Мария Сакрытина – Мой парень дышит огнём (страница 47)

Мы вышли во двор, очень напоминающий тюремный, как в фильмах – пустое пространство, огороженное высокими стенами и колючей проволокой. Растений здесь не было, да и быть не могло: пол устилала каменная плитка, покрытая на человеческом плане краской с обозначениями, куда можно ходить, а куда нельзя, а на магическом – формулами, написанными кровью.

Мой провожатый двигался строго по обозначениям, и я невольно подстроилась под его шаг. Вокруг было пусто и ненормально тихо.

Маг попытался представиться:

– Меня зовут Лукас…

Вот и всё, что он успел сказать – нас буквально оглушила сирена.

С магом моментально произошли разительные перемены. Лукас посуровел, толкнул меня к стене – под защиту не то заклинания, не то каменного навеса, и приказал ждать здесь. Двор к тому моменту наполнился людьми – волшебниками вперемешку с солдатами. Ходили они строем, но очень шустро, целенаправленно, и Лукас к одной из таких групп присоединился. Я сперва подумала, это что-то вроде учебной тревоги. Но потом заметила, что все на самом деле куда-то спешат, и двор просто пересекают, причём строго по обозначениям. А ещё – на магическом плане творится какая-то фигня, и явно по моей части. Другими словами, магические линии дрожали, переплетались и меняли расцветку в очень знакомом танце, громче слов свидетельствуя: кто-то накосячил с электричеством и защитой. На человеческом плане это выглядело проще некуда: во всём секторе погас свет.

Я прислонилась к стене, достала из сумки блокнот с ручкой и принялась набрасывать черновой рисунок формулы, которая при большой удаче всё исправит.

Двор тем временем внезапно опустел, сирена смолкла. Снова стало ненормально тихо, только кровь в ушах стучала от волнения, да звенели на магическом плане силовые линии, которые отчего-то никто и не думал чинить.

– Простите, вы артефактор?

Я подняла взгляд от блокнота. Передо мной стоял молодой теормаг, не Лукас – этот был белесым блондином, из тех, что очень быстро краснеют по любому поводу. Форма на нём сидела криво, а на пухлом лице застыло выражение отчаяния.

– У меня урок через полчаса, а проектор снова не подключается к генератору, что-то с системой автономного обеспечения… Я не знаю, – сокрушённо вздохнул маг.

Я огляделась – Лукаса нигде не было. Он сказал ждать здесь, и Иннар ещё дома сто раз повторил, что я должна, прямо-таки обязана делать в питомнике то, что мне говорят – из соображений безопасности, что бы это ни значило.

Но разве не работать я сюда приехала?

– Показывайте ваш проектор.

Учебная комната в питомнике напоминала мой класс в старшей школе – те же двенадцать парт по три в ряд, электронная доска, проектор отечественного образца. Только окна здесь были забраны решётками, противопожарная защита стояла такая, что мама не горюй, а к партам крепились толстенные цепи.

– Ого, – пробормотала я, не в силах отвести от них взгляд.

Сплав у цепей был, как у ограничителей, и заклинаниями от них прямо-таки разило.

– Вот, куда-то сюда нужно подключать. – Теормаг показал на розетку в углу. – Но я подключаю, и ничего не происходит!

Я отвлеклась от цепей и взглянула на проектор.

– А пинать не пробовали?

Проектор висел на потолке – тонкий блин с мою ладонь. И драматично посвистывал.

– Вы издеваетесь? – простонал маг.

– Да если бы. Смотрите…

С проекторами этой модели пинок помогал лучше всего – главное, от души и строго в центр. Но снимать конкретно этот с потолка было бы глупо, так что я запустила в него заклинанием – как огненным сгустком в сетевой игре, только без огня. С третьего раза попала. Проектор подключился к генератору, фыркнул, ожил, и по всему классу развернулись голографические экраны с логотипом Южного питомника.

– Магия! Кстати, я Эля. Из столичной академии.

– Практикантка? – удивился теормаг. И представился: – Матте́о Што́рхваст. Оттуда же. – Потом опять: – Кому вы так насолили?

Маттео был забавным толстячком. В питомнике он работал третий год и думал увольняться, потому что «эти драконы просто звери!» А тревога, вроде той, что случилась недавно – то есть, по уставу, внештатная ситуация – последнее время стала делом обычным. Оказывается, здешний главный артефактор как ушёл на карантин во время недавней вспышки астарского вируса, так с него выходить и отказался. Наверное, тоже драконы достали. А ещё постоянные переработки и тяжёлые условия – опять же, чёртовы драконы!

Я покивала, потом уточнила, где могу найти Эрика Хоффтера. Маттео сначала ответил, потом испугался и предложил проводить обратно во двор, где меня должен забрать провожатый, потому что девушкам не стоит ходить по питомнику в одиночку.

