Мария Сакрытина – Мой парень дышит огнём (страница 60)

И вдруг до меня дошло.

– А что с вашими ошейниками?

Драконы переглянулись.

– А что с ними? – уточнил Фирр.

– На них дополнительные плетения, как те, которые я сняла с твоего. Мне казалось, это у тебя ошейник бракованный, мало ли, бывает. Но… – Я оглянулась. – Да, всё верно. У вас у всех такие. Это странно. Верховный маг в курсе?

– Ты нас спрашиваешь? – Крес смерил меня взглядом исподлобья.

– Ну да, извини. Завтра сама у него спрошу.

– Ты смотри, какие она слова знает! – фыркнул Крес. – «Извини», «пожалуйста».

Фирр его шутку не поддержал. Он внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Эля, было бы неплохо, если бы никто, тем более Верховный маг, не знал, что ты была здесь.

– Кстати, об этом…

– Я же говорил, она всё расскажет, – перебил Крес и подался вперёд. – Ну и что ты тогда будешь делать, Фирр?

– Кто так поступил с Рью? – перебила я.

Драконы переглянулись. Фирр улыбнулся – помните, я говорила про драконью улыбку, это не то же самое, что человеческая.

– Эля, ты не хочешь этого знать.

– Да нет, хочу. Кто этот маг? Вы не можете подать жалобу, но я могу, а учитывая, что он едва не довёл дракона до смерти, его вышвырнут из питомника в тот же день.

Драконы снова переглянулись.

– Она и правда чокнутая, – с обидным смешком сказал Крес. – Жалобу она подаст. Ну да.

– И подам. С менталкой в качестве доказательства. – Я встретилась с Фирром взглядом. – Поэтому я скажу, что сама сюда пришла. Тут артефакторов больше нет, никто не знает, как мы работаем, так что поверят. Объясню, что почувствовала ментальный артефакт…

– Слушай, ведьма, думаешь, мы не знаем, что ты в этой вашей иерархии в самом низу? – перебил Крес. – Тебя и слушать не станут.

О, ну да, огненные драконы – и их зацикленность на иерархии.

– Станут, ведь это нарушение закона, – начала я, но теперь меня перебил Фирр.

– Эля, законы написаны для людей. Если бы это произошло с тобой, так, наверное, и было бы. Но мы драконы.

– Вот именно! Вы деньги, Фирр, собственность государства, и кто-то чуть было не лишил питомник кругленькой суммы. Верховный маг не может закрыть на это глаза.

Фирр нахмурился, а Крес фыркнул.

– Да скажи ей. Она всё равно не захочет на него стучать.

Фирр ответил ему что-то неразборчивое на дракко. Я подождала, и он повернулся ко мне.

– Господин Нордин. Наставник Рью.

Я подумала, что ослышалась.

– Нордин? Берт… Нордин?

Фирр кивнул. Крес подался вперёд и потянул носом, словно хотел запомнить запах моего разочарования.

Берт, у которого драконы не чувствуют боль так, как люди. Берт, потерявший сестру.

– Ну как, ведьма? Всё ещё хочешь поговорить с Верховным магом? – поинтересовался Крес минуту спустя.

Я взяла себя в руки.

– Разумеется. Ведь это должно прекратиться.

Рью вздохнул во сне, драконы посмотрели на него.

– Не прекратится, – припечатал Крес. – Нужен кто-то влиятельнее тебя, ведьма.

– Меня зовут Эля. И если уж на то пошло… Знаете самую крупную горнодобывающую компанию Каэлии?

Драконы знали.

– Её возглавляет мой отец.

Крес замолчал. В его взгляде даже мелькнуло уважение – ведь по драконьей логике я только что поднялась со дна иерархии примерно на её середину.

– И я никому не скажу про ваши артефакты, – добавила я. – И спрашивать, откуда они, не буду. Я понимаю, что вы украли их у какого-то мага. Возможно, наставника. Или такого же артефактора, как я. Ладно, это не моё дело. Никто не узнает, я солгу, решат, что я прошла мимо охраны вот с этим. – Я достала свою ключ-карту. Доступ на ней был пониже чем у той, что у Фирра, но в «драконий» сектор у меня пропуск тем не менее был. – Мне поверят, потому что большинство защитных заклинаний сработали бы на драконе, а я человек. К тому же никто в здравом уме не решит, что мне помогал дракон, верно?

