Мария Рутницкая – Подруга из зеркала, или Подстава от пра…бабки (страница 4)

– Но решать исключительно тебе, – вновь послышался тихий голос, противостоять которому Золотова уже не могла, да и не хотела – решение было принято.

– Я согласна. Что для этого обряда нужно?

– О, к счастью, ничего сложного, – проговорила Есения и, внимательно взглянув на взволнованную Ксению, успокаивающе улыбнулась и с ласковой поддержкой произнесла, – поверь, ты все делаешь правильно.

Ксения кивнула головой и принялась выполнять все то, что ей начало перечислять ее отражение.

ГЛАВА 2. Новая реальность

Последнее, что увидела и запомнила Ксения, прежде чем погрузиться в какой-то серый вязкий туман, были горевшие торжеством глаза, так похожие на ее собственные.

– Приснится же такое, – проворчала девушка, пытаясь окончательно проснуться и чувствуя себя почему-то не в своей тарелке.

Она потянулась, надеясь стряхнуть сонный морок, но тело ощущалось как будто чужим и шевелиться было трудно. Кроме того, она с недоумением ощущала, что лежит на чем-то твердом, что никак не могло быть ее привычной постелью.

– Я что, около кроватки Оксанки на полу заснула, что ли? – мысли были тоже какими-то вялыми, и реальность никак не хотела становиться на привычное место.

Даже когда Ксюша открыла глаза, ей показалось, что она продолжает спать. Она действительно лежала на полу и, вроде бы даже узнавала обстановку своей комнаты, но что-то было не так. «Точно! – сообразила, наконец, Золотова. – Вся обстановка как будто перевернута симметрично, как будто… Отражение в зеркале?».

– Этого не может быть, – пробормотала девушка, – неужели это был не сон и обряд сработал? И теперь я… в зеркале?

С трудом поднявшись на ноги, она огляделась по сторонам. Да, комната была ее – вон кровать, вот шкаф и небольшой журнальный столик рядом, который Ксюша планировала убрать, как только Оксанка начнет ходить. И вдруг до девушки дошло, что ее так напрягало все это время – в комнате отсутствовали и окна, и двери…

– Потому что они не отражались в зеркале, – в ужасе прошептала осознавшая всю глубину проблемы Ксения и бросилась к предмету, на который она сейчас возлагала главную и единственную надежду – зеркалу.

Осторожно выглянув за край рамы, она встретилась глазами с собственным отражением. Или теперь отражением стала она, Ксения? «Господи, как бы крышей не поехать от таких метаморфоз», – мелькнула паническая мысль.

– А вот и ты, – удовлетворенно произнесла Есения, улыбаясь перепуганной собеседнице, – ну, чего ты такая встрепанная? Все у нас получилось, как ты и хотела. Я тут решаю твои проблемы, а ты месяц отдыхаешь, наблюдаешь и учишься. А в следующее новолуние вернешься обратно.

– Здесь все так странно, – задумчиво проговорила Ксюша, немного успокоившись после слов девушки за стеклом.

– Ничего, привыкнешь, – хмыкнула та.

– Слушай, а я могу подходить к зеркалу, когда ты в него не смотришь? – решила задать наиболее важный для нее сейчас вопрос Золотова.

– Конечно, – утвердительно кивнула головой собеседница, – тебя, кроме меня, никто все равно не увидит. Ну ладно, некогда мне с тобой тут болтать, пойду твою личную жизнь налаживать – слышишь, твой муж все-таки решил вернуться и, наверное, готовится к скандалу и выяснению отношений. Но мы сейчас его удивим.

Проговорив все это и не дожидаясь Ксюшиной реакции, Есения легко поднялась с пуфика и исчезла из поля зрения растерянной девушки. Что там происходило, Ксении было неведомо, но результат она смогла наблюдать в скором времени. Улыбающийся Сергей появился в комнате и, рухнув на кровать, с огромным облегчением прошептал:

– Ну, слава богу, Ксенька все-таки решила за ум взяться! Как же здорово! Молодец она у меня.

И даже раздавшийся в этот момент громкий плач Оксаны не испортил мужу настроения. Все так же улыбаясь, он встал на ноги и проследовал в детскую, откуда вскоре донесся его ласковый голос, которым он явно пытался успокоить дочку. Ксюша же не находила себе места – слышать плач своего ребенка и не быть в состоянии подойти к нему – это же просто мука! Похоже, этот месяц будет тем еще испытанием! Но выбора все равно не было – придется терпеть и ждать. Зато впредь наука будет – никогда она больше не поведется на кажущуюся простоту решения!

Следующий месяц был для Ксюши чрезвычайно трудным. Она практически все время проводила около зеркала, пытаясь хоть немного быть в курсе событий своей семьи. Методом проб и ошибок девушка выяснила, что она не является отражением в полном смысле этого слова. Она имела возможность становиться отражением, когда этого хотела – например, для беседы с той, что сейчас занимала ее место. В остальное время Золотова могла просто смотреть в зеркальную поверхность, как в окно, оставаясь невидимой для людей с той стороны.