– Идёмте, идёмте, – причитал Маттео, – у меня урок через десять минут, не надо, чтобы вас здесь видели, я же их потом не успокою! Ах, запах, ваш запах, чёрт!

Я заверила, что прекрасно помню дорогу и доберусь до двора сама. Маттео всё-таки проводил меня по коридору до крыльца и убежал, наверное, проветривать класс. Я встала обратно под навес, украдкой понюхала запястье. От духов, конечно, остались одни воспоминания. Вдобавок было жарко, а я вспотела, ещё пока ехала во внедорожнике.

М-да, меня предупреждали, что практика в питомнике – это вам не в столичном архиве с куратором флиртовать. Но никто не сказал, что придётся ждать одной непонятно чего.

Было скучно. Минут через десять – по ощущениям, ведь планшет у меня забрали, а наручные часы были где-то в сумочке – я решила, что про меня все забыли, и надо искать дядю Эрика самой. Направление мне известно, Маттео проговорился, где находится нужный кабинет. Ну вот, значит, разберусь.

И я пошла разбираться.

Света во всём секторе по-прежнему не было, как и надежды на то, что лифт работает. Я прикинула, где может находиться лестница, и направилась туда – Маттео же сказал, что Эрик работает в главном здании на третьем этаже. Как ещё мне туда попасть?

Я шла, наблюдая за танцем силовых линий – они особенно в районе проводки с ума сходили. М-да, если главный артефактор не вышел на работу, то это, конечно, облом для всего питомника. Но не может же один маг отвечать за всю технику в секторе? Что стало с его рабочей группой, и почему они ни черта не делают?

Потом мне стало не до того – меня осенило. Формула, которую я сочиняла перед появлением Маттео, наконец обозначилась, эффектная в своей простоте. Только применять её надо было не посреди коридора, а в техническом помещении. Я остановилась, огляделась, круто повернула и пошла туда, где силовые линии были толще всего. Раз там средоточие магии, значит, там генератор, а раз там генератор, то там и артефакт – значит, мне точно туда.

То, что я нахожусь в драконьем питомнике – то есть буквально в месте живых ходячих генераторов – меня ничуть не смутило, да-да, я идиотка.

И запах дыма тоже не смутил: чего я только не нанюхалась, пока жила с Иннаром, дым давно ассоциировался у меня с ним, а значит, с уютом, защитой и теперь ещё жаркими объятьями.

А также эта дверь никогда не должна была открыться, если бы не «внештатная ситуация». На такой случай её защищала магическая формула, но я же увлечённый артефактор, к тому же не самый слабый. Я её стёрла, отметив мимоходом, что «ой, тут что-то было, но, наверное, неважное».

За дверью – закономерно, чёрт возьми, но лично я очень удивилась – обнаружились те самые живые ходячие генераторы, а именно драконы.

Двенадцать штук. Пятнадцатилетние парни, как Тео – такого же, кстати, размера. Подозреваю, они должны были идти в какой-то класс, когда эта самая «ситуация» всех застала. Почему с ними не оказалось сопровождающего мага – да чёрт его знает, может, так и надо, потому что та дверь, которую я успешно открыла, им бы не поддалась, как, кстати, и защитная формула, которой уже не было. Наверное, им тоже приказали ждать неизвестно чего.

В первую секунду мы просто уставились друг на друга. Я – и двенадцать драконов.

Глава 21

Двенадцать драконов и я.

Чтоб вы понимали расклад сил – я была для них посторонним магом, то есть не имела доступа к их печатям и ошейникам. И это были уже, можно сказать, взрослые драконы, выпускники, а не дети с крыльями.

Дверь за моей спиной с тихим щелчком закрылась.

И не открывалась, когда я, культурно извинившись, попыталась выйти.

Самое забавное – мне совсем не было страшно. Даже когда они меня окружили. В них во всех было что-то от Иннара – кроме рыжих волос и чешуи, а ещё этот запах, по которому я уже скучала, м-м-м!

Потом помолвочный браслет, куда я прикрепила заклинание против драконьего дурмана, завибрировал, и до меня дошло, что происходит. Этот, короче, гон.

«Элька, ну ты и дура!» – билось в голове, пока я, оцепенев от шока, отстранённо наблюдала за происходящим. И прекрасно – о, как прекрасно! – понимала всё, что происходит, когда их вожак (а у огненных драконов он есть всегда, у них очень чёткая иерархия, это я ещё до Иннара знала) вполсилы толкнул меня к стене.

У него огонь горел в глазах, и это было совсем не как у Иннара. Это был жестокий огонь, от меня бы потом мало что осталось. Иннар рассказывал, как это можно сделать даже с хозяйкой, когда она приказывает заняться с ней сексом. Потому что дракон тут он, и он сильнее, а она плавает в дурмане чар, и ни черта не соображает, и с ней в этот момент можно делать всё, что захочешь.