Мария Рутницкая – Третий шанс (страница 4)

– Саня, давай к столу, – мама берет инициативу в свои руки, – сегодня твой любимый грибной суп, и он сейчас остынет. Все разговоры и новости – за столом, а лучше – после.

Мы проходим на кухню. Она у нас большая и светлая, впрочем, как и вся квартира. На окне веселые желтые занавески. На стенах – наши с мамой поделки. Вышивки, рисунки, аппликации и другое рукотворчество. Мы с ней часто что-нибудь такое ваяем. С удовольствием втягиваю грибной аромат и сажусь на свое место у стола.

Мама ставит передо мной исходящую паром деревянную хохломскую миску. Да вот, такая у меня причуда – обожаю есть суп из деревянной посуды. Эта любовь проснулась во мне лет в шесть. После единственного похода, в котором мне удалось побывать. Мама тогда еще работала не вместе с папой его помощницей и секретарем, а в другой инженерной фирме. И вот там директор был просто помешан на выездах на природу. Правда, они были только для взрослых. А тут вдруг почему-то решили сделать грандиозное мероприятие и разрешили брать с собой и детей. Вот там-то мы и встретились. Я и деревянная большая тарелка ухи. Говорят, меня от нее не могли оторвать никакими силами. Я съела две добавки и напрочь отказывалась возвращать посуду обратно. Согласилась расстаться с полюбившейся миской только после торжественного обещания папы купить мне такую же. И вот мы до сих пор с ней вместе. А директор, видимо, впечатлившись творившимся дурдомом, мероприятия с участием малышни больше не проводил. Да потом и мама оттуда уволилась.

От медитации над тарелкой меня отвлекает папа.

– Санюш, я тут посмотрел твои результаты на пробниках и знаешь, я впечатлен, – папа делает торжественную паузу и продолжает, – «Математика» – 100, «Информатика» – 98, «Русский» – 92. Я, конечно, всегда знал, что ты – талантище. И это – закономерный результат.

Я начинаю улыбаться, глядя в сияющие гордостью за меня глаза родителей. Очень приятно слышать такое. Но я-то знаю, что особых талантов у меня нет. Есть просто любовь к цифрам и логическим задачам. А также много свободного времени, которое я трачу на учебу. Или на чтение. Ведь больше его особо некуда употребить – гулять или в гости зовут меня очень редко. Друзей почти нет. Именно поэтому я так обрадовалась тому приглашению в парк, дура.

Соцсети я не веду. Кому интересно смотреть или читать про такое странное существо, как я? Да и стесняюсь, если честно. Один раз попробовала выложить фотку, так столько насмешливых комментариев прилетело, что больше не рискую. Откуда комментарии? Да я пригласила в друзья тех же Наташку, Катьку и Виолу. А они рассказали о моей проснувшейся активности каким-то своим знакомым. Ну и пошло-поехало. Вот мне бы еще тогда задуматься да бабушку послушать! Так ведь нет, я же самая умная. И в людях отлично разбираюсь. Угу. С таким-то богатым опытом общения в полтора человека. Ну вот зато теперь получила по полной. Да ладно, чего уж теперь!

– …летом! – слышу я довольный мамин голос и понимаю, что опять слишком глубоко ушла в свои мысли и все прослушала.

Жалобно смотрю на маму. Она показательно тяжело вздыхает и повторяет сказанное для нерадивой дочери:

– Нам с папой в качестве премии дают путевку на море летом. Помнишь тот шикарный отель, с которым мы носились два года назад? Его изначально планировали оставить у нашей фирмы в собственности для отдыха акционеров и руководства.

Я вспоминаю безумно красивые макеты летящих белых зданий в окружении сосен, голубые глаза бассейнов и шикарный вид на море, который предполагался при выходе на просторные балконы-террасы. Смотря на них, буквально чувствуешь лицом морской бриз и соленый запах. Восторженно киваю.

– Так вот, – продолжает мама, – его должны сдать этой весной. А летом мы туда все вместе поедем на целых две недели. Чтобы, как сказал наш гендир, на месте оценить все, что мы тогда напридумывали.

Радостно вскакиваю и бросаюсь обниматься с родителями, поздравляя с такой высокой оценкой их работы. Вот кто на самом деле талантище, а отнюдь не я. Боже мой, как же я люблю море! А побывать в таком отеле – вообще мечта. И самое главное, в таких местах отдыхают люди, которые ценят чужое личное пространство. Там никто не будет навязываться со знакомствами, если ты этого не хочешь. Или смеяться исподтишка над тем, как ты выглядишь. Или хотя бы не будут делать это в твоем присутствии. А уж то, что опять буду отдыхать вместе с родителями, так это еще лучше.

Невольно с содроганием вспоминаю прошлогоднюю свою попытку самостоятельного отдыха. Кстати, и там без моих заклятых подружек не обошлось.

***

Год назад

– Ура! Ура! Меня отпустили! – от Катькиного счастливого визга закладывает уши.

