Мария Понизовская – Паучье княжество (страница 67)
Анфиса, налетевшая на них сверху, высоко занесла над головой нож. И совершенно недальновидно подставив под удар живот. Она даже не удосужилась подумать, что у приютских тоже могло быть оружие. Хотя, вернее всего, она попросту их недооценила – напуганных, глупых сироток, чудом сумевших избежать казни.
«Всегда подмечай ошибки и используй их вовремя», – любил повторять Володин дадо. Это были хорошие слова.
Все его слова были хорошими.
Лезвие топора вошло в служанкин бок, будто в масло. Удар получился сильным, и Анфиса влетела в стену. Глухой треск прозвучал для Володи что музыка.
Домоприслужница сипло заверещала, а может, то был просто воздух, вышедший из грудной клетки, показавшийся слишком громким в давящей подвальной тишине.
Следующий удар пришёлся Анфисе прямиком в лоб. Её нож с холодным звоном покатился по ступеням и затерялся внизу. В темноте.
На этот раз топор застрял.
«Крепкие кости», – подумал Володя, выпуская древко из рук.
– Наверх, живо! – велел он, оглядываясь через плечо.
Сколько у них было времени? Должно ли прийти подкрепление? Кто ещё скрывался в особняке?
Он ловко перешагнул зарубленную служанку и проследил, чтобы девчонки последовали его примеру. Варвара после падения хромала – то выдавал шорох сора по полу. Она подволакивала ногу, и Володя оттого кривился – калека да полоумная – не та компания, в которой он сейчас предпочёл бы очутиться.
Они выбрались из каморки, скрывающей лестницу в подвал, и парень повернул голову, озираясь по сторонам. Саяры нигде поблизости не видать, а кликать её он был не дурак. Впрочем, ежели ему не изменяла голова, главная угроза была позади. Яков, как оказалось, забил смотрителя. Зачем – непонятно. Да разве это важно. Володя – Якова. А теперь ещё и служанку. Но кто знал, что ещё приготовило для них это место?
Он сжимал кулаки, изучая взглядом парадную залу.
– Как ты нашёл нас? – прошептала Варвара ему в самое ухо.
– Саяра, – просто ответил он и потянулся к Маришке.
– А?..
Ковальчик стояла, будто фарфоровая статуэтка на каминной полке. Такие любили в богатых домах. Маришка смотрела прямо перед собой, не удосуживаясь вытереть ни сопли, ни слюни, капающие на заблёванный воротник коричневого форменного платья. Володя схватил её за запястье и притянул ближе. Та послушно переставляла ноги, но ничего, кроме этого, не делала.
– Она, – Варвара брезгливо покосилась на Маришку, – ополоумела, да?
– Пройдёт, – Володя осторожно шагнул вперёд. – Надобно проверить, кто ещё остался.
– Госпо… – Варвара осеклась под его взглядом. – Яков велел идти к кухарке. Она…
– И что, ты его послушаешь? – фыркнул он.
Варвара вылупилась на него, как на умалишённого:
– Он… он ведь спас нас. Он… убил с-смотрителя.
– Ага, а почему?
– Я… я не знаю.
– То-то и оно.
– Он пытался спасти нас! Он рассказал… рассказал… – Варвара запнулась, заламывая руки.
Лицо её скривилось, будто вот-вот опять разревётся. Володе захотелось сплюнуть.
– Про что? – вместо этого спросил он. – Про могилы?
– Что?! Какие… какие могилы?
– Да так… Во дворе.
Могилы на заднем дворе. Как это было…
Что ж… Безумный Император пошёл куда дальше, чем Володя мог себе это вообразить. Ошибка. Володина самая большая в жизни ошибка. Недооценить врага. Что сказал бы дадо…
Когда он очнулся, весь запорошённый снегом, не пойми сколько времени провалявшийся на промёрзшей земле, спасибо, что не подохший, уже стемнело. Совсем стемнело. А дом, нависающий над ним, был так безмолвен…
– Я отправляюсь на кухню! – шумно втянув носом воздух, выпалила Варвара.
– Вперёд, – бросил цыган.
Пускай делает, что хочет – кто он такой, чтобы указывать вольному люду.
Уж точно не
– Я одна никуда не пойду! – девчоночий голос дрожал.
Володя едва не поморщился. Как вилкой по тарелке, честное слово.
– Тогда придётся сначала забрать остальных.
– А ежели нет никаких остальных?!
– Надобно проверить.
– Ты идиот!
– С чего это? – Верхняя губа Володи дёрнулась, обнажая верхние зубы. – Ты не казалась расстроенной, когда я явился
Она не нашла, что ответить.
Володя проскользнул в центральную залу. И, воровато оглядевшись по сторонам, поспешно взбежал по главной лестнице, не выпуская Маришку. Та всё время запиналась, но всё же
Варваре ничего не оставалось, как подняться следом.
Оказавшись в привычном уже спальном флигеле на третьем этаже, они остановились ненадолго. Только чтоб дух перевести, не больше. Маришка сипела, как глохнущий дирижабль.
Тут-то Варвара и заметила, что у них больше не было топора.
Глупая девчонка от досады зарычала. И в тишине этот звук был поистине оглушительным.
«Очень глупо», – подумал приютский, но решил пока не тревожить флигель другими лишними звуками.
Бра по-прежнему не горели. Щели под дверями, несколькими часами ранее, хоть, казалось, уже вечность назад, источавшие свет, были черны, как сам Навий сад. Вокруг ни скрипа кроватей, ни голосов.
Могло ли так оказаться, что, кроме них, не было в доме больше живых? Могло ли так оказаться, что Варвара снова права?
Но для Володи это было не важно. Он не простил бы себе, если б не убедился.
Приютский крадучись двинулся вперёд, увлекая за собой и Маришку. Та безвольной марионеткой с пустыми глазами плелась следом. Губы её всё время шевелились, но из них не вырывалось ни звука.
«Так покамест даже лучше».
Володя толкнул первую дверь. Та с протяжным скрипом отворилась, заставив его скривиться.
За ней было пусто.
«Дерьмо».
– Проверяй другие, – едва слышно бросил он Варваре.
В темноте, нарушаемой лишь далёким сиянием окна в конце коридора, её лицо светилось белизной. Варвара сжала губы, её широко распахнутые глаза блестели. Он знал, она очень боялась.
Но у них больше не было права на такую роскошь, как страх.
Чуть помявшись, Варвара всё же послушалась. Она тихонько скользнула к комнатушке напротив. Мягко отворила дверь.
И у неё это получилось без скрипа.