому магу.

– Я должен подумать.

Тони снова усмехнулся.

– Естественно. Если бы ты согласился сразу, это бы значило, что ты нас предал. Иди к моей сестре. Успокой ее. Встретимся здесь завтра утром, Элвин. У тебя есть только один выбор, ты очень скоро это поймешь.

Да, я не понимал. Я действительно не понимал, что до этого дойдет, пока не увидел собственными глазами.

Шериада обожает сюрпризы. Особенно это касается внезапного появления: она как будто не понимает, в какое положение ставит окружающих, учитывая ее статус и титул. Я до сих пор не смог смириться с этой ее привычкой.

В тот день королева появилась во время второго завтрака – пятнадцатиминутного промежутка на перекус после занятия перед факультативами. Только что закончилась демонология, и я впервые в жизни ловил восхищенные взгляды одногруппников, и дело было не в том, кто моя наставница, а в том, как много я теперь умел. Прошло всего два месяца, а я уже столько всего знал! У меня было право гордиться.

Я уже вставал из-за стола, – факультативов у меня было больше, чем у остальных, и нужно было торопиться, – когда за спиной раздалось:

– О, нет-нет, Элвин, не так быстро.

Помню, что подумал в тот момент: как может столь сладкий голос так противно звучать?

Мы все, конечно, встали и поклонились, а за другими столами наступила тишина. Кажется, даже птицы в саду замолчали.

– Ох, да ладно вам! – Шериада улыбалась. Ветер взметнул розовые лепестки и, словно так и было задумано, на мгновение окружил ими королеву. – Я просто решила навестить моего ученика. Разве ваши наставники так не делают?

Она села в свободное кресло, и тишина тут же наполнилась разговорами. А я невольно заметил, как за соседним столом двое близнецов – теоретик и боевой маг – побледнели и вскочили. Как по волшебству за их спинами возникла стража. Близнецы переглянулись и опустились обратно в кресла.

Я знал про них только то, что они – задиры, золотая молодежь, младшие сыновья из какого-то высокого нуклийского Дома. В первый месяц они не раз пытались меня проклясть, но сейчас мне неожиданно стало их жаль.

Что все это значит?

Похожая картина происходила за еще тремя-четырьмя столами.

Шериада тем временем с улыбкой оглядела нашу группу. Криденс посмотрел в ответ спокойно, с решимостью человека, которому нечего терять. Нил неестественно выпрямился. Адель, не отвлекаясь, сосредоточенно нарезала мясо на слишком уж мелкие кусочки. Альвы вели себя как обычно: Фэй сжался, Хэв пытался закрыть его от королевы. Только Наила вертела в руках бокал и мечтательно смотрела на небо.

А Сэв прожигал королеву взглядом, полным обожания.

– Твое Величество!..

– Нет, Сэврорий, я не отменю наказание. Неделю еще подождешь, – отозвалась Шериада, наливая себе сок.

– Миледи, это жестоко! – воскликнул Сэв.

Шериада повернулась к нему.

– Жестоко – это то, что творит ваш придворный маг. Я все еще жду, когда мне его выдадут. И я все еще жду, когда ты отправишь письмо отцу с моими требованиями, Сэврорий. Ты точно хочешь поговорить о жестокости?

В ее голосе стыл лед, но Сэв лишь театрально вздохнул.

– Как прикажешь, миледи.

Шериада с улыбкой повернулась ко мне.