Она размахивает телефоном, на котором только что прочитала какое-то сообщение. Наташка тоже радостно взвизгивает и кидается обниматься, по пути чуть не сбивая меня с ног своим школьным рюкзаком. На нас начинают оглядываться, не понимая причин столь бурного восторга. Дело происходит в школьном скверике. Только что закончился шестой урок, и разновозрастного народа тут еще полно. Но моих подружек никогда не смущали подобные мелочи.

Замечаю Виолу, которая как раз выходит из высоких дверей и направляется к нам. Вот она все отлично понимает, и у нее на лице появляется довольная улыбка.

– Ну что, едешь с нами? – на самом деле, это уже не вопрос, а утверждение.

Катька в ответ радостно кивает несколько раз. После этого взгляды трех пар глаз требовательно устремляются на меня, заставляя неуютно ежиться.

– А ты? – суровым голосом спрашивает Наташа.

Куда только делась та восторженная девочка, которая только что прыгала и хлопала в ладоши. Я тяжело вздыхаю и отрицательно мотаю головой.

– Почему? – в беседу вступает Виола, а это уже тяжелая артиллерия. – Ну сколько можно цепляться за мамину юбку? – чугунным ядром летит в меня следующий вопрос.

Предупредительный выстрел, блин. Ну вот как им еще объяснить, что я не хочу ехать в спортивный лагерь? Где я и где спорт? Мы же вообще не совместимы. Пытаюсь снова донести эти мысли до одноклассниц. Не-а. Не хотят даже слушать. Начинают выкрикивать наперебой, не давая вставить слово.

– Никто не заставит там тебя убиваться на спортивной площадке! – Катька.

– Я тоже вообще ни разу не спортсменка, – Виола.

Ага-ага. А то, что она уже пять лет бальными танцами занимается – это, конечно, не в счет.

– Ты представляешь, какие там клевые мальчики! – Наташка.

А вот это для меня особенно ценный аргумент. Догадалась, чем завлекать. Я теперь тем более не соглашусь. Наташка тоже понимает, что ляпнула что-то не то и пытается исправить положение:

– Ну Сашенька, ну давай, ну пожалуйста. Ну это же последние летние школьные каникулы. Когда еще получится отдохнуть вот так всем вместе, – давит она мне на совесть.

И я понимаю, что не смогу отказать. Опять. Ведь они мои единственные подруги, не считая Соньки. Но она все-таки сестра, так что это немного другое. В итоге соглашаюсь, втайне надеясь, что родители меня не отпустят. Надежды не оправдываются. Мама с папой довольно улыбаются, услышав вечером мое невнятное блеяние насчет поездки в лагерь с девчонками, и сразу же дают добро.

И вот июль. Солнце. Жара. Мы на месте. И пока это место мне нравится. Территория у лагеря большая. Высокие сосны дают и тень, и совершенно неповторимый запах. Девчонки всю дорогу вспоминали, как классно они отдыхали тут в прошлом году, и теперь я немного представляю, где тут что находится. Кажется, если пойти вон по той дорожке, то можно выйти к песчаному пляжу на берегу речки. Надо будет вечером обязательно туда сходить.

Нам выдают ключи от домика, он как раз рассчитан на четверых. Гоню нехорошие мысли, что именно поэтому на моем присутствии так настаивали, чтобы не подселили кого-нибудь чужого. Про противную прошлогоднюю соседку я тоже уже в курсе. Мы размещаемся достаточно комфортно. В нашем временном жилище собственный санузел и две комнаты. Первая сразу при входе. В ней находится стол, стулья, небольшой холодильник и даже чайник. Все скромное, но чистое и новенькое. Приятно. Вторая комната расположена вагончиком, и там, естественно, спальня. Четыре кровати вдоль стен, тумбочки и шкаф под одежду. Два окна делают помещение светлым и уютным. Яркие голубые занавесочки разбавляют медовый цвет стен. Пахнет деревом и дышится легко.

Подхожу к кровати, которая стоит слева у окна. Мне она приглянулась больше всех. Наташка недовольно вздыхает, но ничего не говорит, хотя и смотрит жалобно. Но я не ведусь. Сама виновата. Вошла первая и слишком долго выбирала, куда примоститься. В итоге, получила место около двери.

Когда вещи почти разобраны, в дверь заглядывает высокая блондинистая девчонка, и мои соседки с радостными возгласами бросаются к ней.

– Анька, ты тоже приехала! Классно! – Катька виснет у гостьи на шее.

– Это с ней мы жили в прошлом году, – поясняет для меня Виола, – Саша-Аня, Аня-Саша, – знакомит она нас.

Видимо, перестав быть соседкой, «приставучая зараза», как называла ее всю дорогу Натка, моментально превратилась в лучшую подругу и классную девчонку. Вот это метаморфозы! Аня равнодушно осматривает меня сверху донизу и, не найдя для себя ничего интересного, поворачивается к моим одноклассницам. Вновь расплывается в улыбке и восторженно произносит: