Мария Осинина – Дежавю в вечности (страница 2)
Хотя, по большому счёту, все эти небылицы горам только на руку, они оставляют будущее для этой нетронутой красоты, хранят заповедные места от вторжения непрошеных гостей. От назойливых чужаков, норовящих срезать под корень вековую сосновую рощу, раскромсать ковшом экскаватора потаенную теснину, повернуть реку вспять, перегородив русло плотиной, – всё ради собственного удобства.
Дэн повздыхал, в очередной раз убедился, что незачем травить душу, если никак не можешь повлиять на ситуацию, и отправился спать.
Глава 2. Тени незабытого прошлого
Неделя подходила к концу, в пятницу ожидался крупный заезд туристов. Дэн за несколько дней пообвыкся на склоне и чувствовал себя уже достаточно уверенно. Акклиматизация ему не требовалась, а вот вникнуть в специфику новой работы – не мешало.
Он поговорил с пилотами вертушки, пообщался с Петровичем, местным ассом-инструктором, постарался вникнуть во все тонкости предстоящего хелиски-тура. Потом посмотрел свежие спутниковые снимки местности, куда забрасывали туристов, проштудировал все маршруты движения райдеров и разработал возможные пути эвакуации. Проверил свое спасательное снаряжение и запросил прогноз погоды. В районе Серебрянки установился антициклон, и ближайшие три дня ожидались солнечными и безветренными.
К обеду пятницы к гостинице причалил первый экскурсионный автобус, а к трем часам стоянку начали заполнять легковые автомобили. Туристы разбрелись по отелю, кто-то пошел гулять по окрестностям, а заядлые лыжники сразу двинулись на канатку.
Дэна прикрепили к «лягушатнику». Желающих взять инструктора не нашлось, и он просто наблюдал за безопасностью, катаясь вверх-вниз. На склоне было несколько человек: в основном, родители с детьми, объяснявшие чадам азы лыжной техники. Чуть позже Дэн заметил пожилую пару, неуверенно двигавшуюся у подножия склона.
Он уже собрался подъехать к чете и спросить, не нужна ли помощь, когда его чуть не сбила с ног стремительная лыжница.
– Куда прёшь! – крикнул Дэн вслед торопыге.
Женщина заломила крутой вираж и остановилась, сняла солнцезащитные очки, улыбнулась. Сердце забило в набат.
– Майя?!
– Денис? Вот уж не думала тебя тут встретить.
– Я тоже. Ты чего на склоне для новичков?
– Так я и есть новичок. На пластик встала недавно. В Москве мы больше на беговых лыжах ходим.
Майя была его первой настоящей любовью. Десять лет назад они встретились на спасоперации у перевала Каменный рог, в двухстах километрах отсюда. Там сошла лавина, и Майка оказалась в группе гляциологов, отрезанных от лагеря стихией. На спасение ученых отправили отряд Дэна.
И его, как той самой лавиной, накрыло чувствами. Дэн, рассчитывая на короткую интрижку, даже представить не мог, что обречет себя на долгие страдания. Расстались они так же внезапно, как и сошлись – через пару месяцев, как только командировка Майи закончилась.
Он думал, что она оставит свой телефон или хотя бы адрес электронной почты, да хоть прощальную записку. Но однажды он вернулся с дежурства, а палатки гляциологов на поляне уже не было.
Может, и это и к-лучшему, ведь Дэн и не рассчитывал связывать себя прочными узами с кем бы то ни было. Но почему-то вместе с Майкой исчезли из его жизни радостные головокружения, беспричинный пьянящий восторг, предчувствие необыкновенного счастья.
Прошло десять лет, а Майка почти не изменилась, только скулы заострились, да между бровей залегла тревожная морщинка.
– Какими судьбами здесь?
– У нас что-то вроде корпоратива.
– У гляциологов?
– Я больше не работаю в институте географии. Уже несколько лет тружусь в стартапе «Климат». Слыхал о таком?
– Нет, не припомню.
– Изучаем перспективы глобального потепления и разрабатываем стратегии борьбы с необратимыми изменениями природы.
– В общем, ты опять в своей стихии.
– Можно сказать и так. А ты всё ещё спасаешь людей?
– Если ты про спасотряд, то его расформировали. Я здесь всего неделю. Устроился лыжным инструктором.
– Надо же! Какое совпадение: мы встретились спустя десять лет и нам обоим есть что отпраздновать.
– Не понял?