Еще было очень странно не испытывать потребности в еде, воде и вообще в чем-либо, связанном с физиологией. Девушке казалось, что она может даже не дышать, и грудная клетка работает просто по привычке, но Ксении хотелось ощущать себя живой, поэтому она всячески эту привычку поддерживала.

Первую неделю Есения каждый день выделяла время, чтобы рассказать Золотовой, как прошел день, что делала Оксана и как налаживаются отношения с Сергеем. Тот перестал задерживаться каждый день на работе, чаще и охотнее играл с дочкой, больше не ночевал у Пашки и перестал в гневе хлопать дверями.

Правда, как именно Ксюшина замена этого всего добилась, оставалось тайной – в подробности вдаваться Есения не собиралась, ссылаясь на занятость, и заключенная в зеркале ее очень хорошо понимала – сама еще недавно каждый вечер едва добредала до кровати, валясь с ног от усталости. Правда, на взгляд Ксении, выглядела ее заместительница гораздо лучше и свежее ее самой.

Например, сегодняшний их разговор происходил так:

– Ты вообще, что ли, не сходишь с места? – с ехидной усмешкой спрашивала Есения, присаживаясь на пуфик.

– Ну, как там они? – не велась на подначки обеспокоенная собеседница, спеша выяснить, все ли в порядке с самыми дорогими для нее людьми.

– Господи, ну неужели тебе не надоело слушать каждый день одно и то же? – смеялась в ответ временная мама и жена. – У Оксанки вылез еще один зуб, и спит она теперь гораздо спокойнее.

– Приноси ее сюда почаще, – просила Ксюша, умоляюще глядя на свою заместительницу, – я так по ней скучаю, а она так быстро растет.

– Да, да, конечно, – соглашалась Есения, но почему-то каждый раз забывала о своих обещаниях, и обеспокоенная пленница зазеркалья, в основном, могла только слышать голос своей дочурки и да, стоит отдать должное гостье из зеркала, плакала Оксана совсем редко.

– А как Сережа? – состояние мужа интересовало Золотову не меньше, ведь именно из-за их разногласий она решилась на эту авантюру.

– Ой, – легкомысленно махала рукой временная Золотова, – он меня, то есть, прости, тебя, обожает. Постоянно говорит, что только сейчас рассмотрел, какое его жена сокровище. Вот, завтра, кстати, едем к его родителям, они нас в гости позвали.

Ксюша, услышав такую новость, чуть не упала со стула. С недоверием глядя сквозь зеркальную преграду, она в легком шоке переспросила:

– Родители Сергея? Пригласили? В гости?

И ее удивление можно понять – за все время своего замужества, она ни разу не была в гостях у свекра и свекрови по приглашению. Единственный раз, когда ее позвали – это было знакомство. Тогда Сережа решил представить ее как свою будущую жену. Встреча не задалась с самого начала, хотя Ксюша очень старалась понравиться. Но нет. Ей вообще казалось, что Елене Александровне не сможет прийтись ко двору ни одна девушка, настолько она была высокого мнения о своем сыне. А тут вдруг такое!

– А что ты удивляешься? – фыркнула собеседница. – Они меня обожают! А только и надо было часа два по телефону повосхищаться их сыночкой. Да Елене Александровне поддакивать, когда она меня, неразумную, учила обращаться с ее великовозрастным сокровищем. Зато сейчас – мир и благодать!

– Но… Но я же тоже пыталась…

– Чего ты пыталась? – неожиданно зло рявкнула Есения. – Какого фига ты каждый раз нудела, что помощи по дому тебе не хватает? А твои рассказы идиотские, что Оксанка ночами спать не дает? У идеального Сереженьки не может быть замученной жены и орущего ребенка!

– Как же…, – Ксюша растерянно смотрела на разозленное лицо напротив, – но это же правда?

– А кому нужна твоя правда? – презрительно протянула временная заместительница. – Его маменька должна быть уверена, что ты – это лучшее, что случилось с ее сыночком, а не вечный источник проблем и требований.

– Но ведь это же не нормально – вешать все на себя! – пазл в голове Ксении отказывался складываться наотрез.

Есения в досаде всплеснула руками, с возмущением глядя в зеркало, и нравоучительно произнесла:

– Ну вот что ты за дура! Никто и не говорит, что надо все взвалить на себя. Надо, чтобы свекровь так думала!

– Я так никогда не смогу, – расстроенно проговорила Золотова. – Это же постоянно притворяться надо – при муже – одно, при свекрови – другое.

– Вот поэтому ты и сидишь сейчас в зеркале, – сердито прошипела собеседница, резко прекращая разговор и выходя из комнаты.

Ксюше стало совсем не по себе – было ощущение, что происходит что-то непоправимое. И сколько она ни пыталась себя успокоить – ничего не получалось.