Крес дёрнул щекой, словно сдерживая улыбку. Фирр вздохнул.

– Хорошо. Если такова твоя плата…

– Это не плата, это просто должно быть сделано. А что, если в следующий раз ты не сможешь меня найти? А что, если тебя поймают по дороге? Что, если я уеду, и тогда это повторится? Это же повторится, ты сам понимаешь.

Фирр спрятал взгляд. Он наверняка верил, что да, повторится. Но не верил, что моя жалоба поможет. Или – что я собираюсь её подать. Наверное, решил, что утром я расскажу дежурным магам о том, как драконы держали меня всю ночь в заложниках. Даже почти не совру.

– Если это не плата, то что ты хочешь взамен? – спросил Крес.

Я удивлённо посмотрела на него.

– Ничего.

– Ничего, – повторил он. – Маг помогает. И ничего не просит взамен. Ведьма, ты издеваешься?

– Нет. – Я взглянула на Фирра. На этот раз он взгляд не отвёл. – А что. вы думали, я попрошу?

Крес обидно усмехнулся. А Фирр ответил:

– Мои артефакты.

– Да. Невидимка и правда хороший актив. Но кажется, тебе он нужнее.

– Серьёзно? – бросил Крес. – Ну допустим, и почему же ты тогда помогаешь? А, я понял. Награда. Верховный маг, разумеется, тебя наградит, когда ты предъявишь ему ментальный артефакт и объяснишь, что спасла дракона. Так ты думаешь?

Я с улыбкой покачала головой.

– Нет, конечно. Просто я видела, как умирают с включенной менталкой. Берт, наверное, не знал, что будет. Я не хочу думать, что он знал. Вряд ли он считал, что его действия приведут к смерти.

Крес выразил своё недоверие красноречивой усмешкой. А Фирр сказал:

– Для вас мы вещи. Вещи не умирают, только приходят в негодность.

– Да. Или звери. – Я огляделась. Впрочем, за спинами драконьего караула мне почти ничего не было видно. – Только это неправда. Да, нам рассказывают, что настоящие драконы вымерли пять веков назад. Что полукровки неразумны, что вами управляют инстинкты, а не здравый смысл. Что мы делаем вам одолжение, когда воспитываем и запечатываем, потому что если снять с вас печать, вы звереете. Я думала, так и есть. Иннар мне говорил… Но я думала: это он такой, везде же есть исключение, и всё-таки наполовину он человек, на лучшую свою половину. Да, иногда он ведёт себя странно, по-драконьи, но в основном… Мы договорились. Я бы не смогла договориться со зверем. Но это Иннар. Когда я шла сюда, я понимала, чем рискую. И потом я подумала, что это ничем не лучше клетки с бешеными псами. Только псы бы меня загрызли. И не стали бы рисковать собой даже ради собрата. Не доверились бы магу. Да, вы не люди, но уж точно не звери. Мне кажется, это мы очень стараемся сделать вас зверями, но даже у нас это не получается. Ведь, чёрт возьми, это даже не рабство, это хуже. Так не было во времена Драконьей эпохи. Драконы так с нами не поступали. В конце концов, они с нами договаривались, да, с позиции силы, да, о девственницах – или о чём там? Но мы теперь… Это неправильно – то, что мы с вами делаем. Так быть не должно.

Я замолчала, опустила голову и спрятала лицо в ладонях. Осознание обрушилось на меня внезапно, я была не готова. Ведь это длится уже пять веков, и так легко сделать вид, что всё в порядке, всё верно. Мне действительно очень не хотелось знать, что я сейчас сижу среди зала, полного, по сути, детей, самых старших из которых вот-вот отправят в армию или продадут, чтобы маги использовали их как живые батарейки. А может, приготовят к спариванию с такими же детьми, только девочками, которые умрут после родов. И все вокруг считают это нормальным. И я считала это нормальным.

– Она хоть не заразная? – поинтересовался вдруг Крес.

Фирр, смотревший на меня, пробормотал:

– К сожалению, нет.

Потом мы замолчали и просидели так до конца часа. Я уничтожила вторую силовую линию. Крес растянулся на полу, зевнул во весь рот, снова показав мне зубы, и наконец отвернулся. Наверное, заснул.