– Ну, твое новое назначение и мой День рождения.
– А разве уже двадцать шестое ноября?
– Вот именно. Двадцать шестое. Ты еще помнишь?
Дэн кивнул. Ещё бы он не помнил. Каждый год при приближении этой даты он мысленно поздравлял Майку. Представлял, какой она стала, сколько у неё лишних килограммов, морщин и детей. Он поймал себя на предательской мысли, что, если бы Майка постарела и потолстела, ему было бы не так больно встретиться с ней лицом к лицу спустя годы.
Повисла неловкая пауза. Надо было пригласить её на бокал вина в честь именин или хотя бы предложить помочь с обучением на склоне. Но Дэн не решался вступать на этот скользкий лёд. Тогда, десять лет назад, Майку он из сердца вырвал, мучительно и долго выздоравливал, наверное, остался калекой, так и не сумев никого полюбить вновь.
Будто почувствовав настрой Дэна, Майка поспешила проститься:
– Что ж, увидимся. Я тут до вторника.
– Хорошенький корпоратив! – прошептал Дэн, провожая её тоскливым взглядом.
А, может, эта встреча неслучайна? Может, это сама судьба стучится в его двери? Так больно кольнуло в груди, когда Дэн увидел пронзительно голубые глаза Майки. Так неистово забилась кровь в венах – чуть барабанные перепонки не лопнули. И всё, что он так старательно от себя отгонял все эти десять лет, вновь накрыло его.
Он еле дожил до конца рабочего дня. Едва отключили бугель, Дэн помчался к себе в номер, принял душ, надел белую рубашку. Спустился в бар, купил бутылку шампанского и коробку конфет.
Задержался у стойки администратора. Дежурила Нина, девушка приветственно помахала рукой и радостно улыбнулась:
– Как отработал? Много хлопот?
– Всё хорошо! Какие в «лягушатнике» могут быть хлопоты. Сама как?
– Тоже неплохо, спасибо.
– Слушай, такое дело: сюда мои знакомые приехали из Москвы, видел их на склоне. Не подскажешь, в каком номере остановилась Майя Белова?
Улыбка сползла с лица Ниночки при упоминании чужого женского имени. Она демонстративно надулась и фыркнула:
– Хм, знакомые?
– Ну да, сто лет назад работали вместе. Я и не знаю, какая у неё сейчас фамилия, наверное, после замужества уже не Белова. Ну поищи хотя бы по имени – Майя Владимировна. С меня магарыч.
Услышав о возможном замужестве таинственной незнакомки, Нина облегченно вздохнула и повернулась к монитору. Назревающие чувства администратора к сезонному лыжному инструктору надо было срочно купировать. Нет ничего хуже, чем раздавать несбыточные авансы.
– Майя есть. Майя Владимировна Белова. Тридцать пятый номер.
– Спасибо! – и Дэн протянул Нине коробку конфет, хоть как-то надо было подсластить пилюлю девчонке.
Он взлетел на третий этаж по лестнице, нашел тридцать пятый номер, постучал. Ответа не последовало. Тронул ручку – дверь подалась. Внутри было пусто. Но из ванной доносилось пение. Дэн прислушался и различил несколько фраз.
Дэн усмехнулся, вспомнил, как они десять лет назад распевали у костра на два голоса. Иногда Майка пела свои песни, иногда Дэн перехватывал гитару и заводил знакомый шлягер. У них здорово получалось, и вся экспедиция вместе со спасотрядом собиралась по вечерам на импровизированные бардовские концерты.
С треском лопались в огне сосновые шишки, в черный бархат ночи уносились искры, шипели в сковородке грибы с картошкой, гляциологи чокались кружками с дымящимся глинтвейном. А они с Майкой тонули в глазах друг друга.
Воспоминания придали Дэну решимости. Всё, что с ним происходило с того мига, как он ступил в ущелье Серебрянки, было будто сновиденьем, чем-то нереальным, картинкой из забытого кино. Он больше не был хозяином своей жизни, а лишь сторонним наблюдателем.
Он прошел к дивану, сел, поставил на журнальный столик бутылку шампанского, огляделся. На полу стоял серебристый кофр размером с четырехлитровую кастрюлю. Кодовый замок сжимал ручки. Дэн дотронулся и одернул ладонь – материал был до странности холодным и колючим.
Почему-то ему нестерпимо захотелось открыть этот ящик, и он наугад набил дату рождения Майки. Безрезультатно.